Новое утро жизни
Шрифт:
– Вот значит как?!
–Да, так…
Милидия спешила уйти, и поравнялась с ним на лестнице. Фискал, не упуская мгновения, дернул мантилью, и та сорвалась, а тугой пучок предательски рассыпался по плечам тёмными волнами. Её лицо забледнело в тусклом свете, оно ещё хранило следы слёз. Она подняла томные ресницы, скрывающие её глаза полные обиды. От слез, они приобрели болезненный зеленоватый оттенок.
– Ты плакала?
– Нет.
– У тебя глаза, как персидская больная бирюза?
–Зачем Вы стянули с меня в мантилью?
Он схватил её за плечи.
– Перестань, слышишь, перестань притворяться, тебе не идёт. Да, я наговорил тебе глупостей, да такой у меня скверный характер. Но ты не можешь так уйти. Пойми, я тебя люблю, а ты любишь меня, признайся, любишь…
Девушка уже не стеснялась слёз, она только шептала.
– Как же стыдно, стыдно, глупо, по-книжному глупо, стыдно, стыдно, стыдно…
– Разве любить стыдно? Ты не можешь признаться, ну, хорошо, я тебе помогу, просто скажи, я тебя люблю, Фискал.
– Нет, нет, как же стыдно…
– Ваша память настолько коротка, что вмешает только слова: нет, как же, и стыдно? Но я упрямый, облегчим задачу, просто скажи, я тебя люблю.
– Нет, я тебя не люблю, слышишь, не люблю…
– Почти, почти… только убери частицу не пред люблю, давай вместе, я тебя люблю.
– Я тебя люблю – чуть шевеля губами, прошептала девушка.
– Громче, сударыня, громче.
– Я тебя люблю, как же стыдно – она потупила глаза.
– Видишь, как просто – волшебник отпустил её – как хорошо. Теперь ты никуда не уйдёшь, зачем тебе уходить, когда здесь есть кто-то, кому ты нужна.
– А что же дальше?
– Тебе только осталось назвать число и в тот же день мы обвенчаемся.
– Пусть это будет первое марта, первый день весны – она унеслась вдаль и была должно быть не здесь, а в той весне – Весной всё обновляется.
– Так нескоро, почти через два месяца?!
– Нескоро? – эхом отозвалась Милидия – разве это нескоро, но ты же знаешь, я свободолюбива, и с этим ничего не поделаешь, наверное, во мне есть много от птицы. Позволь мне простится с детством, ты сам называл меня маленькой, так дай же мне допеть мои девичьи песни. Я прилечу к тебе, я вернусь, я буду твоей.
– Навсегда?
– Навсегда…
Он хотел её поцеловать, но Милидия отпрянула и сбежала вниз по лестнице:
– Потом, – в её голосе просквозила мольба – не надо, сейчас нельзя!!!
– Ты сведёшь меня с ума, может тебя до свадьбы даже видеть нельзя?
– Если я не захочу – нельзя!
– Ещё одно подобное слово и я на руках немедленно несу тебя к алтарю.
– А я убегу, и ты меня не найдёшь никогда…
– Я не найду?! Учти, строптивое создание, я тебя из-под земли достану.
– Только больше не говори со мной, как со своей невестой.
– Ну и как с Вами говорить, крошка Мили?
– Как с другом, не иначе, и не обращайтесь ко мне как к ребёнку.
– Слишком много условий.
– Что поделаешь меня надо либо принять такой, либо отпустить.
Конец ознакомительного фрагмента.