Чтение онлайн

Полагаю, именно отсутствие изгибов и консервативный наряд сделали её победительницей, превратив её в очень блондинистую Жаклин по сравнению с моей неординарной Мэрилин.

Неважно. Я бы предпочла быть Мэрилин, чем Жаклин в любой день.

Когда мы стоим перед Ричардом и… Мисти — её зовут гребаной Мисти, ради всего святого — я делаю своё любимое фальшивое лицо.

Именно его я использую, когда в магазин приходят засранцы, командуют всеми вокруг, а потом пытаются подойти ко мне, чтобы получить скидку и мой номер.

Мягкие, знойные глаза, надутая улыбка, расслабленное лицо.

Я спокойна.

Со мной приятно общаться.

Я собираюсь заставить вас каким-то образом удвоить мои комиссионные к тому времени, как вы покинете мой магазин.

Я сделаю эту месть сладкой, как чёртов леденец.

Если я уже иду ко дну, то могу и насладиться этим.

— О, Дик, — говорит Дэмиен, словно забыв, что Ричард здесь, его рука лежит на моей талии. Потребовались все фибры моего существа, чтобы не рассмеяться, как над прозвищем, которое Ричард презирает, так и над тонким намёком в том, что его не замечают. — Чуть не пропустил тебя. Приятно видеть, что ты смог прийти. Счастливого Рождества. — Его голос твёрдый и дружелюбный, но под ним скрывается раздражение, и я вспоминаю, что Ричард ему не нравится. Оказывается, Ричард был не так уж далёк от истины все те разы, когда он говорил мне, что Дэмиен его недолюбливает.

Я имею в виду, кто мог его винить?

— Мартинес. Счастливых праздников, — говорит он, протягивая руку и пожимая руку моего спутника самым неловким способом, который я, возможно, когда-либо видела. Его глаза переводятся на меня, потом на босса, а затем на меня, в их глубине всё ещё горят растерянность и разочарование.

Но он ничего не говорит.

Не выставляет меня той, кем я являюсь для него.

Он не делает… ничего.

— О, мои манеры. Дик, это моя прекрасная девушка, Эбигейл, — говорит он, наклоняя голову ко мне.

Девушка.

Чёрт. Это что-то новенькое.

Мне это очень нравится.

Слишком, блять, сильно.

И здесь, на этой вечеринке, на которую я надеялась, что Ричард приведёт меня, чтобы доказать, что я что-то значу для него, на этой вечеринке, которая, как я думала, станет началом вечности, Дэмиен начинает что-то наше общее.

Сможет ли оно пережить эту обречённую ночь?

Глаза Ричарда расширяются, но едва заметно.

То тонкое расширение, который вы научились замечать, потому что провели четыре года с мужчиной, читая каждую его эмоцию и пытаясь найти баланс, как лучше с ней бороться.

Так много дней было потрачено на то, чтобы противостоять его ужасным перепадам настроения, чтобы исправить то, что я не сломала.

— О, я встречал Эбби раньше, — говорит он, и я думаю: вот и всё. Мне крышка. — Мне нравятся волосы, Эбби. Тебе идёт, — говорит он о блонде.

Затем он ещё раз кивает, пока его не оттаскивает в другой угол Мисти, её глаза пронзают меня через плечо.

Похоже, она знает, кто я.

Я не могу побороть желание пошевелить пальцами в её сторону в самой пассивно-агрессивной манере, известной человечеству.

— Ну, это было странно. Ты его знаешь? — озадаченно спросил Дэмиен.

— Эм, да. Типа того. Я… Это то, о чём я хотела тебе рассказать. Мы поговорим сегодня вечером? — спрашиваю я с надеждой голосе. Судя по тому, как всё складывается, кажется, что я получила свою сладкую месть и, возможно, парня. Но нет такой вселенной, где я могла бы просто отмахнуться от этого и никогда не рассказывать Дэмиену.

Что бы ни случилось, перед сном я должна буду рассказать ему всю историю.

И если он решит простить меня, я буду всю жизнь доказывать ему, что он сделал правильный выбор.

Радужная комната такая же волшебная, как я всегда себе представляла. Напитки текут рекой, еда восхитительная, но истинная слава всего вечера — провести его с Дэмиеном.

Он внимателен, как и в любой другой раз, когда мы были вместе, он втягивает меня в разговор с естественной лёгкостью, чтобы я не чувствовала себя обделённой, представляет меня абсолютно всем как свою прекрасную девушку, Эбигейл, и шепчет мне на ухо забавную информацию об окружающих нас людях, рассказывая мне всю грязь о своих коллегах.

Эта ночь — совершенство.

И когда ложка стучит о фужер с шампанским, а официанты ходят по залу с подносами шампанского, чтобы убедиться, что у каждого есть бокал для тоста, мы все останавливаемся и смотрим на Саймона Шмидта.

Дедушка Ричарда.

Партнёр Дэмиена, с которым он основал эту фирму более десяти лет назад.

Он улыбается, оглядывая комнату с искренней радостью на лице, а затем начинает говорить.

— Спасибо всем, что пришли! С каждым годом это мероприятие растёт, растут семьи, растёт наша фирма, и каждый раз это становится главным событием года — видеть, как это происходит. Чтобы вы все — семья, которая помогла нам с Дэмиеном построить нашу мечту — провели с нами этот напряжённый праздничный сезон. — Дэмиен поднимает свой бокал в сторону Саймона. — Мы все знаем, что Дэмиен не слишком разговорчив вне зала суда, поэтому, как обычно, вам придётся немного послушать этого старика, пока я буду перечислять обширный список достижений компании и вех, которых вы все достигли за год. — Все смеются, а Дэмиен закатывает глаза, обнимая меня за плечи. — По крайней мере, в этом году у него, похоже, прекрасная спутница! Не облажайся, Мартинес, я хочу снова увидеть её в следующем году, хорошо? — говорит он, и я краснею до глубокого румянца.

Но вместо того, чтобы покачать головой или отмахнуться от Шмидта, он кивает и говорит через толпу смеющихся, ещё раз поднимая бокал в сторону своего партнёра. — И не планирую, мужик. Всё так и будет, и надолго.

Если бы два месяца назад, вы сказали мне, что этот обмен произойдёт, и попросили бы меня предсказать мой следующий шаг, как бы я отреагировала и чтобы ответила, я бы сказала вам, что я ни за что не перевела бы взгляд в тут часть зала, где Ричард сидит с Мисти, и не записывала бы каждое выражение его лица.

Я так не делаю.

Я улыбаюсь.

Я наклоняю голову, моё плечо зажато между рукой и грудью Дэмиена, и улыбаюсь ему.

Полной, искренней, до глубины души улыбкой, забыв о яме, которую я сама себе вырыла, забывая, что сегодня мне придётся признаться, забывая, что мой бывший следит за каждым моим шагом.

И пока я улыбаюсь и купаюсь в лучах солнца, которым является Дэмиен, гнев Ричарда начинает закипать.

Но я слишком поглощена блеском этих новых отношений, чтобы заметить это.

Саймон Шмидт тратит добрых тридцать минут на то, чтобы отметить достижения сотрудников на рабочем месте, поздравить их со знаменательными событиями вне работы, и даже упомянуть некоторые важные моменты для своих гостей: кажется, сын Джоани выиграл СЦИ10 своей команды в малой лиге, а дочь Генри поступила в Нью-Йоркский университет.

Это место — семья, как сказал мне Дэмиен. Это то, что удерживает его здесь, даже когда он не всегда согласен с делами.