Новая жизнь для Лизы
Шрифт:
Я вижу его красные, усталые глаза, он трёт их, они слезятся. От усталости, от напряжения, от того дерьма, из которого он хотел выбраться и пытался вытащить меня.
– Всё, выключай. Надень кулон на шею и не снимай. Если что-то пойдёт не так, и Борский тебя поймает, тяни время, намекни на документы и тяни время, ты адвокат, ты справишься. А там, на подхвате Глеб, он поможет. Он должен помочь. Если попадешь в руки к его конкурентам, торгуйся, заключай сделку. Блефуй, не открывай всех карт сразу. Ты у меня умненькая, у тебя всё получится. – муж сглатывает и подходит ближе к снимающей его камере.
– Я люблю тебя, Лизун, люблю больше своей жизни. Прости меня, я ведь затеял это, чтобы ты была счастлива, я очень хочу, чтобы ты была счастлива. Даже если без меня, ты должна жить свою лучшую жизнь, Лиза. Ты должна выжить любой ценой».
Последнее, что я вижу, это правая рука Моти, с обручальным кольцом, она тянется остановить запись и так застывает.
Солёная жидкость застилает глаза, она переполняет нижнее веко и бурным потоком стекает вниз по щекам, огибает линию подбородка и срывается вниз, образуя мокрое пятно на моей домашней футболке.
Вот почему погиб мой муж. Моя счастливая жизнь оказалась ценнее его жизни. Зачем, любимый мой, зачем? Разве я говорила, просила или жаловалась. Мне нужен был ты, только ты. Зачем?
Я смотрю на рюкзак, кроссовки и застывшую руку Моти. Выжить, Лиза, выжить любой ценой. Ради Моти, ради человека, пожертвовавшего собой ради моего счастья. Я повторяю и повторяю себе это, когда быстро собираю необходимые вещи, когда спускаюсь на паркинг и нахожу нужную машину, когда проезжаю мимо подозрительной чёрной иномарке, когда, наконец, паркуюсь в тихом дворе почти на другом конце города. Я повторяю это, как мантру, «Выжить, Лиза, ради Моти, ради себя. Выжить любой ценой».
Глава 2
Телефон номер один. Старый кнопочный аппарат действительно подписан, и в нем хранится только один номер.
– Алло. – слышится с другого конца старческий мужской голос.
– Меня... кхм… Мне нужно серебро. – замираю, ожидая ответа.
– Я понял. – невозмутимо доносится в ответ. – На улице Народного Ополчения, 33Б, есть круглосуточное фотоателье. Сделай там фотографии 3*4, и оставь до завтра, скажи, придёт забирать муж. Заказ на фамилию, Дольник. Созвон в это же время, ровно через трое суток.
И всё! Так просто! Трое суток и новые документы. Трое суток. Ты обо всём позаботился, мой милый муж, только где же я буду жить, где прятаться эти трое суток.
Четыре телефона, два подписанных, два нет, у меня есть один шанс из двух. Набираю номер единственного человека, чей помню наизусть, кто сможет помочь, без лишних вопросов.
– Слушаю… - её голос звучит настороженно, и в какой-то момент мне уже не кажется, идея втягивать её в мои проблемы правильной. – Алло…
– Яна-а… это… я-а…
– Лиза!? Боже, ты меня напугала, что у тебя с номером, что-то случилось? С тобой всё в порядке, у тебя такой голос, Лиз? Всё хорошо? – девушка сыплет вопросами, а я боюсь сорваться, и разреветься в ответ на её заботу.
– Нет, Яна, всё совсем не хорошо, мне нужна помощь. Пожалуйста, если сможешь.
– Да, конечно, я помогу, только скажи чем? Как?
– Мне нужно спрятаться на три дня, так, чтобы никто не нашёл.
– Приезжай ко мне, без проблем. – легко соглашается подруга.
– Нет, Ян, так не пойдёт, они могут искать по друзьям, а это… сама понимаешь. – замолкаю, не зная что сказать, не хочу её втягивать и приходится.
– Так, так, так… минутку… блин… чёрт… И мои как назло уехали на эти три дня. Мы придумаем, Лиз, мы сейчас что-нибудь придумаем. – слышны её нервные постукивания и мычание. – Блин… Чёрт… Есть только один вариант, да, он самый надёжный. Ты на машине?
– Да…
– Хорошо, жду тебя на Новорижском…
– Хорошо, только я не смогу быстро, давай через часа два.
– Окей, через два часа. Я помогу, Лиз, ты не одна.
– Спасибо.
Раздумываю, выбросить ли этот телефон, всё же выбрасываю. Если понадобиться, буду ждать Яну столько, сколько нужно. С фотографиями складывается всё быстро и просто. Я даже добираюсь до места раньше оговорённого времени, но Янкин байк, уже стоит и ждёт меня, вместе со своей хозяйкой. Вижу подругу и бросаюсь к ней в её объятья.
– Ты как, Лиз? Расскажешь? – отрицательно качаю головой. – Хорошо, пусть так, поехали. За мной езжай, я постараюсь не быстро. – она одаривает меня хулиганской улыбкой, и подмигивает. Вмиг поднимая настроение.
Дорога занимает чуть больше получаса. И мы подъезжаем к шлагбауму, будка КПП, Яна поморгала фарой, и нас пропускают. Это место явно напоминает какую-то базу, что-то развлекательное. Стройные в ряд одинаковые домики, несколько больших строений, указатели и карты. Мы заезжаем в самую глубь, последнее из строений, выделяется на фоне остальных, большой двухэтажный дом. Имеет свою вместимую парковку, гараж, ещё строение, похожее на баню, роскошная зона барбекю и беседка.
Я паркуюсь радом с Янкиным монстром.
– Лучше загони в гараж. – кричит мне девушка, и открывает автоматические ворота.
– Что это за место? – оглядываюсь вокруг, насколько позволяют сумерки.
– Это новая игрушка моего муженька и братца. Экстрим-отдых. Тут тебе и пейнтбол, и веревочный парк, и езда на багги. Большие мальчики, не знают, чем ещё себя занять. Проходи в дом.
– Здесь очень красиво…
– Да, брось. На первом этаже кухня, гостиная, две гостевые и санузел. На втором три хозяйские спальни, три гостевые, санузел. Располагайся.
– Спасибо. Я свалилась на тебя со своими проблемами…
– Брось. Помнишь детдом. Ты мне тогда жизнь спасла, дважды. – смотрим друг на друга грустными глазами. – Не расскажешь?
– Нет. – отрицательно качаю головой. – Не хочу тебя втягивать ещё больше. Могу лишь сказать, это привет от деятельности Моти.
– Матвей?! Он… дык… полтора года…
– Я удивлена не меньше твоего. Его прошлое настигло меня и грозится смести лавиной. Мне нужно исчезнуть, Ян. Возможно, надолго, возможно, навсегда. – она понимающе качает головой, как будто сама сталкивается с таким каждый день.