Чтение онлайн

Сергей глубоко вздохнул.

— Ма-а-м, ложись спокойно спать, у меня всё в порядке. Передай бате привет. Спокойной ночи, мама!

Он ещё проехал несколько кварталов и остановился в живописном месте с красивым видом на засыпающий город.

«Ну что, Ирина? Подняла меня сегодня на седьмое небо и сбросила на землю! — Леманн закрыл глаза, и начали всплывать картины близости с ней. — Хватит! Совсем мне голову заморочила! Что мне с тобой делать?»

Вдруг в водительское окно джипа постучали:

— Мужчина! В машине спать не положено! Вы что бездомный?

— Кирюха! Хорош! — засмеялся Леманн.

— Ты что, брат, в самом деле тут спать собрался? Мать мне весь телефон оборвала, чтобы я тебя нашёл. Отца пилит. Еду мимо, гляжу, а красавчик наш, в машине спокойно спит. Тут у тебя хорошо, жить можно, но это не дом. Поехали к нам, если к матери не хочешь. Вы поругались?

— Успокойся, всё нормально. Не хочу вас беспокоить. Я хотел посидеть немного и на дачу уехать, там переночевать.

— Поехали вместе. У меня до дежурства ещё время есть. Чай попьём. Поговорить надо.

— Поехали!

Друзья, благодарю вас за внимание! Мне очень приятно, что вы остаётесь со мной! Огромное спасибо за ваши звёздочки! Вы самые потрясающие читатели!

Загородный дом Леманнов был красивым и лаконичным. Создавал впечатление основательности, и подчеркивал изысканный вкус владельцев. Внутри дома единственной вычурной деталью интерьера был старинный большой деревянный сундук, обитый металлом.

— Никогда не понимал, за каким лешим ты купил этот хлам? — спросил Кирилл.

Братья по пути заехали в магазин за продуктами на поздний ужин. Сергей готовил курицу на скорую руку, умело орудовал ножом и устало улыбаясь, рассказывал:

— Сундук классный! Напомнил мне детство. Как мы все вместе в пиратов играли. Помнишь, ты переодевался в одноногого Сильвера? Колено сгибал и привязывал к ножке от табуретки. Бабушкин платок вместо банданы, и так прыгал по дороге.

— Аха-ха-ха! — засмеялся Кирилл. — А ты брал у дедушки из стакана вставную челюсть. И Ваську нашу пугал до истерики!

— Да уж, Василиске тогда два года было. Орала, как резаная. Даже стыдно вспоминать.

— Всё нормально. Она сейчас Василиса Викторовна — учительница у первоклашек. Они её обожают! Васька меня приглашала на открытый урок безопасности. Пришлось в форме идти. А она такая важная, как Мэри Поппинс, крутится в платье, манерничает.

— Самая младшая из нас и уже такая большая! Даже не верится.

— Так ты для чего сундук купил?

— Думал, дети наши как-нибудь соберутся здесь у бабушки и дедушки, а мы их научим играть в пиратов. — ностальгически ответил Сергей.

— У них теперь другие игры. Да и собраться как-то не получается. — вздохнул Кирилл. — Я хотел поговорить с тобой.

— Говори.

— Может, всё-таки не стоит ворошить осиное гнездо с Кольцовым? Вдруг он ответит зеркально?

— Осиное гнездо… Подходящее название! Не стоит нам с тобой об этом говорить.

Кирилл глубоко вздохнул.

— Метафорически… — Леманн не успел договорить свою мысль, брат его перебил.

— Точно! Давай как в детстве! Расскажи на языке метафор. Помнишь, как ты меня учил?

— Это был наш секретный язык.

— Мы где угодно могли говорить обо всём на свете, и никто не понимал, о чём мы.

— Давай попробуем. Может, тебе так будет проще понять. Если говорить метафорически: наш город — это большой улей. Не миллионник, но достаточно большой. В нём живут добропорядочные пчёлки, они трудятся с утра до вечера, собирают мёд, дают работу другим пчёлкам. В общем и целом, приносят пользу обществу. А ещё в этом же улье обитают осы. Они служивые, и охраняют порядок в улье (официально).

— То есть я метафорически по долгу службы — оса?

— Да! Но это ещё не всё. Крупная группа шершней давным-давно в нашем улье организовала на базе бывшей спортивной школы несколько секций. Борьба, бокс, стрельба в тире.

— Ага, я понял о ком ты! Гарпиев Филипп — главный шершень-тренер? Готовит молодых шершней-спортсменов в этих секциях?

— На лету схватываешь!

— Так ты получается тоже бывший шершень, — подмигнул Кирилл брату.

— Это было давно. Сейчас шершни трудятся в охранном агентстве Гарпиева, оказывают услуги пчёлкам. Всех всё устраивает.

— Получается такая картина нашего улья: пчёлы, осы, шершни. Кольцов каким-то боком имеет отношение ко всем?

— Эта жирная оса за годы службы наработала нужные связи. Хотелось власти, больше мёда. Но на повышение не пускали. Тогда жирная оса начала мутировать и плести паутину во всех сферах жизни улья. Кругом свои люди, и каждый для чего-то нужен. Знающие господа сами шли к нему из-за его связей. Кому-то откат получить, сделку провернуть, договориться или наказать (если по закону не получается). Кольцов дёргал за ниточки: то пчёлку — поделись мёдом, то осу дёрнет — надо решить вопрос. Мёд полился рекой. Но жирной осе хотелось больше влияния, больше сделок.

— Поэтому Кольцов стал партнёром Гарпиева?

— Да. Их сеть за годы разрослась. Кольцов подкидывал клиентов Филе. Тот помогал разруливать дела Кольцова.

— Похоже такой симбиоз им был полезен.

— Да. Только жирной осе-мутанту захотелось ещё больше! Стать хитрым пауком, чтобы окончательно опутать улей своей паутиной, а со временем взять в свои цепкие лапы всю пасеку. Протолкнул своих людей туда, где принимают местные законы для улья.

– Даже так?! В политику полез?

– Да. А параллельно подготовил подставу для шершня-тренера, чтобы занять его место и самому руководить спортсменами. Вот тут интересы с Гарпиевым разошлись, потому что Филя не давал жирной осе заставлять молодых шершней пускаться во все тяжкие. Филя вырастил своих шершней, он их жалел и берёг от совсем грязных дел. Кольцову это мешало, он нацелился Гарпиева сместить.

— Серьезно?

— Понятное дело шершню-тренеру не хочется терять своё заслуженное годами место. Вот такая ситуация назрела в нашем улье. Мои пострадавшие пчёлки-друзья это капли в море.

— А ты кто в этой экосистеме? Пасечник?

— Кто? Я? П-ф-ф! Зачем мне это? Я давно уехал. У меня здесь нет дел.

— Тогда кто этот пасечник? Кто главный?

— Не важно. Если ты не знаешь, значит, это ненужная для тебя информация, поверь!

— Хорошо, не буду тебя пытать. Скажи хоть какая у тебя роль?