Чтение онлайн

Он положил пузырек обратно в комод и задвинул ящик.

— Вчера вечером я не рассказала тебе о себе всего.

Дерьмо. Например, не упомянул о том, что он убийца.

— Я охотник, Анна. Охотник стаи, как раньше был Траверс Смит.

Она подозревала это. В ту минуту, когда услышала его слова по телефону, эта мысль пришла ей в голову.

— И теперь я одна из тех, на кого ты охотишься?

Его руки сжались.

— Нет.

Она облизнула губы. Ей нужно задать вопрос, способный восстановить ее гордость.

— Ты провел со мной ночь — занимался со мной сексом — только потому, что ты охотник, и тебе нужно было убедиться, что я не представляю угрозы? — В этот момент она почувствовала себя опасной — в ярости, на грани. Ее когти показались наружу, но руки были сжаты в кулаки, так что он не мог их видеть.

Он выругался и пошел обратно к ней. Джон не прикасался к ней, просто смотрел сверху вниз.

— Ты знаешь ответ на этот чертов вопрос.

— Нет, не знаю. — И это пожирало ее изнутри.

— Тогда позволь мне кое-что прояснить. — Он был меньше чем в футе от нее. — Я занимался с тобой сексом, потому что хотел. Потому что уже несколько месяцев хотел раздеть тебя и увидеть голой. Укус, черт возьми, не имеет к этому никакого отношения.

— Мои феромоны…

— Да, меня это заводило, но я был заведен с той минуты, как тебя встретил.

Ей хотелось в это поверить, и она могла бы поверить в это, если бы не услышала, как он так небрежно разговаривает по телефону о том, чтобы избавиться от нее.

Теперь она не была уверена, что доверяет его словам.

— Тогда почему ты ничего не сделал с этим? Почему просто не пригласил меня на свидание?

— А почему ты меня не пригласила? — прошептал он. Затем его рука поднялась и коснулась ее обнаженной руки. — Ты тоже хотела меня, детка. Не отрицай этого. Я мог слышать быстрое биение твоего сердца, когда подошел ближе. Чувствовал насыщенный аромат твоей влаги.

Она сглотнула.

— Отвечай на вопрос.

— Я работал над делом по задержанию одичавшего волка. Время было чертовски неподходящим. — Его пальцы сжали ее руку. — Да и теперь тоже, особенно с твоим свежим укусом и этим ублюдком, который преследует тебя.

Как будто она об этом забыла.

— Клянусь тебе, что убить тебя или причинить тебе боль — это никогда не было для меня вариантом, никогда.

Ее глаза остановились на комоде.

— Ты бы накачал меня наркотиками…

Он выдохнул.

— Я не собираюсь врать. Если бы ты последовала за мной или любым другим человеком, у меня не было бы выбора. Мне пришлось бы вывести тебя из строя и отвезти в Центр.

Дела становились все хуже и хуже.

— Центр?

— База в Ричмонде. Это для Укушенных, которые не могут контролировать себя, — такое место, как… как…

Анна все поняла и пожалела об этом.

— Какая-то сверхъестественная психиатрическая палата? — Ее голос превратился в хрип ужаса.

Он коротко кивнул.

О черт.

— Что ж, спасибо, что не накачал меня лекарствами и не бросил в психушку. — Она отпрянула от него и направилась к двери. Мудак. Слишком многовато для того, кто мог быть ее рыцарем в сияющих доспехах.

— Ты не понимаешь. — Его тихие слова остановили ее, как только она достигла порога. — Ты не представляешь, каково это видеть, как кто-то, кто был совершенно нормальным в один прекрасный день, на следующий день погружался в безумие.

В его голосе была боль, воспоминания о горе. Она ничего не могла с собой поделать. Анна оглянулась на него.

На его челюсти сжались желваки, и воспоминания бушевали в его голубых глазах.

— Когда Укушенный становится диким, это не похоже ни на что из того, что ты когда-либо видела или воображала. Животное занимает место человека. Свирепое, жестокое животное, которое нападает на любого человека — черт возьми, неважно, является ли жертва любимый, друг или даже ребенок. Кровожадность побуждает Укушенного уничтожать, и это все, что может сделать существо.

Уверенность наполнила ее. Джон говорил о ком-то конкретном, она это знала.

— Кто это был, Джон? Кого укус уничтожил?

Он сжал челюсти. И посмотрел на нее.

— Джон? — Кто-то из его близких. Она поставила бы на это свою жизнь.

— Через несколько лет после того, как я встретил Траверса, он влюбился в милую, хорошенькую вдову. Они начали планировать свадьбу, говорить о строительстве дома.

Похоже, все плохо кончилось. Часть ее хотела остановить его, чтобы он замолчал. Но большей части нужно было услышать то, что он скажет.

Анна все еще не понимала, с чем имела дело. Она не до конца понимала жизнь Укушенного, и, черт возьми, была уверена, что сложно разобраться во всем этом об оборотнях. Но…

— Что с ними случилось?

— Траверс охотился на жестокого придурка по имени Кейн — одичавшего оборотня, который напал на членов своей стаи, прежде чем начал преследовать людей. Кейн знал, что Траверс идет по его следу, и имел репутацию любящего поиграть с охотниками.

— Как играть? — Ее голые пальцы ног вцепились в деревянный пол. Она забыла взять туфли. Которые остались возле кровати — она видела их краем глаза, но не стала их подбирать. Сначала хотела услышать оставшуюся часть истории.

— Он любил менять ход игры, сделать их объектом охоты. Вот что он сделал с Траверсом. Начал преследовать его. Следил за ним днем и ночью. Кейн увидел его с Донной и, будучи ублюдком, понял, как ранить охотника.

О нет.

— О-он ее укусил?

— Поймал ее, когда она выходила из магазина. У Донны раньше была пекарня. — Его губы на мгновение изогнулись. — Она пекла лучшие проклятые торты, которые я когда-либо пробовал. — Улыбка исчезла. — Но это было до того, как Кейн схватил ее и пустил свой яд в ее вены.

Глаза Анны закрылись, когда к ней нахлынуло воспоминание о собственном нападении: резкая боль в ноге, звук рычания и фырчания, вонь, как от псины.

— Ч-что с ней случилось?

— Траверс нашел ее на улице. Забрал домой, пытался о ней заботиться. — Джон слегка переступил, и дерево заскрипело под его ступнями. — Через два часа он мне позвонил. Она напала на него, порезала ему руки и чуть не перерезала горло.

О боже.

— Когда я пришел, она кричала и рычала. Пыталась атаковать зубами и когтями. Донны больше не было — милой, хорошей Донны. Вместо нее был кто-то другой. Что-то полное ненависти и жажды крови.