Чтение онлайн

Романенко лежал на спине и медленно умирал. В его голове проносились какие-то образы, воспоминания из далёкого прошлого. От потери крови он уже не чувствовал своих рук и ног, он потерял контроль над телом.

Пока Аксёнов заканчивал со взрывчаткой, остальные сделали носилки из подручных материалов. Лена в это время надевала на Дмитрука наручники.

Прозвучал взрыв.

— Проход разблокирован, — крикнул Аксёнов с перрона.

— Кладите его на носилки, — распорядилась Никольская.

Кузя и Савельев приподняли Лёшу и положили на носилки.

— Макс, держись, всё будет хорошо! — Озимцев сжал руку друга.

Кузя, Бондаренко, Гена и Ерёмин подняли носилки и понесли. Лена тем временем на скорую руку перебинтовала Дмитрука. Его раны были далеко не такие серьёзные, как у Лёши, пули прошли навылет и ничего жизненно важного задето не было, поэтому за него она особо не беспокоилась. Двое бойцов подняли его под скованные за спиной руки и потащили вперёд. Дмитрук всё ещё не пришёл в себя и тихо стонал, когда его встряхивало при ходьбе особо сильно.

— Вообще-то Макса не нужно было бы транспортировать, его ранения слишком серьёзные, но другого выхода нет, — вслух размышлял Озимцев.

— Поверить не могу, что Дмитрук выстрелил в своего! Что на него нашло? Он не стрелял даже тогда, когда подозревал всех в комнате с резервуарами, а тут… — Бондаренко с беспокойством поглядывал то на Лёшу, то на Дмитрука.

— Я не знаю, что на него нашло, но если Макс умрёт, я лично сдеру с него шкуру! — вспылил Гена.

— Я понимаю твои чувства, но всё же сначала надо разобраться, что произошло, — урезонил Озимцева Ерёмин.

Через несколько минут они, наконец, вышли на поверхность. Пейзаж был не очень вдохновляющим — повсюду разрушенные и полуразрушенные дома, огромные воронки от взрывов, всё небо застелено грязными кучевыми облаками. Лишь кое-где лучи солнца пробивались сквозь тучи, рассыпая островки яркого света по руинам. Вдалеке слышны звуки выстрелов и взрывов. Было позднее утро.

— Мы уже совсем близко к зоне полномасштабных боевых действий. Мы вполне можем сейчас наткнуться на отряды роботов, нужно быть предельно осторожными, — Никольская осмотрелась.

— Ну и где эта поликлиника? — нетерпеливо спросил Гена.

— Чёрт, местность после бомбёжки так изменилась, — Руслан повертел головой по сторонам. — Кажется она в нескольких километрах на восток… Да, точно, около 3–4 километров на… На северо-восток, если быть более точным. Нужно пройти прямо по этой улице, а затем повернуть на Большую академическую и идти до пересечения с 4-м Новомихалковским проспектом, там свернуть налево… В общем, нам туда, — он махнул рукой в сторону полу заваленной улицы.

— Слишком далеко, Макс столько не протянет, нужен транспорт, — Гена проверил пульс у друга.

— Такой подойдёт? — раздался сзади голос Савельева.

Все обернулись назад и увидели автобус.

— Он хоть заведётся? — Лена с сомнением посмотрела на помятый корпус с облезшей краской и выбитыми кое-где стёклами.

— В моих умелых руках заведётся даже двигатель без стартера, не говоря уже про девушек… — Савельев мечтательно улыбнулся.

— Эй! — Лена возмущённо посмотрела на него. — Бегом заводить колымагу!

— Помечтать уже нельзя, — пробурчал прерванный на середине мысли о девушках Савельев и направился к автобусу.

— Нашёл время, — фыркнула Никольская. — Остальные — в автобус и приготовьте его к обороне, на случай если он вдруг поедет.

Солдаты занесли Романенко в автобус, разложили сидения и положили его на них. Затем каждый занял позицию у окна, так, чтобы иметь возможность покрыть огнём как можно большую площадь.

— Не забудьте этого, — Лена небрежно махнула рукой в сторону лежащего на земле возле автобуса Дмитрука.

Дьяболик и Малецкий взяли Дмитрука под руки, затащили его в салон и бросили на одно из сидений. Савельев в это время копался в торпеде.

— Как успехи? — Гена подошёл к нему.

— Минутку, — Савельев копался в проводах, свисавших из-под руля, затем выругался и вылез из автобуса наружу.

Ещё через несколько минут он вернулся. Руки у него были перепачканы машинным маслом. На этот раз колдовал с проводами он всего с десяток секунд, после чего мотор несколько раз чихнул и автобус завёлся.

— Да, детка! — Савельев победно хохотнул, переключил передачу, нажал на газ и автобус тронулся с места.

Это был старенький потрёпанный туристический автобус 2032 года выпуска, но, тем не менее, он ещё был в относительно хорошем состоянии. Учитывая, что кварталы в Москве довольно немаленькие, длина пути к поликлинике составляла 3,5 километра, при условии, что им не придётся искать объездные пути. И это при том, что по этим дорогам мог проехать только танк, да и то не всякий.

— Макс, держись, мы скоро будем в больнице, — Гена положил руку другу на плечо.

Что-то мокрое коснулось его ног, и Лёша словно очнулся ото сна. Он обнаружил себя стоящим на берегу огромного озера, тёплая вода мягко омывала его ступни, а по линии берега росли причудливые деревья с красными, синими и фиолетовыми листьями, по форме и размерам чем-то походившие на те, которые росли на Земли в тропической зоне, правда, весьма отдалённо. Романенко обернулся, и увидел вдалеке верхушки зданий, которые тянулись острыми шпилями к небу. Здания эти были настолько высокими, что, казалось, они протыкают атмосферу, и уходят в открытый космос.

Алексей перенёс внимание на самого себя. Одет он был в белые летние льняные штаны и такую же белую рубашку с короткими рукавами, больше на нём ничего не было. На пустынном берегу он был совершенно один. Было довольно светло, хотя Лёша почему-то был твёрдо уверен, что сейчас ночь. Он снова поднял голову — на всё небо раскинулась потрясающей красоты картина — спиральная галактика. Теперь, когда шпили зданий не отвлекали его, он смог оценить масштабы увиденного. Именно галактика и освещала небо, казалось, до неё можно дотянуться рукой. У него перехватило дыхание. Не отдавая себе отчёта, почти автоматически Романенко поднял руку и потянулся вверх, встав на цыпочки. Он почти мог ощутить красоту пальцами, почувствовать холод космоса и жар звёзд.