Чтение онлайн

– Хорошо, я рад, что ты нашел себе новое занятие, успехов, - я слабо улыбнулся Стасу.

Тот спокойно кивнул и ответил:

– Я вижу, что у тебя что-то серьезное, если что, я с тобой.

Я поблагодарил его, и мы распрощались. Оставшись один, я прошел в общую тренерскую, что бы приготовить себе место на ночь. Я устало сел на диван, когда ко мне неожиданно подошла Вика, тренер групповых программ. Она запустила пальцы в мои волосы и принялась массировать. Она всегда пыталась меня трогать, поэтому Стас считает ее влюбленной в меня.

– Что с тобой? – спросила она. Я отстранился, откинув от себя ее руки.

– Проблемы, - я пожал плечами и посмотрел на ее милое лицо. Она опустилась на диван рядом со мной.

– В каком плане?

– С девушкой.

– Ну, с некоторыми девушками не бывает проблем. Думаю, я могу тебе как-то помочь, - Вика провела ладонью по моей футболке, немного задрав ее вверх и зацепила пальцами резинку моих шортов, пытаясь стянуть их вниз.

– Вика, не надо, - я спокойно взял ее руку и медленно убрал со своего тела, - если проблем нет, не будем их создавать.

Она недовольно сжала свои губы и, взяв свои вещи, быстро ушла домой.

Я слабо улыбнулся. Мне безразличны другие. Нина прочно в моей душе, что будет очень тяжело отделить ее от себя. Последние клиенты ушли домой, и я окончательно лег на диван. Я попытался написать сообщение Арише с благодарностью, за то, что она рассказала про всю эту ситуацию, но оказалось, что она заблокировала меня везде. Ладно, завтра попытаюсь поговорить с ней.

Снова подумал про Нину. Все-таки мы должны еще раз поговорить, может, если я буду умолять ее, она оставит ребенка. Если он не нужен ей, он нужен мне. Я открыл на телефоне фото. По правде говоря, весь мой телефон на половину состоял из фоток по учебе и на половину из фото Нины. Я рассматривал ее на отдыхе, вспоминая, как нам было хорошо вместе. Раньше в ленте мне попались фото Нины, которые она снимала на мой телефон. Помню, она мне сказала, что буду использовать их, когда мы будем далеко друг от друга. Что ж, время пришло. Девушка была в комплекте белья, моего любимого белого цвета. Красиво выгибаясь на кровати, она страстно смотрела в камеру. Ее сексуальное тело, как и всегда, возбудило желание во мне. Идеальные формы, обтянутые в белое кружево так и манили прикоснуться к ним. Эх, Нина, что же ты делаешь со мной? Я так завишу от тебя, а ты хочешь избавиться от нашего ребенка. Я грустно вздохнул и встал с дивана. Что ж, придется идти в душ и удовлетворять себя самому, раз ты у меня такая огненная девчонка.

Глава 9

Нина

Пошли все они к черту, никто меня не понимает. Набросились на меня все вместе, орут про одно и то же! Мои родители, Перова с Дунаевым и мой Вова! Как сговорились, объявили меня врагом народа! А хоть кто-то спросил, что я думаю? Что я беспокоюсь и почему так решила? Им никому нет дела до меня, никого не интересует, что у меня происходит. Легче обзывать меня убийцей! Сволочи! Какие твари вокруг. А я совсем одна и никому нет дела!

Я сидела одна в квартире и ревела горькими слезами. Все тело болело от такой истерики, дыхания не хватало, и я упала на кровать. Еще никогда я не чувствовала себя настолько одинокой, жалкой и ненужной. Я же просто всегда хотела быть с Вовой, а теперь получается, что я ему не нужна, раз так просто он может от меня отказаться. Ненавижу! НЕНАВИЖУ ВСЕХ! В квартиру позвонили, и я пошла узнать кто. Оказалось, это моя мама.

– Пусти меня, пожалуйста! – попросила она через дверь, но я зло ответила ей.

– Нет! Я знаю, о чем ты будешь говорить, мне не нужно этого!

– Нина! Ты же моя девочка, я не так воспитывала тебя. Откуда в тебе такая ненависть? Давай спокойно поговорим.

– Никогда! Это моя жизнь, и в ней все решаю я. Уходи, - попросила я, пытаясь подавить приступ плача.

