Чтение онлайн

Чернов побледнел, став похож на гипсовую маску, затем позеленел, и только потом обрел нормальный цвет. Ужас был в синих зрачках, а губы задержанный кусал, не скрываясь.

— Я… я не знал, зачем им взрывчатка… Не знал я!

— Увы, боюсь, что суд вам не поверит, — Виктор на мгновение замолчал, а потом рявкнул во весь голос: — Кому продал взрывчатку, сволочь?

Чернов сжался, словно его ударили, проговорил жалобно:

— Я скажу, скажу! Ее зовут Татьяна, у нее были рекомендации от надежных людей…

— О твоих «надежных людях» мы поговорим позже! — отрезал Виктор. — А фамилия ее как?

— Не знаю! — Чернов дергался, по лицу его градом катился пот. — Она служила в армии, где-то в Калининградской области. Ей около тридцати лет!

Виктор нажал кнопку селектора:

— Ашот!

Вошел капитан.

— Задай поиск в базе данных Министерства Обороны. Имя — Татьяна, возраст — от двадцати пяти до тридцати пяти лет. Демобилизованная. Проживает, вероятнее всего, в Москве.

Асланян кивнул и исчез, бесшумно, словно сказочный джинн.

— Ох, смотри, Семен, — проговорил Виктор угрожающе, наклоняясь вперед, — если обманешь или утаишь чего — гнить тебе до конца жизни в болотах Севера! И то — в лучшем случае!

Он нажал кнопку вызова охраны.

Вошел рослый сержант.

— Уведите, — проговорил Виктор, указывая на Чернова.

Дождался, когда задержанного уведут, и тут же прошел в соседнюю комнату, где у компьютера, ссутуленный, точно нахохлившийся ворон, сидел Асланян. Сходство с птицей усиливалось из-за черного цвета волос капитана.

— Ну что, нашел чего-нибудь? — спросил Виктор нетерпеливо.

— Да, — Асланян повернул голову. Глаза его были выпучены, точно у рака, на лице застыло удивление.

— Что с тобой? — изумился Виктор. — Кто она такая?

— Татьяна Нафанова, тридцать два года. Демобилизовалась в январе две тысячи сто девяносто девятого, — проговорил капитан чужим, хриплым голосом.

— Какие войска?

— Морская пехота. «Черные береты», — Асланян сделал паузу, наслаждаясь впечатлением, произведенным на старшего офицера. — Капитан. Послужной список такой, что страшно становится. Три командировки в «Огненный пояс», наград столько, что на пять человек хватит.

— Ничего себе! — Виктор невольно присвистнул. — Это будет крепкий орешек! Покажи-ка фотографию.

С экрана на них смотрела невысокая плотная девушка с плотно сжатыми губами и недобрым прищуром светлых глаз. Выглядела она опасной, точно готовая защищать детенышей волчица.

Психологическую характеристику читали вдвоем. Особенно интересные места — вслух:

— Склонна к принятию нестандартных решений… В экстремальных ситуациях чувствует себя комфортно, в спокойной обстановке теряется… Психика нестабильная, возможна немотивированная агрессия…

— Сдается мне, что это именно она звонила после каждого взрыва, — проговорил Виктор, когда они закончили чтение. Из лежащей на столе папки извлек фотографию — одну из тех, что сделали с банковской видеопленки.

— Похожа, — Асланян с хрустом почесал подбородок. — Что, опять вызывать спецназовцев?

— Да, — кивнул Виктор.

Мотор машины гневно рычал, а шины раздраженно взвизгивали на поворотах. По крайней мере, Виктору казалось именно так. За его служебной легковушкой, следовал, не отставая, неприметный грузовик, в недрах которого тряслись бойцы «Стальных когтей» во главе с капитаном, знакомым еще по штурму логова Русского Арийского Легиона.

Они мчались на восток, в Измайлово.

Еще поворот и справа открылась зеленая стена Измайловского парка, выжившего, несмотря на бурные последние столетия. Поговаривали, что некоторые деревья в нем стоят со времен чуть ли не Петра Первого, который именно в этих местах начинал формирование первых в России гвардейских полков.

Парк промелькнул мимо, точно шеренга великанов с пышными зелеными шевелюрами, и тут же Виктор тронул плечо шофера. Тот свернул к обочине, машина остановилась. Позади тихо затормозил грузовик.

Вокруг возвышались высотные дома новой постройки, отделанные по последней моде материалом, имитирующим природный камень. Солнечные блики гуляли по фальшивому граниту, куда более красивому и дешевому, чем настоящий. Здания возносились к небесам мощные, точно крепостные башни, грозя тупыми верхушками уткнуться в бирюзовый купол неба.

Виктор выбрался из машины, подождал, пока к нему подойдет капитан. Глаза того из-под прозрачного забрала шлема блестели возбужденно — вновь хороший шанс отличиться, показать себя и своих ребят в деле.

По шоссе редким потоком шли грузовики, автобусы. Но легкий гул моторов не мешал разговаривать. Он был привычен, словно снег зимой или зной в июле.

— Где она живет? — спросил капитан у Виктора.

— Сейчас посмотрим!

Зашуршал извлекаемый из кармана план района. Некоторое время Виктор водил пальцем по квадратикам и прямоугольникам, поднимал голову, соотнося рисунок с реальностью.

— Вот тут! — сказал наконец. Рукой указал на самое мощное из окрестных зданий. Почти небоскреб, оно величаво высилось чуть дальше по проспекту, внушая трепет исполинской мощью. Окна блестели, словно сотни любопытных глаз, а псевдокаменные плиты казались чешуей огромного животного, замершего в неподвижности. — Половина здания отдана под квартиры, другая — под офисы. В каждую часть — свой, отдельный вход.

— Какой этаж?

— Двенадцатый, — ответил Виктор, складывая план и запихивая его в карман. — Окружайте здание, а я внутрь. Там должен быть консьерж.

Дверь, подтверждая догадку, оказалась без кодового замка, а внутри, в вестибюле, где сильно пахло краской, обнаружился небольшой закуток, откуда на Виктора недружелюбно глянул старик с суровым, неулыбчивым лицом. Светлые глаза его были зорки, белоснежные волосы торчали, как иглы дикобраза.

— Что угодно? — спросил дед. Голос оказался низкий, с хрипами. В нем чувствовалась привычка отдавать приказы, присущая бывшим военным.

Виктор вместо ответа ткнул в окошечко консьержа удостоверение. При его виде в глазах старика появилось изумление, сам он как-то подобрался, подтянулся, точно перед начальством.

— Чем могу быть полезен?

— Ничем, — ответил Виктор.

Хлопнула дверь, в вестибюле появился капитан «Стальных когтей». За ним поспешили, стуча ботинками по полу, солдаты. Лиц не видно, шлемы угрюмо блестят, автоматы в руках выглядят устрашающе.

Глаза старика округлились, он раскрыл рот, но сказать ничего не мог.