Новые Атланты
Шрифт:
– С чего так? – Олег немного удивился. – У нас смогли объединиться, устроиться на зиму…
– В основном, голод. Крупные продовольственные базы сгорели, а фермы, что остались целы… Тут первую зиму разбойничали некоторые. Много банд ходило по земле. А сколько раз стреляли в борьбе за пищу… – Пояснил Кирилл. – Ладно, давай возвращаться. Неву, очевидно, под землёй переходить будем.
Глава 31. Другая «реальность». Точка соприкосновения
Станция оказалась мертва. Это стало понятно сразу, после того как они спустились по гулкому эскалатору до самого низа.
– Возможно, если бы в городе объявили тревогу, людей в метро спустилось бы больше… – Кирилл вспомнил, в какой спешке они уезжали.
– Думаешь? – Олег посмотрел на незакрытые нижние ворота и поморщился. – Военные, возможно, и подняли панику, и тревогу объявили. Но как это сделать, чтобы все её услышали в пять утра? Радио у многих просто отсутствует, а громкоговорители тоже не на каждом углу стоят. А ракеты до нас очень быстро долетели.
– Получается, что во всём мире так же? – Они вышли на саму платформу и теперь стояли, освещая фонарями покрытые мрамором стены. На станции витала пыль…. Пустая платформа. Пустые проходы… И застывший поезд в одном из туннелей. Закрытые двери, целые стёкла. Словно он подъехал и ждёт пассажиров.
– Странно, что здесь нет никого. – Голос отразился от стен и вернулся назад.
– Здесь останавливались люди, но потом они ушли. – Кирилл подошёл к одному из проходов и указал на лежащие на полу, снятые с поезда сиденья. – Да и нам следует поторопиться.
Они скорее интуитивно спрыгнули с правой стороны, и пошли по ходу движения поезда. Тёмный туннель с висящими по бокам кабелями уходил вперед, и даже мощные фонари не могли увидеть его конец.
Они шли минут пять, когда Кирилл остановился. Запищал дозиметр, а туннель наполнился каплями падающей воды. Фонари высвечивали впереди и сзади потоки влаги, падающей на уходящие вдаль рельсы. Поднялся ветер, словно ехавший поезд гнал впереди себя воздух. Воздух, наполненный озоном.
– Что это? – Голос Олега дрожал. Он снял с плеча автомат и теперь смотрел в темноту.
– В сторону. – Ответ Кириллу пришел, словно из ниоткуда, давая команду к действию. – К стене! И ради Бога, не выстрели!
Они прижались к стене и смотрели. Долго ждать не пришлось. Воздух налетел с новой силой, и туннель наполнился светом. Призрачный поезд затормозил рядом с ними и теперь медленно ехал на расстоянии вытянутой руки, давая возможность рассмотреть, что происходило внутри. Свет в окнах. Люди, читающие газеты и книги. Девушка в больших наушниках что-то напевала, слушая любимою песню. Юноша с длинными волосами и в очках, стоял, прислонившись боком к стеклу, и перелистывал страницы журнала. Кириллу показалось, что девочка лет восьми их заметила. Её взгляд внимательно смотрел именно на то место, где они стояли. Она словно наблюдала за ними всё то время, пока поезд медленно ехал. А потом всё пропало.
Свет пропал, заставляя глаза снова привыкать к темноте. Дозиметр замолчал…
Кирилл посветил в туннель фонарём. Падающие капли тоже куда-то делись – всё видимое пространство оказалось сухим.
– Что это было?
– Другая реальность. Я уже видел похожее. – Кирилл глянул на напарника. – Не помнишь, какой промежуток между поездами?
– Минуты три… Может, пять.
– Тогда поспешим. Почему-то мне кажется, этот призрачный поезд тебя размажет по рельсам не хуже обычного.
Они поспешили… Долгие минуты ходьбы, наконец, вывели к станции. Сразу бросились в глаза спущенные вниз на рельсы деревянные лестницы. Они поднялись на платформу и медленно пошли вперёд, к видневшемуся тусклому свету. Они повернули в первый проход и очутились практически у эскалаторов. Наверху, в самом конце туннеля виднелся слабый свет. Станция выглядела пустой.
