Чтение онлайн

— Ты думаешь, его душа где-то жива? — спросила я, утирая мокрые дорожки с лица.

— Уверен, я, кстати, тебе тут кое-какую книжку подыскал, возьми почитай! — сказал паренек, протянув мне ту самую книжку, которую взял с полки.

— Спасибо тебе большое, если бы не вы, наверное, моя жизнь сложилась бы по другому! — печально, ответила я, принимая книгу.

— Эб, если бы не ты, то наша с отцом жизнь продолжала быть скучной и серой! — сказал он.

В этот самый момент в библиотеку вошла та самая служанка, увидев нас обнимающими, вновь кинула ту же самую фразу 'Аритхина!' и с грохотом закрыв дверь, ушла.

— Кар, объясни мне, пожалуйста, что это за слово 'Аритхина'? — попросила я, удобнее садясь в кресле.

— Эм, Эбби не бери в голову, она служанка моей бабули! — начал, было он, но я его перебили.

— Картер Далкин, сейчас же объясни мне, что сказал эта женщина! — более сурово потребовала я.

— Ммм, это слово означает 'Дрянь'! — передернув плечами, ответил он.

— Воу, да я расту! — вдруг улыбнувшись, ответила я.

Картер же глянул на меня удивленно, словно не веря, что это сказала я.

— Ты, что шутишь? — поинтересовался он.

— Нисколечко, сначала я была шлюхой, а теперь видишь, выросла до дряни! — улыбаясь, ответила я.

— Ты невероятная! — качая головой и тоже улыбнувшись, ответил он.

После наш разговор перешел ни о чем, пару раз забегал Дирк, требуя к себе внимание. Когда за окном стемнело, Картер меня покинул, убежав с Дирком на улицу, как выяснилось этот маленький зверек был хищником, а самое лучшее время для охоты это вечер, поэтому то эти двое и ушли оставив меня одну.

Мне же ни чего не оставалось, как вновь взять в руки книгу. Поудобнее устроившись в кресле, прочитала название ' Селафия — явь, или легенда?'

Открыв первую страницу, погрузилась в чтение книги.

В ней писалось, что за много тысяч световых лет, появилась новая раса, которая обладала особенными способностями: читать, привязывать и управлять душой.

Каждая имела свой цвет, их было всего три: красный- читает, синий- привязывает и зеленый- управляет. Был еще четвертый цвет, ультамариновый, который обладал всеми выше перечисленными особенностями, но, к сожалению их относили к разряду Богов. Как правило, правительством управляли именно зеленые цвета. Красный относился к среднему сословию, как впрочем, и синий, лишь с той разницей, что на синих была открыта глобальная охота.

Лишь они могли привязать чужую душу, сделать ее своей, подчинить и даже убить, поэтому- то их судьбы с рождения были предрешены. Младенцев рожденных с синим цветом волос изымали из семей и больше их ни кто и ни когда не видел.

Чем дальше читая, тем больше тело покрывал липкий страх. Уничтожение, разорение и постоянные пытки, вот лишь спектр того, что творили с невинными маленькими младенцами, урожденных с синим цветом волос.

Дрожащими руками перелистывала страницы, постепенно читающийся текст, стал одним размытым пятном. Лишь отдельные фразы врывались в мое полубессознательное состояние.

Смерть… Пытка…Эксперименты…Издевательства…Добровольная отдача младенцев — это лишь малый спектр слов, употребляемые в адрес Синих Селафий.

И для них, для всех других рас, это была лишь легенда, миф, сказка, лишь я знала, что все это правда! Теперь я понимала своих родителей, которые оберегали меня, прятали и не позволяли моим волосам вырасти хоть на сантиметр, когда другие девочки в классе ходили с роскошными косичками и хвостами.

Воспоминание само подкинуло, тот самый злосчастный день…

— Дедушка, почему я не могу иметь такие же волосы, как у девочек? — всхлипывала я, смотря как жесткой бритвой, дед сбривал слегка выросшие волосы.

— Эбби, милая моя, так надо! — сам чуть ли не плача прохрипел дед.

— но ведь завтра праздник, все придут нарядные с косичками и бантиками! Дедушка я очень хочу-у-у, ну пожалуйста! — размазывая слезы, молила семилетняя девочка.

— Хватит, я сказал нет, значит, нет! — строго ответил он.

Милый дедушка, только сейчас я поняла, что ты это делал ради сохранности моей жизни!

Захлопнув со злостью книгу и кинув ее на соседнее кресло, вытерев рукавом дорожки слез, пошла прямиком в свою комнату. По пути не обращая внимание ни на сварливую служанку, что-то кинувшей мне вслед, ни на Кара, который позвал меня, стоя на пороге дома, ни даже на разъяренную Сари, которая заступив мне дорогу, что-то кричала мне. С силой оттолкнув женщину, быстро взбежала на вверх и, преодолев расстояние до спальни за считанные секунды, войдя в комнату, закрылась сразу же на ключ. Не видеть, не слышать кого-либо мне ни хотелось.

Сев у изголовья кровати, притянув к себе ближе ноги, самым постыдным образом разревелась.

Я не жалела себя, или прожитую жизнь, я жалела лишь о том, что не успела сказать деду, как ему благодарна за всю мою самую лучшую прожитую с ним жизнь.

В окно ворвался свежий морской ветерок, колыхнув невесомо тюль. Посмотрела на огромную, сияющую на небе звезду, чем-то напоминающую нашу Луну.

— Я не хочу эту новую жизнь, верни мне старую! — тихо шепотом, попросила я у светящего светила, как маленькая девочка загадывающая желание у падающей звезды.

И как по закону жанра, словно мне вызовом, темные тучи заволокли ее.

— Даже ты, против моих желаний! — с горечью ответила я.

— попробуй загадать что-нибудь другое, то что она выполнить в силах! — донеслось из дальнего угла комнаты.

Попыталась, прищурив глаза разглядеть силуэт.

— Кто, ты? — спросила я.

— Возможно, тот, кто оберегает тебя! — ответила тень.

— Ты здесь живешь? — поинтересовалась я, даже слегка подалась вперед, надеясь все-таки разглядеть говорившего.

— Теперь да! Прости, я покину тебя на время, сюда идет хозяин! — сказав это, тень мелькнула, исчезая в соседней стене.

Следом последовал стук в дверь и голос Питера.

— Эбби, девочка открой, пожалуйста!

Я встала, ни секунды не сомневаясь. Открыла и застыла, увидев взволнованный взгляд Питера. Он, схватив за плечи и взглядом осмотрев мое тело на наличие, каких- либо увечий, спросил:

— Эбби, что с тобой произошло?

И я не выдержала, прижалась к такому теплому и такому почти, что ставшему родному телу Питера. Он же на секунду замер, чтобы потом еще сильнее стиснуть в свои объятия. Я даже не заметила как этот сильный мужчина, подхватив меня словно пушинку, ногой закрыв за собой дверь, перенес на кровать, и лишь когда его ладонь накрыла мое лицо, сказал: