Чтение онлайн

— Она может сыграть нам на руку, — вмешался в разговор Марринс.

— Каким образом? — Лёша непонимающе посмотрел на него.

— В любой планетарной буре всегда есть зона относительного затишья в центре. Там, конечно, тоже штормит, но турбулентность значительно ниже. Если попадём туда, электростатические помехи надёжно скроют нас от любых сенсоров, и в то же время мы будем оставаться в относительной безопасности. Благодаря этому мы сможем больше не волноваться о том, видят они нас или нет, — пояснил Джейкоб.

— Добраться до центра бури без повреждений будет непросто. По классификации космического флота это шторм 7-го уровня, — Кузнецова, нахмурившись, посмотрела на Джейкоба.

— Ты раньше делал такое? — прямо спросил Алексей.

— Да, доводилось однажды, — признался тот. — Правда, после этого корабль пришлось ставить в док на ремонт, но зато все остались живы, — он смущённо улыбнулся.

— Летим в центр бури, — вздохнул Романенко. — И Джейкоб… Давай постараемся обойтись без капитального ремонта на этот раз.

— Всё будет в лучшем виде, капитан, — Марринс уверенно положил руки на штурвал и повёл «Астерион» в центр бури.

— Скорость ветра — 550 метров в секунду и растёт, — предупредила Татьяна.

— Компенсирую увеличением тяги, — отмахнулся Марринс. — Влетаю внутрь бури.

— Фиксирую увеличение напряжённости в атмосфере. Сейчас произойдёт электрический разряд! — Кузнецова едва успела договорить, как в «Астерион» попала молния.

— Повреждений нет, — сказал Салливан, быстро взглянув на экраны.

— Молнии — обычное дело в такую погоду. Наша обшивка выдержит разряды, — всё так же уверенно и спокойно прокомментировал Марринс.

— А что насчёт энергетических цепей? — хмуро посмотрел на него Горюнов. — Компенсаторы не рассчитаны на многочисленные нагрузки такой мощности.

— Ну, я думаю…

— Через 5 секунд мы окажемся внутри переднего фронта бури, — Кузнецова перебила собирающегося ответить Марринса.

— Сейчас тряхнёт. Держитесь! — крикнул Джейкоб.

Корабль влетел в более плотные воздушные потоки, сразу же появилась сильная вибрация, несколько раз корабль швырнуло в сторону.

— Скорость ветра возросла в 2.5 раза — Татьяна уже заметно нервничала.

— Необходимо увеличить тягу маневровых двигателей, иначе мы потеряем управление, — посоветовал Салливан.

— Не учи, — огрызнулся Джейкоб. — Я в курсе, что надо делать.

— 55 000 километров до центра бури, — Горюнов схватился за подлокотники.

Электрическое поле корабля настолько возросло, что он стал притягивать к себе тысячи молний. В «Астерион» ежесекундно ударяли десятки мощных разрядов, которые нарушали работу двигателей. Компенсаторы не справлялись, и на корабле начались перебои с электроснабжением из-за сильных электрических полей. На экраны постоянно выводилась информация о перегрузке квантовых двигателей, хотя они работали едва ли на 10 % от максимальной нагрузки.

— Ещё 17 000 километров и мы будем в безопасности, — пилот не хуже пиявки вцепился в джойстики управления, пытаясь хоть как-то компенсировать тряску.

Лёша сидел в своём кресле, поглядывая то на Джейкоба, то на Татьяну. Его сковал приступ страха, который он отчаянно пытался побороть. В таких бурях ему ещё не приходилось бывать, он даже не хотел представлять себе каково оно там, снаружи обшивки. Ему вполне хватало того, что он видел на главном экране. Такого не показывали даже в научно-фантастических фильмах — мелькали миллионы молний разных оттенков, облака газа перемещались на невиданных для Земли скоростях, и, если вдруг двигатели откажут, корабль будет раздавлен ещё до того, как он долетит до поверхности планеты.

— Мы подлетаем к центру бури, — голос Джейкоба оторвал Алексея от мрачных мыслей и он заметил, что корабль почти перестало трясти.

«Астерион» залетел в центр бури, где скорость ветра была значительно ниже.

— Я же говорил, что корабль останется цел, — гордо заметил Марринс.

— Отличная работа! Я горжусь тем, что у меня в команде есть такой пилот, — искренне похвалил его Романенко, он действительно был страшно рад, что они остались целы. — Корректируйте траекторию полёта и следите за тем, чтобы корабль не попадал в турбулентные потоки. Соблюдать полное радиомолчание, не отвечать ни на какие входящие запросы.

Десять минут прошли в напряжённом молчании, инстинктивно люди боялись даже общаться между собой. Каждый думал о своём, и все подсознательно и тайком от самих себя ждали, что вот-вот появится тот самый корабль.

— Кажется, план всё же сработал, — Алексей удовлетворённо улыбнулся. — Хотя, расслабляться ещё рано. Нам, как минимум, придётся торчать тут, пока Новак не разберётся с гипердвигателем. Плюс, надо будет решить, что делать с этими параллельными мирами. Горюнов — остаёшься за главного, — Романенко покинул мостик.

Зайдя в турболифт, он немного задержался, решая, куда же ему всё-таки надо, затем произнёс «Смотровая палуба номер 1». Лифт немедленно пришёл в движение. Примерно на середине пути лифт остановился, двери открылись, и вошла Наяна.

— Здравствуйте, капитан, — улыбаясь, поприветствовала его она. — Вы далеко едете?

— На первую смотровую палубу, а ты?

— О, я тоже.

— Давай подвезу, — Лёша весело улыбнулся.

— Буду только рада, — Наяна оценила шутку, улыбнувшись ещё шире.

Двери лифта закрылись, и он продолжил своё движение. Через полминуты перед ними предстала смотровая палуба. Покинув лифт, Лёша и Наяна подошли к огромному иллюминатору, сквозь который очень хорошо просматривалось окружающее пространство. В центре бури царила относительная безмятежность, если можно так выразиться о ветре скоростью более 400 метров в секунду. Тут газы были более разряженные, и визуальное наблюдение можно было вести на расстоянии в километр-полтора. Различные участки атмосферы под воздействием ионизации приобретали волшебные, и даже фантастические цвета и оттенки. Это сразу напомнило Лёше время, когда он, будучи юношей, любил лежать на спине солнечными летними днями и наблюдать за проплывавшими над ним облаками и воображать, на что они похожи. Аналогия была, возможно, не совсем верной, но простор для воображения тут был не меньший.

— Расскажите, как обстоят дела с моральным духом экипажа? — почему-то, кроме этого вопроса Алексею больше ничего не пришло в голову, а затянувшееся молчание начало его напрягать.

— Он находится на довольно высоком уровне. Экипаж верит в вас и в нашу победу. Вы очень харизматичная личность, и вселяете в людей уверенность. Не сочтите за нетактичность, но мне кажется, вы как-то изменились после недавнего боя с нимерийцами. Стали ещё более решительны, и… Рискованны, — Наяна замялась, не в силах найти слова.