Новогодний Подарок
Шрифт:
– А я все гадаю: отчего у меня голова, как чугунная.
Инна погладила Дорохова по голове и, как маленького, поцеловала в лоб, приговаривая:
– У кошки болит, у собачки болит, у Сереженьки заживет! Почему ты не позвонил в дверь, как все нормальные люди?
– Думал никого нет в доме, а ключи не нашел, – оправдывался Дорохов, хотя никогда не оправдывался перед женщинами – даже если был виноват со всех сторон. – Один раз я так уже делал, только тогда лето было и в собачьем лазе я не застрял, а сейчас про дубленку забыл… А знаешь, Инн, меня со службы турнули, – рубанул Дорохов правду-матку и почувствовал, как гора свалилась с плеч – теперь она все о нем знает (ну, почти все). – Обвинили в растрате денежных средств в крупном размере, но шум поднимать не стали – предложили уволиться из армии по-тихому.
– А ты растратил? – в лоб спросила Инна, не признавая окольных путей.
– Нет. Конечно, взятки и откаты давал – без этого сейчас никак нельзя: все хотят хорошо жить.
– И себе брал?
– Брал, – честно признался Дорохов, и Инна ему сразу же поверила, что брал, но «не растрачивал». – Но в разумных пределах, конечно, – на свою квартиру три года копил, да и то не хватило, крестный одолжил.
– Тогда кто растратил?
– Не знаю.
– Не зна-аю! – передразнила Инна и, приподнявшись на локте, сочувственно заглянула в глаза Дорохову. – А выяснять не пытался?
– Пытался, но факты против меня.
– Неоспоримый факт для тебя должен быть только один – ты не растрачивал! – все остальные «факты» подлежат сомнению и проверке.
– Я служил в серьезной организации – там ошибок не бывает.
– Значит, они правы – ты растратил.
– Нет. Не растрачивал, – набычился Дорохов.
Инна засмеялась и потормашила «бывшего полковника» за плечи.
– Ты себя слышишь, Сереж? В этой ситуации либо врешь ты, либо врут они – третьего не дано! Вопрос в том, будешь ли ты отстаивать свою правоту. Лично меня мнение других людей мало волнует – главное для меня собственная внутренняя уверенность и сознание своей правоты, а как поступишь ты – тебе решать, вмешиваться я не буду. Военная служба, наверно, очень отличается от гражданской – там свои правила, свои порядки.
– А ты права! – Дорохов сел на кровати и сжал кулаки. – Либо вру я, либо врут они! Но я точно знаю, что я не вру… Надо бы все еще раз проверить… – он посмотрел на сигареты и вздохнул – полцарства за сигарету!
– Ладно уж, иди – кури, – засмеялась Инна и подтолкнула Дорохова к краю кровати. – Я тебя подожду.
Натянув брюки на голое тело, Дорохов вышел из комнаты, немного постоял в коридоре и спустился по лестнице в прихожую. Сунул ноги в ботинки, надел дубленку на голый торс, нахлобучил шапку и осторожно вышел из дома.
Огромный черный тупомордый джип, спрятавшись под рыхлыми снежинками, отдыхал от работы и на сигнализацию отреагировал довольно вяло. Дорохов не жалел машины, гонял ее по стройплощадкам и бездорожью, а теперь неожиданно проникся к нему жалостью.
– Загонял я тебя, друг, – произнес он, смахивая снег с ручки двери. – Вот сейчас быстренько слетаем в Москву и опять отдыхай.
Счищая с машины снег, Дорохов ожесточенно работал щеткой. Он не замечал таявших снежинок в ботинках, не вздрагивал от пробравшегося в дубленку морозца, все мысли его были заняты собственной реабилитацией, но садясь в машину, он почувствовал «тяжесть» во внутренних карманах, достал маленькие плоские бутылочки коньяка и, глядя на них, осуждающе хмыкнул.
«– Надо же, чуть не спился, – огорчился Дорохов, убирая коньяк в бардачок, – если бы не Инна…»
В Москву Дорохов «долетел» за полчаса, ворвался в свою квартиру и, не обращая внимание на вскинувшихся на разобранном диване Людмилу и какого-то бородатого мужчину, стал лихорадочно рыться в ящиках письменного стола.
– Где мои рабочие диски с копиями расчетов всех проектов? – поворачиваясь, взревел он, не найдя их в ящике своего стола.
– Дис-ки? – испуганно переспросила Людмила и натянула одеяло на упавшего на подушки мужчину. – Какие диски?
Пытаясь взять себя в руки, Дорохов стал объяснять, какие именно диски ему понадобились в столь неурочное для визита время. Взгляд его случайно упал на стул около дивана, и он замер на полуслове.
На спинке стула аккуратненько висел военный китель с новеньким блестящими погонами. На погонах красовались три большие звезды. Дорохов взглянул на петлицы и удивленно вскинул брови – его «заменитель в постели» был из его бывшего ведомства.
Любопытства ради Дорохов шагнул к дивану и, взявшись за конец одеяла, рванул его на себя.
Людмила вскрикнула и закрыла лицо руками. Нехотя посторонний мужчина поднялся с разобранного дивана, с ненавистью глядя на хозяина квартиры.
Дорохов подошел к мужчине, вгляделся в его лицо и…
И все понял.
Теперь ему стало ясно, кто подставил его на работе, и кто присвоил больше десяти миллионов долларов казенных денег.
– Где мои диски? – очень четко произнес Дорохов и медленно взял «постороннего» мужчину за горло.
– Ты что, Сережа! – вскочив с дивана, Людмила вцепилась в руку Дорохова и попыталась оторвать ее от шей любовника. – Ничего Вадик не брал.
– А я думаю, брал, – возразил «бывший полковник» и, размахнувшись, влепил бывшему другу и бывшему соратнику увесистую пощечину. – Где мои диски, Вадик?
– В портфеле, – прохрипел новоявленный полковник Осипов, занявший место уволенного друга.
Дорохов убрал руку с горла бывшего друга и брезгливо вытер ее о брюки. Взял со стула новенький блестящей кожей портфель и вытряхнул все его содержимое прямо на кровать.
Его рабочие диски были сложены в прозрачную папочку и для надежности перетянуты резинкой. Дорохов выудил диски из кучи бумаг и вещей, сосчитал их и, не доверяя Осипову, по очереди стал вставлять в ноутбук – проверять.
– С моим компьютером ты поработал, а вот про диски с копиями расчетов узнал недавно.
– Это я Вадику их отдала, – всхлипывая, призналась Людмила в своей оплошности. – Вчера вечером вещи твои оставшиеся собирала, и диски отдала – думала это по работе, но поскольку ты уволен…
– Еще как по работе, – усмехнулся Дорохов и вздохнул с облегченьем – все расчеты, сметы и договора не имели исправлений. – Вот теперь повоюем! Неужели вы думали, что я так легко сдамся?
– Думаешь, тебе поверят? – хмыкнул полковник Осипов, натягивая штаны. – Держи карман шире: не один я в этом деле замешан.
– Да мне плевать, кто еще меня подставлял! – Дорохов в сердцах хлопнул ладонь по столу. – Я же тебя, Вадим, другом считал!
– Другом? – взвизгнул Осипов, тут же превращаясь из солидного полковника в обиженного подростка. – Ты вечно меня за собой тянул, будто я не способен без тебя по службе продвинуться! Ты у нас Солнце, а я твоя тень! Надоело! Мне предложили дело, и я согласился!
– Ну, и гад же ты… Костя Федотов, – Дорохов качнул головой и стал складывать диски в папочку. – Теперь у меня есть доказательства ваших махинаций…