Новые Атланты
Шрифт:
– Вер, скажи, а вы ведь и прямые эфиры устраиваете?
– Конечно… – Вопрос застал девушку врасплох. – Последний раз с новогодних представлений в театре репортаж проходил. А с чего вопрос?
– Подожди. Сначала ответь ещё на один. – Голос, как показалось девушке, был напряжён. – Прямой эфир, скажем, из нашего дома устроить можно?
– Это легко сделать, в общем-то, из любого места, где есть интернет. Хоть с батискафа, пока он в зоне передатчиков находится.
– Вот и здорово! Тогда хватай камеру и аппаратуру, которая тебе будет нужна, и через пятнадцать минут встретимся у батискафа. А девочки твои пускай к прямому эфиру готовятся.
В трубке раздались длинные гудки, и Вера, пожав плечами, повесила её на рычаг. На сколько бы девушка не доверяла своему мужу, эта просьба выглядела необычной. Но её чутьё репортёра сигнализировало о возможной сенсации.
Когда девушка забралась в батискаф, она, к своему удивлению, увидела в нём седого старичка в белом халате. Тот сидел в пассажирском кресле и что-то усиленно рассматривал в лежавшем на коленях докторском саквояже.
Дмитрий молча опустил за девушкой стеклянный купол и, когда шлюз наполнился водой, сразу вывел подлодку в океан.
– Это профессор Ларионов Игнат Васильевич. Мы с ним познакомились, когда я в госпитале лежал.
– Очень приятно, Игнат Васильевич…
– Просто Игнат, если не возражаете. – Профессор даже не поднял головы из-за своего багажа.
– Дим, а куда мы плывём? И зачем? – Девушка, выглянув за стекло, заметила впереди ещё один батискаф.
– Тут всё интереснее… Оказывается, карантин в резервации объявили просто так. Заражение никто не подтвердил. Я ведь первым делом начал узнавать, как и что. Кто в строительстве участвовал, кто сейчас с беженцами их резервацию обслуживает. Хорошо что, когда я список фамилий получил, профессора встретил. Так вот, он утверждает, что ни одного врача из этого списка не знает.
– Но как такое возможно? – Девушка искренне удивилась, но тут же сама всё поняла. – А кто тогда с ними находится? Или вообще никого?
– Скорее всего, никого. Кто-то испугался и выдал ложную информацию. Сегодня один заразился, завтра мог ещё один. А потом могли просто им свет отключить…
Вера вздрогнула. Отключение электричества равно смерти. Ведь сразу останавливается вентиляция, и запасов воздуха не хватает надолго… Особенно, где нет оранжерей.
– А могли просто подорвать одну из стен, чтобы все утонули. Как несчастный случай, или наоборот, обставить, как геройскую смерть – переселенцы, осознав, что являются источником инфекции, решили покончить с собой. – Пробормотал сидящий сзади профессор. – Только интересно, кто за этим стоит? На капитана не похоже…
– Скорее всего, это и не он. – Дмитрий на секунду отвернулся от рычагов управления, чтобы взглянуть на Веру. – Я ему тоже успел позвонить. Так вот, мне показалось, что он сильно удивился и сразу поспешил в радиорубку.
– А зачем именно туда?
– Потому что через неё пойдёт экстренный прямой репортаж по всему городу. Который уже пора начинать. – Вера немного занервничала. Пришло беспокойство за маленькую Ксению, оставленную на попечении Ильи. Но вот батискаф вплыл в тёмный шлюз резервации, и девушка, тяжело вздохнув, включила камеру. Отступать, в любом случае, она не привыкла.
Константин Николаевич сидел в радиорубке и смотрел идущий на мониторе репортаж. Впрочем, как показывала статистика, его сейчас смотрели очень многие. Больше половины абонентов включили свои мониторы.