 -Тогда, я останусь здесь, у твоей двери и не уйду, пока мы не поговорим, - произнесла мама, а я увидела в дверной глазок, как она подошла к стене напротив моей квартиры.

Я недовольно поморщилась и взглянула на часы. Через час мне надо быть у врача, но если мама так и будет там, я не смогу поехать. Пришлось звонить в клинику и переносить прием. Меня предупредили, что каждый день отсрочки несет большой риск осложнений при аборте. Я и сама понимала, что заканчивается шестая неделя, и это уже несколько поздно. Но что делать, мы с Вовой вернулись с отдыха прямо в разгар праздников, когда никакие клиники не работали, потом меня так затянули отработки в академии, что не было времени подумать об этом. И сейчас я снова переношу дату. Хорошо, не сегодня, дак через два дня все закончится. Мне было совестно держать маму на лестничной клетке, но и снова и снова выслушивать ее причитания у меня не было сил.

– Мама, - я открыла дверь квартиры.

Она устало на меня посмотрела и ничего не ответила.

– Пожалуйста, иди домой. Я не готова сейчас снова говорить об этом. Давай, я через пару дней приду в себя, соберусь, и сама приеду к тебе на разговор?

– Когда-нибудь, ты пожалеешь, о том, что сделала, но я надеюсь, что меня рядом с тобой уже не будет, - она разочаровано заглянула мне в глаза и зашла в приехавший лифт.

Дерьмо, я снова расплакалась.

А утром пришлось идти в универ. Было видно, как Вова избегает меня. Я пыталась говорить с ним, но ничего не вышло. Видела предательницу Перову, которая теперь ни на шаг не отпускает от себя Андрея. Ненавижу!

Весь день прошел в ненависти ко всем, и я раздраженно наматывала шарф у зеркала в гардеробе. Выйдя на зверский холод, я недовольно шагала по бульвару в сторону метро. Меня позвали по имени, и я обернулась. Это был Дунаев. Он подбежал ко мне и сказал, посмотрев на часы:

– У меня есть пол часа перед собранием у Штольц, может, поговорим?

Я раздраженно процедила сквозь зубы:

– Зачем нам разговаривать? Твоя девушка обидела меня!

– А ты обидела мою девушку. Все еще считаешь не о чем?

Я устало махнула рукой и мы пошли по бульвару вместе. Андрей молчал и это раздражало.

– А что, твоя Перова не заругается, что ты со мной? – спросила я.

– Она уже домой уехала, - спокойно ответил он, вызывая приступ ярости.

Мы все еще шли в тишине. Он продолжал молчать, и я чувствовала себя какой-то дурой.

– Хочешь, кофе тебе куплю, сегодня холодно, - спросил Дунаев, кивнув на уличное кафе.

– Не надо мне ничего! – я уже злилась на его спокойствие, - о чем ты хочешь говорить? Если снова об аборте, то не надо. Я уже все сделала, и вы все можете оставить меня в покое! Я не собираюсь еще и от тебя выслушивать какие-то обвинения!

Андрей пожал плечами и ничего не ответил. Вот же дурак!

Он попросил меня сесть на скамейку, очищенную от снега. Мы устало опустились на нее, и он наконец-то проговорил:

– А можешь рассказать мне про Арину в школе?

– Чего? Зачем это?

– Ну, ты знаешь ее дольше меня, мне интересно. Ну, как она училась, какой ее любимый предмет был.

Я все еще не понимала, зачем мне говорить это, но я попыталась вспомнить наши школьные годы и тихо ответила:

– Ей нравилась география и обществознание, а училась она хорошо, по-моему троек в аттестате у нее нет.

 Андрей открыл рот, что бы что-то сказать, но его внимание привлекла семья, гуляющая по бульвару. Высокий мужчина и миниатюрная женщина, у которой на хрупом теле выделялся большой беременный живот, видимый через пуховик. Между ними, держа их за руки, шла маленькая девочка, лет четырех. Все они весело разговаривали и были такими счастливыми, что я по-настоящему позавидовала такому.

– А волосы всегда были такие? – отвлек меня вопрос Андрея.

– У Арины? Да, только знаешь, у нас раньше волосы были почти одинаковые. У меня тоже были длинные и русые. Перова начала осветлять свои в старшей школе.