Чтение онлайн

Последние шаги к дому я преодолел вприпрыжку. Дверь открыла Петунья (ну не поворачивался язык у меня, двадцатитрехлетнего лба назвать её тетей) и с кислой миной процедила:

– Явился? Чего такой довольный?

– Жизнь прекрасна, тетенька! А возвращение в любимый дом, где тебя любят и ждут... что может быть лучше?
– и расхохотался.

Тетя словно язык проглотила, расширившимся, словно блюдцами, глазами взирая на непутевого племянника.

– Тресни его там, чтоб перестал паясничать!
– раздался из гостиной голос дяди Вернона. Но Петунья лишь молча смотрела, наблюдая, как я, перепрыгивая через ступеньку, поднимаюсь в свою комнатку.

В ней все было так-же, как Поттер и оставил. Клетка с совой у окна, бедлам в комнате, полуоткрытая сумка с вываливающимися книгами и разобранная постель. Неряхой был этот Избранный, как не крути. Уберусь, как-нибудь, но точно не сегодня! Раздевшись и аккуратно повесив одежду на спинку стула, я лег под одеяло, и спустя пятнадцать минут дрожал, как осенний лист.

Когда-то в детстве пришлось застрять в лифте. Минут сорок, пока приезжал лифтер, открывали двери и справлялись со светом, я был на удивление спокоен. Но потом, уже дома, за чашкой чая трясся как паралитик, переливая кипяток себе на колени. Так и сейчас.

Внезапно перед глазами встала авария, как наяву, кошмарный удар и реальность нового, Неизвестного Мира. Некстати проклюнулась совесть, напоминая о оставленном внизу Дадли.

– Ты все сделал грамотно, - уверил я себя.
– Скажи спасибо, что живой. Да ещё и в мире любимой серии, где ты сможешь исполнить все свои желания и сотворить то, что и не снилось в предыдущей жизни!

Проснулся я около полудня, совершенно разбитый и на нервах. Вначале, подскочив со сна, дико озирался, пытаясь протереть глаза от неправдоподобного видения. Как выяснилось - напрасно. Все та же маленькая комнатушка, наполненная беспорядком, паутина в углах комнаты и запыленные стекла окон. Повернув голову, увидел на тумбочке очки, которые незамедлительно нацепил. Как же все-таки паршиво иметь плохое зрение. Но сжав в руке палочку, ощутил тепло, и уверенность в завтрашнем дне. Прорвемся.

Голод вынудил отправится на поиски пищи. Наспех одевшись, поражаясь манере Поттера ходить в обносках, и засунув палочку в карман и спустился по лестнице.

Удивительно, я здесь всего-ничего, а без палочки ощущения как у улитка без ракушки. Может, Поттерова привычка? Полезная.

Открываю холодильник с удовольствием удостоверяюсь в наличии огромного количества еды. Что за баклан Поттер, если не додумывался тырить на достойное пропитание? Я без зазрения совести разбил над сковородкой пять яиц, посыпав все кусочками ветчины и сыра. Вывалив пышущую жаром яичницу на тарелку, и оторвав ломоть хлеба, принялся спринтерскими темпами все поглощать. Кусочек за кусочком. Ч-черт, а в этом худющем, изморенном тельце ощущения от вкусной еды ещё лучше! Желудок довольно урчал, видимо Гарри баловал его редко. Малолетний придурок. Я понимаю родственники, тяжелое детство... Но так себя запустить?

Вымыв посуду и вернувшись комнату, я разделся до пояса и уже пристально оглядел себя в зеркало. Рост - чуть выше среднего. Лицо, совершенно не сходное с киношным, я бы сказал даже красивее, и намного, коль не выпирающие от худобы скулы и подбородок на фоне впалых щек. Черные как смоль волосы, непослушным гнездом вьющиеся на темечке, вытянутое к низу лицо. Прямой, правильный нос. Высокий лоб, на котором заметен красный, а при детальном рассмотрении пульсирующий жутковатый шрам. Главной же особенностью лица являлись глаза. Огромные как блюдца, ярко зеленые, словно изумруды, как-то причудливо поблескивающие на свету. Я залюбовался этими глазами. Неудивительно, что Северус Снейп втюрился в Лили Эванс. Найди я девушку с такими глазами в прошлой жизни... и не женился, быть может.

Но глядя на несмотря на перспективные внешние данные, на лицо была явная не ухоженность и запущенность. Так...

Первым делом я сходил в душ и тщательно вымылся, благо Дурслей не было дома, а не то крики об экономии воды были бы меньшим из возможных зол. Далее постриг ногти, вычистил уши... ч-черт этот Поттер что, на помойке жил? Стричься сам не решился, решил найти специалиста, который сделает нормальную прическу. Шрам, как выяснилось, нужно закрывать. Слишком заметный.

