Новороссия
Шрифт:
Устроим сегодня кровавую мессу…
А летом на море сюда же, в Одессу!
Горите, русские!
– в Одессе слышен крик
«Горите, русские!» - в Одессе слышен крик.
«Горите, гады! Мы вас подогреем!»
Рука убийцы дрогнула на миг
и распрямилась с огненным коктейлем.
А тех, кто попытался убежать,
по почкам били ржавыми прутами...
За Украину надо убивать
и хвастаться кровавыми делами.
Гори в аду, проклятая страна,
тебя от злобы вылечит лишь пламя.
Ты вспомнишь одесситов имена,
когда огонь твоё охватит знамя.
Гори в аду за подлость и фашизм,
за то, что русских сделала врагами.
За неприкрытый яростный садизм
ты будешь дохнуть, дрыгая ногами.
Гори в аду, пощады нет тебе.
тюрьмой народов стала унитарность.
Они в дыму спускались по трубе,
а ты к ним не испытывала жалость.
Гори в аду, пылай, страна - бандит.
Гори в аду, – и нечего добавить...
Подонкам не известно слово «стыд»,
а ты пустила их на троне править.
Гори в аду. Одесса не простит...
«Гори в аду», – в Славянске скажут грустно.
На сердце рана жгучая болит,
а на душе безветренно и пусто.
Ты помнишь, Алеша…
Ты помнишь, Алёша, дороги Донбасса,
наш маленький непобедимый блок-пост.
Была перепахана взрывами трасса,
и трупы друзей наполняли погост.
Ты помнишь, каратели в Красном Лимане
бесчестили Светку под матери крик.
Когда задушили её на диване,
в ту комнату бросил гранату старик.
Ты помнишь в Славянске кровавые росы,
зловещий ошейник вокруг городка.
Мы тлели под натиском как папиросы,
но палец руки не снимали с курка.
Ты помнишь, как ночью бомбили нас Градом,
как мать молодую осколок убил,
как жаркое лето казалось нам адом,
воды не хватало, патронов и сил.
Ты помнишь, как плакали жёны убитых,
как мы им клялись отомстить за мужей,
и ради героев, в могилах зарытых,
давили врага всё сильней и сильней.
Я видел величие русского духа
в глазах каждой бабушки, каждой вдовы.
Страшили не голод их и не разруха,
а то, что в полях не докопаны рвы.
И, взяв в ослабевшие руки лопаты,
ловушки для техники рыли они,
и гибли на передовой, как солдаты,
себя не щадя в те военные дни.
Ты помнишь, Алёша, как русские люди
держали удар многотысячных войск,
как пули встречали широкою грудью,
и плавился в сердце металл, а не воск.
Война упокоила многих героев,
дав отдых в далёкой, красивой стране...
Прославим их память, гитару настроив,
сыграем на горько звенящей струне.
Спасите людей Донбасса!
Спасите людей Донбасса!
Услышьте сигналы SOS.
Малыш из первого класса
пролил уже литры слёз.
Спасите людей Донбасса,
придите огонь тушить!
Он взрыв пережил фугаса,
но ног ему не пришить...
Спасите людей Донбасса,
ведь Киев уже не тот.
Фашистская там зараза,
у власти бандитский сброд.
Спасите людей Донбасса
от грозных свинцовых пуль.
Каратель - сержант запаса
на танке в толпе бабуль.
Спасите людей Донбасса!
Страдает и стар, и млад.
Горела вчера сберкасса,
больница и детский сад.
Спасите людей Донбасса!
Россия, введи войска!
У смерти страшна гримаса,
смотреть на неё - тоска.
Спасите людей Донбасса!
Травинки мы на ветру.
Враги наступают массой
на взрослых и детвору.
Спасите людей Донбасса!
Уж ворон устал кружить.
Короткая в небо трасса,
но нам бы ещё пожить...
Каратели душат свободу Донбасса
Каратели душат свободу Донбасса, -
голодная стая позорных волков.
Пришла воевать на восток биомасса,
приняв свой народ за опасных врагов.
Направили дула ржавеющих танков
на мирных рабочих, детей, стариков.
В бою солдафоны похожи на панков:
безумны, озлоблены и без мозгов.
Подонки впитали предательство с детства:
их деды служили в кровавом СС,
их бабушки фрицам дарили кокетство
и раком стояли, снимая им стресс.
«Стреляйте по русским!» - вожак призывает.
«Дави, не жалей! Москалей на ножи!»
А в небе лучистое солнце сияет
и ворон добычу свою сторожит.
Но злоба замки с городов не срывает;
Донбасс остановит тупое зверьё.
Я знаю, что скоро победа настанет
и снова в леса убежит бандерьё.
Блокадный Славянск (монолог ополченца)
В блокаде Славянск... Не хватает воды.
Враги на подходах сомкнули ряды.
Мы в плотном кольце, но не падает дух.