– Ошибся твой Петр. Нет здесь никого… – Олег в сердцах сплюнул на пол. – Зря мы сюда шли!
– Не скажи. Сюда спускаются, и часто. – Кирилл кивнул на завешенные тряпками несколько проходов к платформам. И в самом конце станции луч фонарика выхватил открытую решетку, ведущую в служебные помещения. – Странно, что дежурный не остался. Войти ведь любой может… Эй! Есть кто-нибудь?!
Голос, пролетев от начала и до конца платформы, вернулся назад. Один из пологов откинулся, и из-за него вышел старик в грязной, помятой форме машиниста электропоезда.
– Чего орём?! – Голос, заспанный и недовольный, разнёсся по станции. Старик, щурясь на свет фонарей, прикрыл глаза рукой. – Чужие, что ли? Откуда пришли, хлопцы? Да свет приглушите, глазам больно…
– Мы ищем Смирнову Елену. Она на этой станции находиться должна. – Кирилл повернул регулятор фонаря, оставляя светиться один диод. И, увидев непонимающее лицо старика, продолжил. – Женщина с тёмными волосами ниже плеч, зелёные глаза. Обручальное кольцо носит и цепочка золотая с крестиком на шее…
– Кхе… – Старик поморщился. – Кем она приходится Вам, молодой человек?
– Матерью… – Голос Кирилла дрогнул. Человек явно что-то знал о ней, но сомневался, говорить или нет.
Блеснул луч света. Прямо в лицо. В руках старика оказался фонарик с доброй парой десятков диодов. Кирилл зажмурился. В глазах заплясали искры.
– Похож, вроде… А Ленка никогда и не говорила, что сын есть… – Старик задумался. – Откуда пришли?
– Мы за городом живём. К вам целенаправленно шли.
– Что ж. Заходите. – Выключив фонарь, старик отодвинул полог и скользнул внутрь.
Внутри палатки лежало несколько мешков, кинутых в угол, да старый топчан, снятый с какого-то поезда, стоял вдоль стены. Вот, в общем-то, и вся мебель.
– Ну, садитесь, рассказывайте. – Старик кивнул на мешки. Кирилл с Олегом уселись. – С чего вдруг решили, что у нас ваша мать?
Кирилл тяжело вздохнул и начал рассказывать. Стараясь не упустить нужных подробностей. Он понимал, что, судя по всему, они сейчас общались с «дозорным», который мог их провести дальше или умереть, но не выдать место стоянки…
Рассказ получился коротким и, закончив, Кирилл откинулся на мраморную плиту и произнёс:
– Вы так и не сказали, здесь она или нет.
– Да здесь, здесь… И мои тоже здесь… – Старик тяжело вздохнул. – Увидишь ты её через пару часов, когда с города люди возвращаться будут… Я ведь тут в качестве сторожа сижу, встречаю, таких как вы, желающих по туннелям погулять.
– И много гуляет? – Олег с интересом подался вперёд. – Известно, что в метро делается?
– Как не известно? – Старик даже удивился. – Ничего хорошего в метро нет. Не готово оно оказалось к такому… На верху многие станции рухнули так, что эскалаторы обвалились, на юге города радиационный фон повышен… Хорошо, что до ядерной войны не дошло, а то бы нам точно всем каюк пришел. Никакое метро не спасло бы.
– А я думал, что его как бомбоубежище всегда строили…
– Строили, да не построили. – Старик засмеялся. – Станций, готовых к атомной войне, раз, два и обчелся. Думаешь, за состоянием фильтров и вентиляции следили хорошо? Одна ядерная бомба, и метро не спасло бы… Вон взять тот же Ленинский Проспект или Чкаловскую. Одна копоть на стенах осталась.
– А что случилось? Как такое могло произойти?
– Как-как? Затворы нижние не сработали, а огню всё равно, куда идти… Вот и сгорели станции… А на юге обвалились многие. То же Купчино. И не станция вовсе. Кто в туннели уйти успел, тот спасся. Хорошо, что там межстанционные затворы закрыли…, а ты говоришь, метро защитит. А на Удельной люди, когда гермозатвор открыли, знаешь что увидели?