Чтение онлайн

Когда стрельба была завершена, имперский советник крепко пожал руку Цвигуну:

– Я убедился, что вам можно доверить оружие. Оружие в ваших руках – надёжный залог победы. Я отправил руководству НСДАП в Берлин ваше предложение. То есть, предложение вашей организации, - он улыбнулся многообещающе. – Ждём ответа с нетерпением, как говорят русские. Скажу вам по секрету, - он молниеносно скосил глаз на Фоммеля, - что в ставке фюрера одна цель – сокрушить русские армии на центральном направлении. Но как? Военной силой? Ну, это чушь. И вы лучше меня это знаете. По основным видам вооружений вы уже нас превосходите в два раза. Ваше стрелковое оружие значительно проще и лучше. Пистолет-пулемёт Шпагина хоть и не снабжён коробчатым магазином, за который можно эффектно ухватиться, - он с усмешкой проводил взглядом германского солдата, что, прижав к груди MP40, прогуливался по земляному скату, что опоясывал полигон, - но зато в его патронном диске – 70 выстрелов. Ваша промышленность уже штампует их миллионами. А наша ещё не перевалила даже за половину от одной этой цифры. Так вот, фюрер не планирует победить Сталина на поле битвы. Это факт – можете доложить по начальству по прибытии, как говорят у вас. Фюрер хочет, - он взял Цвигуна под руку и увлёк за собой в сторону гофрированного домика операторской, - договориться со Сталиным. Вам это понятно, товарищ? По глазам вижу, что да. Очень хорошо. Иного я и не ждал.

– С фюрером мы немного разобрались. А как же другой штаб? Не менее могущественный… - Васька выразительно сплюнул сквозь зубы, чтобы не выдавать своего истинного настроения Фоммелю.

– Ага! Вот это не менее важно. Рад, что вы ухватили эту мысль. Старцы в генеральских и фельдмаршальских погонах, что имели счастья принадлежать к группе Гофмана, - сузил глаза советник, - тоже не полагаются на силу танков «Тигр» и «Пантера». Жаль… Почему, спросите вы? Я вам отвечу так: они полагаются на военный переворот и установление военной диктатуры под прикрытием демократии. Важно, кто одержит верх: кружок Краузена, возглавляемый братом фон Шулленбурга Францем, либо… Вам знакома такая фамилия – фон Штауффенберг?

– Откуда? – прищурился Васька. – Я конечно кот бывалый, но не по таким мышам. Короче, я не спец по фонам. Больше по баронам

Советник сглотнул смех, но сдержал себя.

– Мне приятен ваш русский юмор. Что ж, передайте своим, что фон Штауффенберг довольно близко снюхался… как есть? С тем, кто учиться в академии Фрунзе в 1927-м и организовать нападение на Сталина. Была такая группа военных под командованием Якова Охотникова. Назовите только эту фамилию – ваши поймут.

– Простите, я не понял… - Васька собрал несуществующую складку на лбу, - вы меня за кого принимаете? Я революционер-троцкист, усатого деспота готов на портянки порвать, а…

– Я вас принимаю за трезвомыслящего человека. Поймите, что Германия проиграла военную часть компании. Если ей удастся выиграть политическую часть, то выиграете ли Россия? Вы думаете, ваши временные союзники вас так любят? Они не в грош вас не поставят, когда, не дай Бог… - лицо советника потускнело, - рейх капитулирует. Они примутся за вас. Америка уже сейчас занята производством тысяч дальних бомбардировщиков В-17 и В-24. Каждый несёт тонны бомб, способных уничтожить целый квартал. Каждый снабжён одиннадцатью пулемётами на турелях. Представляете, куда они устремятся?

Они с минуту смотрели друг на друга, затаив дыхание. По краю полигона проехал тентованный «опель-блитц». Группа «хиви» в красноармейском обмундировании без знаков различия, но с отличительными повязками мгновенно выгрузилась из него. По команде унтера, что был с ними, построилась в одну шеренгу, по-германски оттопырив локти. Из кабины выпрыгнул офицер. По-видимому, их привезли на стрельбище.

– Прошу прощения, господа, - Фоммель снял фуражку с выгнутой тульёй, где хищно сверкнула адамова голова. Промокнул лоб платочком из нагрудного кармана. – Я, конечно, не слышал вашего разговора. Но, бьюсь об заклад, что вы решали политику рейха на востоке. Я вам скажу, что старичьё в штабах – главная причина провала этой политики. Причины начала восточной компании тоже в них. Эти старые пердуны! О, как был прав Азиат, - он бросил выразительный взгляд на Цвигуна, - что устроил им… как это по-русский… О, великий чистка! У нас такое тоже бы не помешало. Я подумал об одном плане, пока вы разговаривали. Если кратко, то… Как бы фюрер посмотрел на одно странное обстоятельство? Его генералы и фельдмаршалы затеяли свалить на него вину за поражение в битве под одним городом… ну, в центре России. А затем, за всю восточную кампанию.

