Чтение онлайн

Пит, извини меня, — произнес Де-Гручи.

Ведите его вниз, — поторопил доктор. Несколько секунд Пит боролся с собой. Неприязнь к Де-Гручи была так сильна, что он не мог сразу преодолеть ее, и к тому же именно теперь. Черт возьми, разве нужно получить травму, чтобы помириться с Де-Гручи? Но Де-Гручи был настойчив и упрям, как обычно. Он хотел услышать ответ Пита и почти умоляюще произнес:

—Не будешь злиться на меня, а, Пит? В конце концов это было правильно.

—Конечно. Чего мне злиться?.. Мы еще разгромим этих сопляков!

Натянутые, бледные улыбки появились на лицах обоих мальчиков.

Толстяк, Лоуренс и доктор повели Пита вниз по лестнице.

Глава 10

Доктор Дартнелл стянул с Пита ботинок, достал из чемоданчика ножницы, до колена разрезал пропитавшийся кровью чулок и с серьезным видом принялся осматривать рану. Она была около двух дюймов длиной, глубокая и рваная.

Больно? — взглянул он на пострадавшего...

Не очень. Только когда я ступаю на ногу. Лоуренс хотел было пойти наверх, продолжать игру, но доктор задержал его:

—Скажи Тэрнеру, что я отвезу Гордона в больницу. Ему нужно наложить швы. Пусть звонит туда.

Толстяк со страдальческим видом смотрел на Пита.

Не тревожься, сынок. Ногу мы ему не отрежем, — пошутил доктор. — Через две недели будет в порядке.

Через две недели?! — простонал Толстяк.

Рана глубокая, — пояснил доктор. — Здорово тебя зацепили коньком. Кто это сделал?

Случайно, — качнул головой Пит.

Доктор Дартнелл забинтовал ногу. Толстяк помог Питу надеть пальто и собрал его вещи, чтобы Пит переоделся после того, как в госпитале ему наложат швы.

Толстяк нес вещи Пита, доктор поддерживал его под руку, и они медленно побрели по лестнице в вестибюль. И тут Пит осознал все, что с ним произошло. Проклятие! И надо же случиться такому, как раз когда он обрел форму! И все-таки, хотя мучительно ныла нога, хотя разбирала досада, что он вышел из строя, ему было хорошо, когда он вспоминал слова Де-Гручи. Не потому, что ему было очень уж важно, что думает о нем Вик, но, во всяком случае, было приятно. Черт побери, он не мог объяснить этого даже самому себе! Достаточно того, что во время игры он старался изо всех сил и играл хорошо, и его усилия были замечены.

Скорей бы только зажила нога.

Толстяк, убежавший куда-то, догнал их у выхода.

—По-прежнему 1:1, — сообщил он. — Может быть, мы все же одолеем их...

Пит тяжело вдыхал морозный воздух, боль накатывалась на него волнами.

—Печка в моей машине не работает, — сказал доктор. — Тебе будет холодно. Возьмем такси.

Он подозвал такси, помог Питу усесться на переднее сиденье, сел сзади и, забрав у Толстяка вещи Пита, попросил шофера включить отопление.

— Ты хорошо играл сегодня, Пит, — торопливо произнес Толстяк. — Скорее поправляйся.

Де-Гручи, а теперь Толстяк... Забавно, как одна игра может все перемнить. Такси круто развернулось, и Пит увидел выбежавшую на улицу Сару и Толстяка, который подошел к ней. Толстяк ей расскажет все, что случилось.

Но лишь значительно позднее сам Пит понял, что же все-таки случилось. На следующее утро он прослушал по радио репортаж: «Команда Северо-западной школы неожиданно рухнула после того, как Пит выбыл из игры; сенджонцам трижды удалось добиться успеха, и они победили со счетом 4:1». За завтраком Пит подробно рассказал, как в госпитале под местным наркозом ему наложили шесть швов. Вчера вечером, когда отец привез его домой, он был слишком утомлен, чтобы говорить об этом.

Задребезжал звонок телефона. Подошла Сара.

—Пит, тебя.

Пит заковылял в прихожую.

Я слушаю.

Пит?

Я.

Говорит Элмер Мак-Миллан из училища Сен-Джона.

—Я не могу оторваться от тебя даже во время завтрака, — улыбнулся Пит.

Мак-Миллан фыркнул.

Я звоню, чтобы узнать, как твоя нога, — смущенно произнес он.

Ничего страшного. Правда, возможно, придется пропустить одну игру, но доктор обещал, что к двадцатому числу, когда мы встречаемся скомандой Гордона Белла, я буду здоров.

— Мне очень жаль, что так получилось, — сказал Мак-Миллан. — То есть я хочу сказать, что я должен был играть против тебя, но я вовсе не хотел...

Все в порядке. Все было по правилам, — перебил его Пит. —Мало ли что бывает. Просто несчастный случай. Забудь об этом...

Спасибо. Я очень рад, что ты так говоришь.

Но в следующий раз мы вас побьем, — сказал Пит.

Мак-Миллан будто не обратил внимания на эти слова, только сказал:

Без тебя команду словно подменили... Ладно, не буду тебя задерживать. Я только хотел сказать, что очень жалею о случившемся.

Спасибо, что позвонил, — сказал Пит. — Скоро увидимся.

—Пока.

После завтрака Пит перебрался в гостиную, с трудом ступая на больную ногу. Он лежал на диване и слушал радио, когда в дверь позвонили.

Я открою! — крикнула Сара из кухни. Из прихожей раздался ее удивленный голос:

О, здравствуй...

Здравствуй, — услышал Пит в ответ. — Как твой брат?

—Заходи, сам увидишь.

—Не могу. Некогда. По дороге завез Питу кое-что почитать, если он захочет. Скажи ему, чтобы скорее поправлялся.

Дверь захлопнулась. Сара вошла в гостиную с кипой газет.

—Толстяк? — спросил Пит. Сара кивнула.

—Сунул мне эту кипу и убежал. — Она посмотрела на газеты. — Похоже, что комплект «Хоккейных известий» за всю зиму.

Несколько секунд Пит сидел молча. Он всего лишь постарался играть получше, и вот уже Толстяк переменился к нему... Он взял газеты и принялся листать их и разглядывать фотографии, пока не наткнулся на рассказы об играх команд высшей лиги.

Он углубился в чтение очерка о своем фаворите Теде Кеннеди из торонтских «Кленовых листьев», когда снова раздался звонок в дверь. Забывшись, он вскочил с дивана и тут же поморщился от боли; но раз уж он был на ногах, то заковылял в прихожую, открыл дверь и увидел Де-Гручи. Возле дома стоял небольшой крытый автофургон с надписью: «Бакалейные и мясные товары Де-Гручи». Вик был одет не так, как приходил в школу. На нем были толстые шерстяные штаны, заправленные в высокие сапоги, теплая куртка с меховым воротником, кожаные рукавицы и шапка с опущенными ушами.

— Вот здорово, ты уже на ногах! — смущенно произнес он.

—Заходи, — пригласил Пит. Отряхнувшись от снега, Вик вошел в прихожую.

—Отец попросил развести заказы. Вот ехал мимо и решил проведать...

Из кухни, где она помогала матери мыть посуду после завтрака, вышла Сара, удивленно поздоровалась с Де-Гручи и пошла наверх.

—Судя по словам доктора, я выбыл недели на две, — сказал Пит;

Наступило неловкое молчание, затем Де-Гручи взялся за дверную ручку и посмотрел Питу в глаза.