Новая война
Шрифт:
Мы мгновенно преодолели расстояние до стены, мужчина коротко свистнул и через минуту, сверху полетели веревки. Следом за ними, шлепнулись две пары перчаток.
– Влезешь?
– Спросил мужчина.
Я кивнула и ухватилась за свисающий конец веревки. Подъем оказался не из легких, меня прилично раскачивало, но я смогла благополучно добраться до верха.
На стене нас ждали еще двое мужчин. Стражники. И кто только не работает на старого пройдоху...
– Быстрей, быстрей.
– Поторопил меня проводник.
– У нас мало времени.
Мы перешли на другую сторону стены, там нас тоже ждали веревки. Это удивительно, но спускаться было не легче! Наконец мы оказались на земле (на последних метрах, я просто спрыгнула) и мелкими перебежками, двинулись по улочкам пригорода.
Вот мы покинули жилую зону. Еще две версты нам пришлось преодолевать пешком по полю, и все же, мы смогли без приключений добраться до леса. Проводник подвел меня к коню.
– Здесь я вас оставляю.
– Произнес мужчина.
– Будьте осторожны и удачи.
– Спасибо.
– Произнесла я, но проводник уже растворился в ночи.
Я вскочила на коня и, развернув его в сторону границы, послала в галоп. А в голове билась только одна мысль - впереди война.
Путь до границы занял девять дней. Я думала, что загоню коня уже через пару дней, ан нет... лошадка, похоже, заговоренная....
По дороге мне часто попадались повозки с ранеными, их везли с поле боя. И чем ближе я подъезжала к границе, тем больше становилось повозок.
Война шла с переменным успехом, то Гараинцы теснили вражескую армию, то вдруг Татумцы по новой собирались с силами и вновь переходили в наступление. То здесь, то там встречались перебежчики. Устраивались мятежи, мелкие, но не приятные для обеих армий.
Ни кто не хотел воевать, тем более люди, живущие вблизи границы, которые знали друг друга многие годы.
Не смотря на это, велись кровопролитные бои. Сейчас, по прошествии времени, такие бои были все реже, длились короче. Армии делились на отряды, которые действовали ночью, под прикрытием партизанских движений.
За три дня до границы, я проехала мимо сотни пехотинцев, которые спешили к своим товарищам на помощь. Инир по-прежнему подтягивал войска к границе, война обещала затянуться...
Так же в войне участвовали маги, их было не много, но они давали ощутимое преимущества тем отрядам, в которые их направляли.
Их вмешательство, приводило к еще большим потерям в обеих армиях.
Все эти сведения, мне удалось выведать у воинов, которые везли раненых к лекарям. Конечно, не далеко от границы был разбит лагерь, в нем были лекари, но их на всех не хватало, и тяжелораненых везли вглубь королевства.
В "Веселки" прискакала засветло. На улицах было полно воинов - здоровых, раненых, покалеченных. На меня ни кто не обратил внимания. Я не стала пробираться к Велимине, думаю у ведуньи хватает забот, и сразу отправилась к кузнецу.
Фарух был во дворе, наблюдал за тем, как несколько солдат рубят дрова для печки. По кузнецу было видно, что он только закончил работу - весь грязный, потный.
Меня он сначала не заметил, зато воины обратили на меня свое внимание.
– Эй, красавица!
– Бросая топор, крикнул один из них.
– Ты подзаработать приехала?
Второй хмыкнул и тоже отложил работу. В этот момент меня и заметил Фарух, я как раз спешилась и подошла к калитке.
– Рты закрыли! И за работу.
– Грубо оборвал их кузнец.
– Это дочка моя, кто тронет, получит в зубы! Уяснили?
Мужчины разом потеряли ко мне интерес и снова взялись за работу.
– Аранта!
Фарух пошел мне на встречу, в его глазах стояли слезы. Было ощущение, что он действительно видит дочь. Затем мужчина крепко меня обнял и расцеловал в обе щеки.
– Здравствуй, дочка.
– Срывающимся от волнения голосом произнес он.
– А ко мне друзья твои заезжали, дурную весть принесли, я уж и не чаял...
Одинокая слеза все же прокатилась по мужскому лицу. Но он быстро стер ее рукавом и досадливо махнул рукой.
– Старый я стал, расклеился совсем.
– Все в порядке, отец.
– Ответила я. Мои глаза тоже повлажнели.
– Они ошиблись, я потом все расскажу.
– Пойдем в дом.
– Засуетился Фарух.
– Чайку попьем, отдохнешь с дороги. Эй, оболтусы! Позаботьтесь о лошади.
Воины заворчали, но открытого недовольства не выказали. Один из мужчин отправился выполнять поручение, а мы вошли в дом.
Фарух суетливо расставил посуду на столе, погремел кастрюлями, одну из них поставил на стол.
Мужчина выглядел гораздо старше, чем есть на самом деле. Потеря сына, потом война, все это здорово подкосило не молодого кузнеца.
– Я сейчас до погреба дойду. Принесу вкусненького.
– Торопливо произнес он.
– Фарух! Погоди.
– Я подошла к мужчине и, обняв за плечи, уткнулась ему носом в грудь.
– Не волнуйся. Мне хватит того что есть.
Фарух обнял меня в ответ.
– Эх, девочка.... Тот мужчина, твой муж, он сказал, что ты мертва. Что случилось?
Я села на стул и тяжело вздохнула.
– Много чего произошло за это время.
Мы пили чай, и я рассказывала обо всем произошедшем, впервые в жизни, не думая о том, что стоит сказать, а что нет. Мне просто необходимо было выговориться, и я это сделала. Фарух слушал внимательно, не перебивал.
– Да-а.... Дела...
– Мужчина покачал головой.
– И как ты собираешься пересечь границу? Сейчас ни кого не пускают, торговцев иногда, но это редкость.... Не через заставу пройти не возможно, по всей границе куча мелких отрядов, они убивают всех, кто старается пройти незаконно.