Он выразительно помолчал. «Хиви», отработанно повернувшись, затрусили мелким бегом, прижав полусогнутые руки к груди, к длинному, под гофрированной крышей блоку возле операторской. Видно, там они получали оружие. Впереди бежал, высоко поднимая колени в брюках французского сукна, германский унтер. Офицер неспеша шёл, посвёркивая галунными петлицами на воротнике, чуть поодаль. Заметив офицера СД и советника в его горчичном френче с оливковой ветвью в петлицах и нарукавной повязкой, он вскинул руку в нацистском приветствии. Сам являлся членом НСДАП.

– Совершенно с вами согласен, - вздохнул советник, чей шитый золотом воротник потемнел от пота. – Более того. Для нашего русского коллеги я скажу: фюрер не начал бы эту самоубийственную войну. Всему причиной одно обстоятельство. Предательство Муссолини – вот истинная причина. Своим вторжением в Грецию он вверг Германию в открытую войну с Англией. Кроме того, этот мерзавец Геринг, что действовал с ним заодно. Помните, он подтолкнул фюрера начать бомбёжки британских городов?

– Слушайте, господа-товарищи, при чём здесь это? – искренне удивился Васька. – Мы вам столько всего слали через границу. Эшелон за эшелоном. С углём, зерном, нефтью… Воюй хоть с Америкой – не хочу! Но вы же на нас попёрли, будто у нас мёдом было помазано. К чему такая подлянка?

Немцы переглянулись. Вдали, где сверкали никелем и чёрным лаком машины под маскировочной сеткой, где ходил часовой в надвинутом шлеме и с гофрированным цилиндром противогаза, уже стоял раскладной столик с нехитрой снедью. Кроме всего прочего там высилась оплетённая круглая ёмкость, где что-то побулькивало.

– О, подлянка… Что есть по русский? – советник поморщил лоб, хотя смысл был ясен ему.

– Западло это.

– Ясно, дружище. Уверяю вас, и можете заверить в этом… хм, гм… хоть самого Азиата – мы найдём виновных. Я имею в виду тех, кто столкнул рейх и Россию. Фюрер первый, кто заинтересован в этом.

– Людей больно много полегло, - с сомнением протянул Цвигун. – Вот давеча в сарае – зачем надо было пленных убивать? Русский народ, если ему морду отметить, утрётся на первый, а на второй… Уже знаете, поди. Сам в морду плюнет, а то и с размаху приложится.

– Фюрер давно это понял, - заторопился советник. – Его вынудили проводить карательную политику на востоке. Этот… - он поморщился и продолжил не убирая с лица гримасу: - …этот Канарис. С его эмиссаром Ставински вы уже знакомы. Он поторопился уйти, когда выяснилось, что вы – не Разведуправления РККА. Канарис вынудил фюрера начать Восточную компанию. Карательная политика, объявленная фюрером в России, всего лишь… хм, гм… попытка настроить население оккупированных земель против оккупантов. А пленные… Чем больше их умерло от голода и болезней с 1941-го, чем больше расстреляно и отправлено в концентрационные лагеря, тем больше они будут ненавидеть нас. И сражаться против нас. «Наше дело правое, враг будет разбит», - повторил он зачарованно обращение Сталина к советскому народу в начале войны.
– Канарис считает, что Британии нужен союз с рейхом. Против вас разумеется. Для этого он посеял «драконьи зубы»…

– Чего-чего?

– Дезинформацию будто Сталин собирается нападать на рейх. С помощью ряда генералов из группы покойного ныне фон Секта. И ваших… Таких как Жуков, Тимошенко и Будённый, - видя как Цвигун чуть не присел, он успокаивающе махнул рукой к столу со снедью: - Я вас понимаю, дружище. Наш общий интерес состоит в том, чтобы рейх и Россия не уничтожили друг-друга. В этой бойне, что затеяна Форинг Офис и палатой лордов. Мы согласны признать Сталина вождём… даже российским самодержцем. На любых условиях! Вы слышите… - он, таинственно округлив глаза, заметил заговорщицки: - Даже уступив вам часть Европы. Сперва …