Чтение онлайн

— Капитан? — послышался встревоженный голос Гены. — Капитан, вы в порядке?

Лёша потряс головой, во время взрыва его хорошенько приложило головой. Что за день такой? Так и до сотрясения недалеко. Он посмотрел на неподвижное тело капитана, совсем рядом с собой.

— Ка… — голос был хриплый и он прокашлялся. — Капитан? — он тронул лежащего за плечо, из уха капитана вытекла струйка крови.

Рядом присел незнакомый офицер и приложил пальцы к сонной артерии. Прошло десять секунд, в течение которых его лицо мрачнело всё больше, затем он повернулся к Романенко.

— Старший помощник капитана, Виктор Делькапо… — его голос прервался, он судорожно сглотнул и с трудом продолжил. — Капитан мёртв, Витя, принимай командование.

И Лёша, ещё не до конца осознавая взвалившейся на его плечи ответственности, машинально ответил:

— Командование принял.

— Капитан? Капитан, вы в порядке? — Озимцеву доложили, что связь восстановлена, но капитан «Астериона» молчал, были слышны только приглушённые неясные голоса.

Секунды тянулись медленно и как бы нехотя, затем, наконец, ему ответили.

— Говорит старпом. Капитан погиб, я принял командование. У нас сильно повреждена обшивка, многочисленные пробои в энергосети, теряем мощность.

— Лё… — Гене удалось справиться с собой, и он не назвал Лёшу его настоящим именем, но с души как будто упал огромный булыжник — друг рядом, их не раскидало, значит, прорвутся как-нибудь. — Гипердвигатель, надеюсь, не повреждён?

— Что у нас с гипердвигателем? — послышался вопрос новоиспечённого капитана к главному инженеру.

— Гипердвигатель работает, слава Богу, но с таким уровнем потерь энергии он скоро превратиться в бесполезную болванку.

— Чтобы вычислить точку выхода, нужно около пяти минут. У нас нет столько времени, — вклинился другой голос. — Нимерийцы всё прибывают. Мёдом им тут, что ли, намазано…

— Гипердвигатель ещё на что-то способен, но мы не успеем вычислить точку выхода, — резюмировал для Гены Алексей.

— Тогда будем прыгать вслепую, — решительным тоном заявил Геннадий.

— Капитан, простите, но при всём уважении… — нерешительно начал штурман. — Нельзя прыгать вслепую, мы можем появиться внутри какого-нибудь астероида, планеты или ещё чего похуже.

— У тебя есть идеи получше? — Гена повернулся к нему.

— Нет… — штурман выглядел обескураженным.

— Тогда действуем по моему плану, — Озимцев снова повернулся к экрану. — Боже мой, что ты делаешь?! Решил погубить себя и экипаж в придачу?! Ты некомпетентен в таких вопросах! — его внутренний голос колоколом звенел в голове, но придумать что-то более разумное и осмотрительное времени действительно не было, и Озимцев просто отмахнулся сам от себя.

— Хорошо, придётся положиться на случай, — Романенко, казалось, был спокоен. — Инженерный отсек?

— Мы готовы к запуску. Дайте нам 30 секунд, чтобы закончить диагностику, — тут же ответил главный инженер. — Сведём риски к минимуму.

— Готовимся к прыжку, — распорядился Алексей.

Офицер по безопасности отдал команду, и связист тут же начал отзывать истребители,

— Когда у вас всё будет готово, скажешь, — Гена обратился к своим. — Мы покидаем зону боевых действий, подготовиться к прыжку.

Как и «Астерион», «Феникс» принялся отзывать собственные истребители, возвращая их в своё металлическое нутро.

Главный экран транслировал отступление истребителей. То и дело виднелись вспышки взрывов — это погибал кто-то из пилотов. Перед глазами у Лёши стояла чёрная пустота космоса. Он силился представить, каково это, не иметь возможности даже катапультироваться — потому что снаружи такая же смерть, как и внутри обречённого истребителя. Во все стороны сновали те же зелёные росчерки. Как их там? Нимерцы? Нет, нимерийцы. Что они не поделили с человечеством? Почему нельзя всё решить мирным путём? Впрочем, люди никогда не славились особой миролюбивостью, даже к представителям собственного вида…

— Капитан, это командир авиа звена. Докладываю, все птички вернулись домой, — наконец прозвучало через громкую связь. — Все, кто выжил, — поправился он.

— Гипердвигатель готов. Можем стартовать, — Лёша узнал голос главного инженера.

— Соедините меня с «Фениксом», — приказал он.

— Все истребители вернулись на корабль, — сообщила офицер по связи.

— Капитан, на связи главный инженер. Варп-двигатель отказал окончательно.

— Сейчас это неважно, — Гена сжал кулаки. — Главное, чтобы гипердвигатель не подкачал.

— «Астерион» вызывает.

— Давай на экран.

На экране появилось изображение Озимцева.

— Все мои истребители уже вернулись на корабль. Ты готов? — Алексей вопросительно посмотрел на друга.

— Да, — Гена кивнул. — Предлагаю прыгнуть на максимальное расстояние, то есть куда-то сюда, — он ткнул пальцем в карту, где отображался корабль в центре круга, обозначающего радиус действия гипердвигателя. — Место пустынное, так что у нас все шансы выжить, — штурман «Феникса» передал координаты на «Астерион».

— Принял, — коротко ответил Алексей. — Прыгаем по твоей команде.

— Торпеды на девять часов! — послышался отчаянный крик штурмана.

— Чёрт! 3… 2… 1… Прыжок!

За несколько секунд до этого тяжёлый крейсер нимерийцев дал торпедный залп по «Фениксу». Сблизиться с готовящимся к прыжку кораблём Гены успела только одна торпеда. Она уже собиралась врезаться в бок «Феникса», но в этот момент Гена прокричал свою команду. Вместе с кораблём торпеда оказалась охвачена межпространственным полем и исчезла с поля боя.

По примеру флагманов крейсеры земного флота стали покидать поле боя один за другим. Этот бой был проигран.

Через мгновение, которое никто не успел ни осознать, ни почувствовать, «Астерион» и «Феникс» появились в 50-ти световых годах от места битвы. Из подпространства корабли выкинуло почти вплотную друг к другу, и они только чудом не врезались один в другого. Впрочем, на этом чудеса закончились. Поле захватило торпеду лишь краем, и пространственные деформации проявились для неё в полной мере — она взорвалась, так и не долетев до борта «Феникса». Близкий взрыв оказался последней каплей для потрёпанного корабля, и окончательно вывел из строя его энергосеть. На «Астерионе» же, оказавшемся к торпеде брюхом, отказали почти все основные системы, включая систему управления двигателями, в результате чего последние вышли из строя.