Чтение онлайн

– О, лорд Лоуторн знает, что представляет собой наш пансион, – сказала Майя Краун.

Кендалл кивнул.

– Верно. Однако мне до сих пор неизвестно имя девушки, с которой я беседую. – Он сделал галантный жест в сторону Джейн.

– В самом деле? – Майя Краун так удивилась, словно речь шла о каком-то странном недоразумении. – Что ж, с удовольствием представлю вам нашу воспитанницу. Джейн Кларк, прошу любить и жаловать.

Глаза Кендалла на мгновение вспыхнули.

– Очень рад. Очень! – Он взял руку Джейн и, держа за кончики пальцев, приподнял ее и поцеловал.

Лучше бы Кендалл этого не делал. Благодаря шампанскому Джейн успела немного успокоиться, но стоило Кендаллу прикоснуться к ее пальцам сначала рукой, а затем губами, как волнение вернулось. Однако на этот раз положение усугубилось мелкой нервной дрожью, охватившей Джейн с головы до ног. Кроме того, в глазах у нее потемнело, в ушах зашумело, губы онемели, а рука – другая, в которой, будто в тисках, находился бокал – словно одеревенела.

На миг Джейн представилось, что сейчас тонкая ножка бокала хрустнет в ее пальцах, стекло посыплется на паркет, а поверх осколков польется шампанское, сверкнув во все стороны брызгами. «Как вы неловки! – с досадой пробормочет Майя Краун. – Теперь Чарлзу прибавится хлопот».

Но произошло нечто неожиданное. Фраза была произнесена, однако не Майей, а Кендаллом, и ее суть заключалась в ином.

– Как вы красивы, когда волнуетесь! – тихо заметил он, выпрямляясь и с некоторой неохотой отпуская пальцы Джейн. – Только не говорите, что я ошибся, мне было слышно, как забилось ваше сердце.

В привычной для Джейн среде редко кто говорил о красоте, да еще с такими восхищенными интонациями. И сама она не помнила случая, чтобы ее называли красивой. Если кто-нибудь и употреблял это слово, то лишь в насмешку – вроде «Эй, красотка, подвинься!» или что-то в том же духе. А тут синие глаза Кендалла светились искренностью, в которой невозможно было усомниться.

Однако фраза о забившемся вдруг сердце заставила Джейн насторожиться. Почему Кендалл обращает внимание на подобные детали? Какое ему дело до того, как часто стучит сердце воспитанницы пансиона, которую он видит впервые в жизни, если, разумеется, не считать того случая, когда его направленный на телеведущую Полу Дэвидсон взгляд случайно скользнул по фигуре вышедшей из съемочного микроавтобуса девушки. Но то не в счет. Смешно было бы надеяться, что Кендалл заметил Джейн, вернее обратил на нее внимание. Тем более что между ними находилась обворожительная, шикарно одетая Пола Дэвидсон.

Что-то тут не то, промелькнуло в голове Джейн. Только я пока не соображу, что именно.

Она поймала взгляд Майи Краун, словно говоривший: «Не молчи, ответь что-нибудь!».

Джейн понятия не имела, что следует произносить в подобных ситуациях. Этого они еще на уроках этикета не проходили. Тем не менее молчать действительно было глупо.

– Благодарю, – сказала она первое, что пришло в голову. – Я в самом деле немного волнуюсь, ведь не каждый день доводится встречаться с такими… интересными людьми.

В конце фразы у Джейн произошла заминка, потому что ей не удалось с ходу подобрать определение человеку, в которого – теперь уже без всяких сомнений! – она влюбилась по уши. Она быстро взглянула на Майю Краун, и та ободряюще кивнула – дескать, молодец, не растерялась, продолжай в том же духе.

– А сердце мое… да, бьется чаще, чем обычно, – послушно произнесла Джейн. – Думаю, это от шампанского. – Смотрела она не на Кендалла, а на находившийся в ее руке бокал, радуясь, что есть куда направить взгляд.

Вместе с тем на себе она ощущала внимание сразу трех человек: Кендалла, Майи Краун и телеоператора.

– Вы редко пьете? – спросил Кендалл.

Джейн пожала плечами.

– Да. Думаю, я равнодушна к спиртному.

– К сожалению, здесь есть кое-кто, очень даже к выпивке привычный! – обронила Майя, озабоченно глядя в направлении гостей и воспитанниц, все еще что-то оживленно обсуждавших. – Кажется, мне пора вмешаться. Вынуждена оставить вас, простите… – Она поспешила к собравшимся, где подвыпившая Бекки с глуповатым смешком показывала, как порой трудно устоять на ногах, если перед глазами все плывет, а земля будто шатается. К тому времени, когда подошла Майя Краун, Бекки уже растянулась на ковре.

– Весело у вас, – тонко усмехнулся Кендалл.

Телеоператор нацелил на него объектив. Когда Майя Краун удалилась, он двинулся было за ней, но вернулся, заметив, что устроенную Бекки сцену снимают оба его коллеги.

– Это лишь на первый взгляд, – ответила Джейн, покосившись туда, где в данную минуту находился центр событий. – Когда наблюдаешь подобное часто, оно приедается.

– У той девушки проблемы со спиртным? – догадался Кендалл.

Джейн со вздохом кивнула.

– Это Бекки. Ее, наверное, скоро исключат из пансиона.

Пристально взглянув на Джейн, Кендалл спросил с оттенком удивления:

– Вы ей сочувствуете?

– Да, немного. Она никак не может взять себя в руки, хотя временами создается впечатление, что ей этого хочется. – Джейн бросила на Кендалла взгляд. – А почему вы спрашиваете?

– Да так. Все-таки Бекки ваша конкурентка. Чем меньше воспитанниц останется в финале, тем больше у вас шансов стать победительницей.

Джейн на минутку задумалась.

– Верно, только меня это не особенно интересует. То есть я, конечно, хочу попасть в финал, но не из-за возможности победить.

– Вот как? – Кендалл удивился еще больше. – В таком случае чего же вам хочется?

Джейн широко улыбнулась.

– Стать истинной леди!

– Гм, а мне казалось, что здесь все только и делают, что соревнуются за право назваться победительницей.

Покосившись на телеоператора, Джейн негромко заметила:

– У меня тоже складывалось подобное впечатление, когда я смотрела предыдущие сериалы «Нового Пигмалиона». Но то было раньше, когда я находилась, так сказать, вне проекта. Очутившись внутри, я увидела, что ажиотаж вокруг соревнования нагнетается искусственно, причем не сейчас, когда ведутся съемки, а когда из полученного материала делают фильм.

Озадаченно хмыкнув, Кендалл в свою очередь бегло взглянул на телеоператора.

– Значит, девушкам безразлично, кто победит?

– Как вам сказать. Некоторым – абсолютно. Более того, есть такие, которые жалеют, что согласились отправиться сюда. Впрочем, их исключают в первую очередь. Потому что они даже не пытаются делать вид, будто чему-то учатся. Откровенно скучают и не скрывают этого.

– Но вы-то, как я понимаю, не относитесь к их числу?

– Нет, я учусь. Стараюсь запомнить все, что здесь говорят.