Чтение онлайн

А затем прижался членом к моему животу, принявшись целовать лицо. Каждый сантиметр. Щеки, линию подбородка, виски, глаза. Хотелось улыбаться от этой нежности и довольно замурчать, чувствуя волну мурашек снизу вверх по позвоночнику.

Но больше всего этого хотелось ощутить его снова. В себе. Прямо сейчас.

Поэтому я просунула руку между нашими телами и принялась медленно скользить рукой, больше уделяя времени головке. Он замер, уронив голову рядом со мной, державшись только на руках, как на планке. Я слышала его частое-частое дыхание, судорожные выдохи и упивалась этим. Хотелось доставить ему еще больше удовольствия, но…

Мне уже было совсем невтерпеж. Поэтому не мешкая, я сама направила член в промежность, замерев, позволив ему принимать решение. Даже немного растерялась, когда он замедлил, слегка растирая его о клитор. Заводя меня дальше, но оставляя где-то на грани, не давая за нее шагнуть. Опять издевался. А потом снова резко вошел, отчего я издала слишком громкий стон и вцепилась в плечи, чувствуя подрагивающие мускулы.

Еще толчок. Еще. Член двигался с такой скоростью, что мне оставалось лишь лихорадочно целовать его, кусая губы, царапая или зарываясь в волосы и стонать, чувствуя приближение пика. Той самой разрядки, что мне не хватало. Чего я недополучала, даже пытаясь удовлетвориться сама. Почему даже с Леней все было не то? Неужели для этого мне нужен был именно этот человек?

Дима приподнялся и подхватил мои ноги, изменив позу. Глядя прямо на меня свысока. Он всегда смотрел на меня снизу вверх, поэтому даже сейчас это было не удивительно. Но то, как он смотрел. Будто я самый сочный кусок стейка, а он никогда в жизни не ел. Этот горящий, звериный взгляд…

Теперь член терся о клитор еще сильнее, и меня уже начинало потряхивать как от передоза. Звезды, горящее звездное небо уже близко. Оно готово взорваться только для меня. Для нас. Дима задвигался с какой-то предельной скоростью, пока я вдруг не замерла. Охваченная судорогой по всему телу. Держась за его влажные плечи. В глазах заискрило, и мир на какое-то время пропал, рассыпавшись на осколки.

— Мелкая… — прошептал и откинулся на кровать слева от меня, тут же по коже прошел холодок. Но ненадолго, его рука быстрым движением прижала меня к все еще горячему телу. Спиной я ощущала бешено бьющееся сердце, и хотелось спросить у себя: это я? Из-за меня? Затем он укрыл нас обоих одеялом, что сбилось под ноги, поцеловав в висок и зарывшись носом в волосах. Тепло. Так по-родному тепло…

Он заснул, а я, улыбаясь, повернулась и поправляла прядки волос на лбу. Это мирное сопение и… запах. О господи, я стала понимать Олесю. Его запах пьянил, будоражил. Мне хотелось вдохнуть и не выдохнуть, задержать его в легких. Он был такой приятный, будто стопроцентно подходил мне. Это как найти идеальные духи и вцепиться в них. Закрой мне сейчас глаза, я угадаю его среди кого угодно.

Но…

Я не останусь здесь спать. Прости.

Сморщила лоб и нехотя вылезла из-под одеяла. Сердце тянуло наплевать на все и вернуться к нему, обнять и счастливо заснуть, но инстинкты вели меня спать в мою комнату. Просто на автомате. Я всегда приходила спать только домой, в свою постель. Это было такой укоренившейся привычкой, что после клуба я всегда старалась оказываться у себя, независимо от обстоятельств.

За секунду напялила на себя платье и немного шатаясь бесшумно вышла в коридор. Меня встретила прохладная, приятная постель, на которой чего-то не хватало. Или кого-то. Я провалилась в сон, как только голова коснулась подушки…

— Эй, — мои подруги без стука завалились ко мне в номер. — Даже дверь забыть закрыла, а вдруг к тебе какой-то извращенец бы зашел и изнасиловал?

— Здесь везде камеры… — пробурчала, чувствуя себя не очень хорошо, солнце еще в глаза бьет, но встать закрыть шторы лень. И почему Ната с Олесей сейчас такие бодрые? Хоть бы предупредили!

Самое странное, что я не помню, как здесь оказалась. Но я почему-то в платье. Остальное сняла, это забыла, мда. Пока под одеялом, стянула его и стащила длинную домашнюю футболку со стула у кровати. С тихим воем натянула приятную ткань и расслабилась, пока девочки ходили по номеру.

— Слышала, как Смирнов вчера какую-то телку шпрехал? Видимо, тебя проводил и уже нашел кого-то, бабник хренов, — Наташа была, как всегда, прямолинейна, забравшись ко мне на кровать с ногами.

Олеся возмущенно посмотрела на нее:

— У-у-у, не выражайся, говори культурно — снова разбивал сердце какой-то дурехе. Мы у Наты ночью задержались в комнате, слышно было, как она… Хорошо, что ты, Катюха, после пьянки вечно спишь как полено. А то я бы тебе очень сожалела.

А я сидела красная и пялилась в пол. Меня щас прорвет. Как дамбу.

Воздуха не хватает. Черт. Щас или заржу, или заплачу от стыда. В итоге пришлось просто тяжело дыша таращиться в одну точку, сидя к ним спиной. На губах кривая ухмылка сумасшедшего.

Черт, черт, черт.

Я, надеясь, что это просто сон, вдохновленный моей больной фантазией. Какого хрена… о, боже мой! Закрываю глаза и всплывают картинки прошедшей ночи. Как мне теперь ЕМУ в глаза смотреть?

— О боже, ты даже макияж с ночи не смыла! — Олеська села вплотную и вытащила косметичку. Достала ватный диск, мицеллярку и как мама-кошка принялась вытирать мое лицо, задумавшись о чем-то своем.

— Ну мам! — вяло возмутилась и закрыла стыдливые глаза. Послушно перенесла эту процедуру, потом снова упав на кровать и свернувшись клубочком.

Она оглядела результат своего труда и довольно улыбнулась, потерев руки.

— Так-то лучше. Нат, давай доставай минералку. Катюшка сейчас не доживет до обеда.

Наташа присела на стул и полезла в сумку, они обе на какое-то время оказались заняты. Я снова закрыла глаза, надеясь ненадолго забыться. Но мне не повезло.

В дверь постучали.

Встрепенулась. Может, ошиблись? Кто ко мне может прийти? Уборщица приходит, когда в номере никого нет.

Я стащила себя с кровати и в одеяле дотащилась до выхода. Голова слегка кружилась, а во рту будто кошки нагадили.

— Привет, малыш, ты у меня забыла… — Дима стоял на пороге как ни в чем не бывало. Весь такой бодренький, словно не пил вчера со всеми. А в его руке свободно висели… мои трусики!

Я охнула, поджала нижнюю губу и прикрыла его собой. Из-под одеяла показалась рука и молниеносно спрятала предмет нижнего белья в глубинах своего кокона.

— Что она там забыла? — в проеме небольшого коридора номера показалась голова вечно любопытной Олеси.

Я, кажется, побледнела.

Я сделала большие глаза и слегка отрицательно покачала головой. Если он не подыграет мне, убью на месте. К счастью, этот придурок выкупил и почесал затылок.

— Да резинку, — хохотнул, — пьянющая вчера была.

— Да-да, — закивала подруга, — она вечно все сеет. Хорошо, что ты был рядом, а то бы мы и ее потеряли.