Чтение онлайн

– Все, моя госпожа, - шутливо поднял руки вверх дракон, отступая на шаг назад и не обращая никакого внимания на предупреждающий взгляд сапфирово-синих глаз с алым узором на радужке и хвост, нервно подрагивающий у ног своего владельца.
– Я умываю руки до следующей нашей встречи. Надеюсь, моя Эльсами, она пройдет так же, как всегда, в уединении?

– Рагдэн.

Селениэль вздрогнула.

Одно единственное слово, произнесенное тихим, спокойным, но невероятно ледяным голосом, вызывало дрожь, скользнувшую от поясницы до кончиков пальцев. Так говорить мог только Шайтанар… и только один раз, в качестве первого и последнего предупреждения. И не внять бы ему было бы крайне неосмотрительно на столько же, как и смертельно опасно.

Повелительница эрханов хотела, чтобы ее сын повзрослел и, кажется, это, наконец, случилось. Вот только кто же мог предугадать, что он настолько пойдет в отца? По крайней мере в том, что касалось отношений с тем, кого он действительно любит.

Как оказалось сейчас, сходство было практически неотличимым.

Повернувшись к Ариатару, Саминэ увидела его взгляд, направленный на подчеркнуто-невозмутимого дракона, который все же перестал улыбаться. Спокойный, даже в какой-то степени отрешенный, даже узор не полыхает багровым, но… Было в нем что-то такое, от чего мурашки бегали по спине, заставляя невольно поежиться. И если бы когда-то раньше Саминэ отшатнулась, то сейчас поступила совсем наоборот.

Уцепившись пальцем за кожаный шнурок с крестом, что до сих пор висел на его груди поверх рубашки, девушка с силой потянула его на себя, заставляя эрхана наклониться, а затем и отвести взгляд от Рагдэна. Слегка улыбнувшись и покачав головой, вампирка взяла в ладони лицо наследника Сайтаншесса и, встав на цыпочки, легонько прикоснулась к его губам своим.

Секунда, две, пять – ничего не происходило. А потом демон ответил на поцелуй.

Сильно, властно, быстро. Крепко прижимая девушку к себе за талию, обвив ее еще и хвостом, словно показывая наблюдающему за ними дракону с его вечной полуулыбкой на лице, что это сокровище принадлежит только ему. И конкуренции он не потерпит ни под каким видом – ни в этом случае.

Саминэ первой закончила поцелуй и, отстранившись, но все еще продолжая удерживать лицо демона в своих руках, нежно улыбнулась… и что есть силы пнула Ариатара по голени.

Наблюдающий за ними издалека Страж громко фыркнул, насмешливо выпустив кольцо дыма и с довольной улыбкой снова разлегся на пузе прямо посреди заснеженного пространства. Он был полностью доволен действиями своей подопечной.

Второй же дракон только коротко хихикнул, глядя на зашипевшего от боли, еще совсем недавно пылающего и сгорающего от ревности и ярости эрхана. Не то, чтобы дракончик боялся наследника Сайтаншесса всерьез… Просто в следующий раз стоило вести себя предусмотрительнее, начиная разговоры на тему его Равной. Похоже, что Ариатар еще не скоро начнет воспринимать какие бы то ни было шуточки, касающиеся этих двухсот лет, что Саминэ провела отдельно от него.

Даже если принимать во внимание факт, что Кейн на протяжении всего этого срока и близко никого к племяннице Повелителя вампиров не подпускал, а особо ретивых поклонников так вообще никогда не отказывался покатать… в своих когтях, над вершинами гор Хейтана.

После пятого такого случая претендентов на руку последней из жриц Латимиры заметно поубавилось. Ну и поубилось.

Нет, дразнить Ариатара Рагдэн не отказывался ни в коем случае! Просто будущем он станет это делать чуточку осторожнее.

– Дэ-э-эни… - раздался возле него мелодичный голосок и дракон незамедлительно вынырнул из своих размышлений, машинально опуская голову. Подошедшая к нему Эльсами как-то слишком ласково улыбнулась и...

И вскоре от боли в голени по каменной кладке прыгал уже он.

