Чтение онлайн

Стильный, спортивный, красивый какой. Прямо мечта...э-э.

Озадаченно вглядываюсь в пространство перед собой.

Осталось тебе слюной закапать, как на книжки капала и выдашь себя.

Будешь потом в сто раз больше насмешек от собаки этой бешеной терпеть.

Оно тебе надо?

— Извините, - прерываю беседу. — Простите, я спешу, - поворачиваюсь к Артёму.

— Спасибо тебе за помощь. Положи их у моей двери.

Поворот к преподавателю.

— До свидания. Простите, что перебила.

— Ничего, юная леди.

— Постой. Эй. Новенькая!

Не оглядываюсь.

У меня полный мандраж. Во рту сухость лютая.

Дикий действует на меня...непонятно.

И, если не перебороть непонятность, будет самой хуже.

Он не для меня, я не для него. Найду себе парня попроще. Лет через пять.

Сейчас же главная моя задача - хорошо учиться.

Вторая по важности - узнать, что мажорам нужно.

Странное поведение, помощь.

Не поверю, чтобы они по доброте душевной, стали ерундой страдать и вокруг меня околачиваться.

И группа из головы не выходит. Вроде обычная группа школы, но я поискала её в приложении. Долго искала.

Не нашла. Делая логичный вывод - она не обычная. Закрытая.

И что нужно сделать, чтобы получить туда приглашение?

Интуиция подсказывает, смогу много всякого нарыть в ней.

***

— Варя, формы на тебя - нет, - работница склада разводит руками.

— Что? Но а...как я буду? Что делать тогда?

— Могу дать ту, что для девочек из средних классов.

— И чем она отличается?

— Цифрой. Нашивка на груди разная. Тебе подойдёт класс девятый-восьмой. На. Попробуй девятый, - отдаёт мне пакет с новой формой женщина.

Зарывшись в него, изучаю содержимое: чёрная юбка, рубашка, гетры, пиджак. И, да, на нём имелась нашивка «девять».

Вздохнув, под одобрение Полины Евгеньевны неконфликтно захожу в коморку, чтобы переодеться.

— Отлично села, - радуется работница, когда я выхожу.

— Приходи через два дня, - добавляет. — Я перешью тебе на оставшихся нашивку. Везде будет одиннадцатый класс.

— Хорошо. Приду. Спасибо, - прижимаю к себе шуршащий пакет.

В него переложила вещи, которые были на мне.

— Не за что, Варенька, не за что, - возвращается Полина Евгеньевна к работе.

Попрощавшись, выхожу.

Теперь к директору. И оставшиеся часы дня будут полностью в моём распоряжении.

— Добрый день, - захожу в приёмную.

— Привет. Девятиклассница? Что, к директору сказали идти?
– сочувствует секретарша.

Первое впечатление о ней - добрая, весёлая тётушка. Та самая, что конфетами в тайне от мамы накормит и даст парочку неординарных советов.

Юбка-карандаш, на ногах туфли с каблучком. Выбился из общей картины лишь темно-синий, вельветовый пиджак. Да так же макияж вечерний с акцентом на глаза.

Две незначительные, но бросающихся в глаза детали показывали, что выделяться кое-кто любит.

— Погоди немного, - кивает на свободный стул, не дожидаясь ответа.

Присаживаюсь. И чуть не промахиваюсь мимо стула, услышав: — У Вадима Александровича Дикой.

Ё-моё. И тут он?

— По глазам вижу, что и ты Артёмку знаешь. Но с пацаном не встретишься. Не мечтай.

Слава богу, что не встречусь. Хватило трех предыдущих встреч.

— Первый раз вижу, чтобы девчонки радовались, что не увидят его. Расскажешь?
– подставив ладони под щёки с надеждой просит брюнетка.

Скучно, что ли, ей живётся?

— Давайте лучше вы. Мне говорить нечего.

— Чего улыбалась тогда?

— Всё утро зуб болел, а теперь прошёл, - вру залихватски.

Секретарша захихикала над чем-то.

— Вы сказали, что не он у директора...Кто тогда? Однофомилец?

— Старший пришёл, - щёлкает пимпочкой на ручке брюнетка и поправляет очки, съехавшие на нос.

— Брат?
– мотнув головой, не понимаю.

— Не. Папаня. Надеяться, наверное, что-то изменить, поговорив о чаде из ада.

Женщина замолкает, уткнувшись в компьютер и предоставляя мне возможность осмотреться в тишине.

Обстановка как обстановка. Обычная.

Компьютер, телефон и бумаги на столе, за которым, и сидела «тётушка».

Два окна. Дверь деревянная. Возможно, дубовая. За ней кабинет директора.

По табличке понятно, что директора.

На этом и заканчивается перечень.

Больше смотреть было не на что.

— За что выгнали?
– прерывает незнакомка тишину. — Что интересного натворила?
– не удаётся ей подавить внутреннее любопытство.

Пять минут прошло всего, но она больше не утерпев, встаёт, чтобы подойти к маленькому столику, притулившемуся в уголке.

И почему я не увидела его? Каким место смотрела то?

— Будешь?
– ловко нажимает женщина на кнопки и предлагает мне угоститься кофейком.

Вылупляюсь на шайтан-машинку, как баран на новые ворота.

Блестящая, с зёрнами во встроенной колбе, красивая.

И швец, и жнец, и на дуде игрец, в общем, а не кофеварка.

И она бесспорно манила, но я помотала головой.

— Вряд-ли директор одобрит, что я буду пить его кофе.

— Ой, брось! Он не жадный. Я вон весь день хлестаю и ни разу не упрекнул. Мы тебе капучино сделаем, чтобы на сердечко нагрузки не было. Легонькое, - рекламируют незнакомка кофе, получше всяких маркетологов.

— Чего зря время тратить?! Хоть с пользой его проведём, за чашечкой кофе.

Машинка сама отключается.

Секретарша ставит на свой стол полную чашку. И возвращается, чтобы подставить под носик машинки другую.

Заурчав, кофеварка промолола зёрна, взбила молоко.

Я и отследить не успела, как оказалась с чашкой, от которой поднимался ароматный пар в одной руке. И с печенюшкой - в другой.

— Кушай, кушай, дорогая, - улыбается ласково секретарша.

— Одни кости. На модных диетах сидишь? Плюнь, пока молодая и здоровая. Я в юности тоже любила голодом себя поморить. Одумалась лишь на койке в больнице, - разоткровенничалась она.