Лишь спустя некоторое время я понял что дрожу. Пытаюсь найти хоть малейшее дело, любой процесс, отвлекающий мозг от обрушившихся шаблонов и взбунтовавшейся реальности. Я прилег на постель, сцепив руки за головой. Надо думать. Нужно успокоиться.

Итак, что мы имеем? Я, Виктор Селедкин, успешный человек, спортсмен и почти женатый программист, красивый и уверенный в себе мужик, попадаю в тело пятнадцатилетнего худющего подростка, забитого, пережившего черт знает сколько. Из плюсов - я волшебник. Пальцы сами потянулись к палочке, и только волевое усилие позволило удержать себя в руках. Не стоит напрашиваться на неприятности, ведь я знаю канон. Министерство Магии Британии только и ждет, что бы обвинить полоумного подростка в жажде славы.

Я - волшебник. В прошлом году Гарри Поттер выиграл Турнир Трех Волшебников, став самым молодым Чемпионом в истории. Пятый год учебы в Хогвартсе будет ознаменован жестоким игнорированием директора Дамблдора, окклюменцией у Снейпа, СОВ и дракой в Министерстве Магии, в Отделе Тайн. Ну, этого я точно допускать не собираюсь, пророчество мне известно из книг, а проверять выживет ли моя душонка после смертельного заклятия как-то неохота. Я же, в отличии от Поттера, не Избранный. Но раз Мальчик, который выжил погиб не от руки Волан-де-Морта, а от Поцелуя дементора, выходит пророчество задевает и меня? Неизвестно.

По сути, пятый год обучения в школе чародейства и волшебства связан только лишь с внутри-школьными событиями, исключая слушание в Министерстве, которое я уже избежал, и драку за Пророчество.

Насколько я помню, первый месяц лета мое нынешнее тело безвылазно находилось на осточертевшей Поттеру Тисовой улице. Но я не был бы собой, не попытайся изменить хоть что-то. Вряд-ли дядя и тётя будут рады меня видеть, после гибели сына. Значит, надо исчезнуть.

Друзья Гарри Поттера, Рон Уизли и Гермиона Грейнджер не пишут все лето. Директор и крёстный отец игнорируют, будучи уверенными, что послушный Гарри никуда не дернется. Я вспомнил, как орал Поттер на друзей, попав в штаб-квартиру Ордена Феникса. Значит, можно сыграть обиженного психанувшего подростка, пославшего вся и всех, и затаится где-нибудь. Предполагаю, что без повода забрать Поттера из-за дементоров, мне придется торчать здесь ещё о-ой как долго. Может быть, и все лето. Ведь кровная защита - лучший оберег для бесценного Избранного, а знать тому ничего и не нужно. Ну и пусть. Сами напросились.

Решив для себя основное начинаю сворачиваться. Перевернув для начала чемодан, я скривился от обилия крошек и мусора, скопившегося на дне. Что действительно? Грязные носки на дне чемодана? Какая мерзость!

Предварительно осмотрев книги, я выбрал наиболее цепляющие названия. 'Защита от темных искусств: 4-й курс.', 'Заклинание: пособие для молодых волшебников', 'Трансфигурация живого в неживое'. Так, котел, запас перьев, метлу в чехле в левую руку.

К счастью я не добренький наивный мальчик Гарри, брезгующий Темными Искусствами и Непростительными. Что я не мог простить Избранному в течении всей Поттерианы, так это профуканные в унитаз способности. Помнится, в каноне, мадам Боунз, во время слушание в министерстве, поражалась умению Поттера вызывать патронуса в пятнадцать лет. А он это уже делал в тринадцать! Против чертовой толпы дементоров!

Если это не свидетельствует о сверх одаренности, тогда я не знаю что. Далее шикарное выступление на Турнире, громкая победа, а далее жизнь Поттера скатилась в подростковые склоки, бессмысленную зубрежку предметов, спокойную и безответственную школьную жизнь, когда на носу сражение с величайшим Темным магом этого мира! А победа Поттера в каноне - не более чем череда случайностей, явно подтверждающая благоволение к нему судьбы. Что ж, я не Поттер. И мне рассчитывать на безумную везучесть не хочется. Значит нужно учиться. И учиться серьезно. Уметь убивать. И Дамблдор, и Волан-де-Морт уже на седьмых курсах умели такое, что Гарри во время выпуска и не снилось. Чем он думал? Я лично упускать могущество не собирался. Не зря же в прошлой жизни обожал всяческих темных... А вот Волан-де-Морт мне откровенно не нравился. Слишком озабоченный маньяк. И слишком вспыльчивый. Конечно, в страхе держать подчиненных нужно, но ровно на столько, на сколько и в вере, любви, преданности. Неудивительно, что лишь подобные ему Барти-крауч младший и Беллатрисса Лестрендж, полоумные и озверевшие, продолжали искать господина. А прочие Пожиратели, нет-нет да украдкой тихонько вздохнули, с облегчением, откупившись от продажного Фаджа и спокойно существовали в политике, бизнесе и прочем.