Селениэль, которая едва ли не носом прижималась к холодному оконному стеклу, готова была едва ли не аплодировать будущей невестке.

Саминэ действительно идеально подходила ее сыну, и она достаточно легко сможет войти в ее семью. За это теперь можно было не беспокоиться.

Вот если бы только с Кастиэльеррой все было так же просто…

А в это время, улучшив момент, девушка проворно вцепилась пальцами в ухо золотого дракона и, наклонившись, возмущенно произнесла:

– Дэни, тебе не стыдно?

– Ну, Саминэ.. – совсем как в детстве заныл черноволосы парень, даже не пытаясь освободиться.
– Я же не виноват, что он шуток не понимает!

– А мне казалось, что ты наконец-то вырос, - вздохнула вампирка и, не отпуская многострадальное ухо дракона, повернулась в сторону раздраженного демона, который бросал на эту пару злые взгляды, но от прежней его ярости уже не осталось и следа.
– Ари, ну ты-то чего? Он же специально тебя дразнит.

– Знаю, - неожиданно добродушно усмехнулся Ариатар.
– Но, похоже, некоторое время сделать с этим ничего не удастся.

– М? – удивленно вскинула брови девушка, отпустив даже Рагдэна, который машинально отскочил, почувствовав свободу. Потирая покрасневшее ухо, дракон все же весело фыркнул, глядя, как эрхан подошел к вампирке и, всматриваясь в ее лицо, медленно провел костяшками пальцев по ее щеке. Взяв ее за подбородок согнутым указательным пальцем, он наклонился к ее губам и тихо произнес:

– Я слишком долго не видел тебя, котенок.

Золотой дракон торопливо отвернулся, сунув руки в карманы черных шерстяных брюк. Задрав голову к небу, с которого продолжал кружить и мягко стелиться на землю, укутывая ее пуховым одеялом крупный пушистый снег, он принялся насвистывать легкомысленную и не отягощенную смыслом мелодию, пережидая, когда эта парочка, наконец, закончит целоваться.

Но в глубине души он все же был безумно рад за Саминэ, которая, наконец-то, спустя столь долгий срок, дождалась-таки свое счастье. Пускай и такое сомнительное, на его взгляд, как Ариатар сейт Хаэл.

Звон разбившегося где-то наверху стекла нарушил воцарившуюся в нижнем саду атмосферу легкой новогодней романтики. Селениэль, прекрасно расслышавшая этот звук, прильнула к окну, пытаясь рассмотреть, откуда он донесся, и любимой левой пяткой предчувствуя грядущие неприятности.

Где-то там наверху, коли память ее не обманывала, находились покои ее приемного сына…в которых, естественно, всегда ночевал кто-то еще. А если точнее – то кое-кто еще!

Повелительница возвела глаза к небу, когда прямо в центр сада рухнул, а затем перекатился клубком и встал на мягкие, но сильные лапы крупный снежный барс, недовольно тряхнув головой и обиженно мяукнув.

И почему Хранители не послали ей и вторую такую же, мягкую и милую невестку?

Впрочем, тут не богам нужно было молиться, а распекать на все лады одного не в меру любопытного, но невероятно ленивого нелюдя, «хрен знает какого года выпуска», как выражается Корана. С воспитанием этой неугомонной блондинки он явно где-то промахнулся.

Вновь опираясь на подоконник, Селениэль вздохнула.

Ирбис, тенью крадущийся по свежевыпавшему снегу, смотрелся в саду прекрасно, на удивление гармонично вписываясь в общий пейзаж. Но вот приземлившаяся с высоты на небольшую площадку возле фонтана растрепанная блондинка, перекатившаяся через голову, гася скорость… Это другое дело. Зло оглядывающаяся по сторонам, сжимавшая в руках раскрытые боевые веера, одетая в белоснежную, явно мужскую рубашку и порядком помятые бриджи, босая, и с явным желанием убивать, написанным крупными рунами на миловидном лице, невысокая девушка явно была лишним «шедевром архитектуры» на представленных заснеженных квадратных метрах, предназначенных для неспешных прогулок.