На экране было видно, как репортёра встретило несколько человек – «добровольцев», и после небольшого общения камера переместилась из шлюза дальше, в центральную пещеру резервации. Капитан смотрел на людей, сидящих и лежащих на одеялах, расстеленных на полу. На угрюмые, понурые лица. На испуганных детей, прячущихся за спины взрослых… Но, сколько он не всматривался в экран, он не находил среди них людей в белых халатах. Врачей-добровольцев на «заражённой» территории действительно не наблюдалось…. И в его сознание начали забираться сомнения и тревога.
В помещение постучали. Константин Николаевич обернулся и увидел стоявшего на пороге Джона Смита.
– Господин капитан, Вы хотели меня видеть?
– Да, Джон, проходи, садись. – Капитан пождал, пока бывший агент ЦРУ усядется в кресло и продолжил. – Скажи мне честно, что двое твоих людей делают в резервации?
– Хм… – Джон на мгновение задумался. – Я думал, что их присутствие согласовано… Да и не мои они люди уже. А в чём проблема?
– Проблема в том, что в резервации есть куча взрывчатки, и нет ни одного врача. А как так получилось, я понять не могу! И не могу найти своего первого помощника, который отвечал за обеспечение переселенцев. – Капитан тяжело вздохнул и, ткнув пальцем в экран монитора, продолжил. – А то, что я вижу на экране, говорит, что этих людей вообще просто приговорили! У многих даже одежды нормальной нет!
– Как я понимаю, все идущие до этого новости «обрабатывались»? – Джон мгновенно понял, что к чему, и начал быстро говорить. – Когда стало известно об их прибытии, ко мне подошёл Анатолий Павлович и попросил фамилии и контакты не женатых спецназовцев. Для помощи в резервации. Я удивился, но не придал этому значения. Да и люди уже давно вышли из-под моего командования. Так, встречаемся иногда… Естественно, я ему не отказал.
– То есть, опять мой помощник… – Капитан забарабанил пальцами по столу. – Дежурный! Вы так и не смогли узнать, где сейчас Анатолий Павлович?
– Насколько я могу судить, он так и не вышел из своей каюты. – Дежурный нервно поправил на голове пилотку и, опустив взгляд в пол, произнёс: – Но на звонки по телефону и по экстренному интеркому не отвечает.
– Вы не сходите со мной, Джон? – Капитан поднялся и пошёл к выходу. – Я думаю, нам стоит дойти до его каюты.
– Конечно. Но, также стоит взять с собой пару матросов. Как говорите вы, русские, на всякий пожарный.
Каюта первого помощника находилась совсем рядом, в нескольких минутах ходьбы. Константин Николаевич сначала постучался в дверь, но, не услышав никакого ответа, смущённо посмотрел на стоявших рядом матросов и достал универсальный капитанский ключ, открывающий любую дверь. Естественно, если знаешь код.
Дверь распахнулась, впуская людей в просторное помещение. Сразу послышался звук работающего видео. Шел репортаж из резервации. Первого помощника искать не пришлось – его ноги болтались буквально в нескольких сантиметрах над полом. Мужчина повесился на своём ремне, прицепив его за выступающий на потолке крюк. Константин Николаевич остановился посередине каюты и с удивлением смотрел на чуть качающееся тело. За его спиной стояли матросы, осознавая увиденное. Джон прошел вперёд, осматривая помещение. Он нагнулся над стоявшим в углу принтером и взял вылезший из него листок. Пробежав текст глазами он передал его капитану.
«Я слишком боюсь болезней. Наверное, всё идёт оттуда – от страха. Я не могу вынести людей, перенёсших чуму, у нас в городе. Простите меня. Я хотел их уничтожить. Не дать им войти в наше общество. В наш город. Ещё раз простите меня».
Константин Николаевич, несколько раз перечитав текст, поднял взгляд на стоявшего рядом Джона, который внимательно наблюдал за реакцией капитана. Тот, немного подумав, несколько раз сложил листок и принялся его рвать. А клочки бумаги отправились в карман.