Чтение онлайн

– Знаешь, - прошептала она тихо, так, чтобы услышали только двое, - а мы ведь до сих пор могли бы быть в Тали. Праздновать Новый год там, на ранчо. Среди жары, в окружении оранжевых гор и рабов. Так что ты прав: Дрейк знает, как вернуть праздник. Так что зря я, наверное, на него наговариваю.

– Ну, наговариваешь ты, может, и не зря, - усмехнулись ей на ухо, - но я уверен в одном – нам с тобой и там было бы здорово. Где угодно было бы.

Поглаживая теплые мужские пальцы, Шерин кивнула.

– Согласна. Где угодно.

У стола собрались уже через несколько минут. Довольные, улыбающиеся, наполненные предвкушением приятных моментов и теплых шуток впереди. Проверив экраны и в сотый раз убедившись, что все спокойно и тихо, наконец оторвался от мониторов и Логан.

Дэйн пытался сделать вид, что вовсе не жует очередной мандарин; Лагерфельд, глядя на курицу, выглядел довольным котом, который вот-вот вонзит когти в любимое лакомство; Мак разливал по бокалам пузырящееся шампанское.

Халку выпало держать наготове искрящиеся свечи, Баал излучал удовлетворенную усталость и по большей части молчал: ждал, когда дадут в руки вожделенный напиток, наслаждался минутой покоя и отдыха. Дэлл держал Меган за ладошку – они оба, радостно поблескивая глазами, смотрели, как извлекает из недр пузырящийся напиток пузатая бутылка.

– Ну что, ж, друзья… - прожевав мандарин, Дэйн первым поднял бокал над головой, призывая прослушать первый тост. – До наступления Нового года осталось всего ничего, так что проводим пока старый. Вспомним его с радостью и благодарностью, много всего было: плохого, хорошего, странного, замечательного, приятного… Вот я, например, подарил в этому году Стивену Пирата. Он, конечно, до сих пор не признает, что это был лучший подарок в его жизни, но в тайне, конечно, знает об этом.

На этот раз Лагерфельд обошелся без шуток, лишь растянул от уха до уха губы. Эльконто довольно кивнул.

– Пусть и непростые времена были порой, но все нам удалось. Правда? Даже сегодня, думал, что мне придется жрать эту кашу, так не пришлось! О чем еще просить? Ах, да… бабу. Пардон, женщину!

– Это ты будешь просить, когда в двенадцать ночи будут пищать твои наручные часы, - возразил Рен, - а сейчас мы про старый год.

– Да-да, точно. Какое вежливое замечание от того, кто уже нашел себе… вторую половину. Нет, чтобы дать любимому товарищу поныть и в старый, и в новый год об этом. А вдруг исполнится в два раза быстрее?

– Я тебе резиновую завтра подарю, – прошептал доктор.

– Себе пробку для анального отверстия подари, – тихо огрызнулся снайпер и тут же перешел на прежний веселый тон заправского балагура. – Ну, так что я хочу сказать – за Старый год! Каким бы он ни был, он стоит того, чтобы за него выпить! Так чокнемся же! Мы все целы, здоровы и вместе. А остальное не важно!

Пещеру наполнил согласный гомон и звон хрустальных бокалов.

*****

– Ну, пожалуйста, Дрейк! Ну, пожа-а-а-алуйста…

– Нет, Ди. Мы уже должны выходить.

– Ну, Дрейк!

– Что за новая привычка милым и несчастным голосом повторять «Ну, Дрейк»? Думаешь, это будет иметь положительный эффект?

Она насупилась, сделала взгляд еще более несчастным, прикусила губки и стала напоминать брошенную хозяином театральную куклу. Очень красивую и очень несчастную, забытую, сидящую на полке куклу.

– Ди, прекрати! Нам нужно ехать на объект, там очень много работы, я говорил, что в это году праздника, скорее всего, не выйдет. Отпразднуем чуть позже.

– Ну, мы ведь всего на минутку! Быстро туда и обратно. Поднимем с ними один бокал, пригубим шампанского, поздравим. Это ведь праздник! Традиция, ритуал! Его не пропускают. Это проводы старого года и приветствие нового. Это важно!

– Ты и мертвого уболтаешь, Ди. Но если я буду идти у тебя на поводу каждый раз, когда ты того хочешь…

– Не каждый! Всего один раз!

– Так я тебе и поверил. С утра этих «разов» случилось уже три.

Во что он действительно не мог поверить, так это в то, что происходящее уж очень напоминало типичную семейную ссору. Нет, не ссору, а скорее, бытовую ситуацию, когда супруги не могут договориться, и меньше всего Дрейк ожидал когда-либо увидеть себя одним из этих самых супругов. Спорящим, доказывающим свою точку зрения, идущим на компромиссы.

– Знаешь, вот я сегодня спросил одну девушку, умная женщина рядом – это подарок или наказание?

Стоящая у порога Бернарда задумалась – застыли цветы на ее белой курточке, задумалась и вязаная шапочка. Наконец голова радостно качнулась:

– Если бы женщина была глупой, ты бы точно решил…

– Так, хватит!

Плечи его спутницы поникли. Она молча поставила пакет с бутылкой шампанского к порогу, опустила на пол бокалы, что держала в руках и вытащила из кармана мандарины. Уже наклонилась, чтобы бросить их в пакет, когда он не выдержал и зарычал:

– Ладно! Но только на минуту, Ди! Всего один тост и одно поздравление! Хорошо?

– Ура-а-а!

Куда только делось с лица выражение несчастной куклы? Куда исчезли грустные глаза и прикушенные губы? Секунду спустя Бернарда уже неслась ему на встречу, чтобы обнять.

– Ты самый лучший, Дрейк! Ты знаешь об этом?

Обнимая затянутые зимней одеждой плечи, Дрейк усмехнулся и покачал головой.

– Так часто говорят люди, которым ты пошел на уступки. Но жизнь в уступках не есть твоя собственная жизнь. Ты знаешь об этом?

– Да, знаю! Но всего один тост!

Обуваясь, Начальник не переставая бубнил что-то о жителях другой планеты и их пресловутых традициях.

*****

Их появление встретили восторженными криками. Не вежливыми, не притворными, не мычанием для вида, а именно настоящей искренней радостью. Бернарду обнимали все, Начальнику просто улыбались – знали, что обнимать нельзя. Налили шампанского, поставили во главе самодельного стола и принялись поздравлять друг друга на все лады.

Дрейк молчал, улыбался и думал о том, что, оказывается, многое позабыл.

Позабыл о том, что для счастья людям не всегда нужны роскошные хоромы. Что можно быть довольным и в украшенной снежинками пещере, стоя у костра, рядом с самодельным и совсем небогатым столом. О том, что можно пройти огонь и воду, лишь бы получить капельку счастья в виде того, чтобы подержать за руку того, кого любишь. Хотя бы до часу ночи. Что можно с таким упоением украшать мелкую замызганную елочку, носить ушки из фольги и выглядеть таким счастливым. Что можно смотреть на других и не завидовать, а присоединяться к их счастью, к излучаемому им довольству – именно так делали те, кому судьба еще не расщедрилась выдать в собственное долгосрочное пользование по второй половине.