Чтение онлайн

– Может быть, отцу стало хуже?

– При всем уважении, милорд, – полковник положил руку в кожаной перчатке на грудную пластину, – эрл Эльгер не стал бы возвращать из-за этого обоз. И никто бы не стал, даже сам ярл. Не знаю, что должно было случиться. Не припомню такого.

Он махнул рукой, и к ним галопом поскакал ординарец полковника.

– Разворачивай обоз, – крикнул полковник ему загодя, подтверждая слова жестом, и остановил лошадь на гребне.

Ушло не менее четверти часа, пока растянувшийся обоз разворачивался в узкой долине между холмами, воины в кольчужных рубахах разбирали с повозок щиты с красным львом и помогали друг другу надевать на плечи гремящие стальные доспехи. В сыром воздухе раздавались гулкие звуки мужских голосов и сдержанное ржание лошадей. Не зная, чего ожидать, полковник Эррум велел перестроиться отряду в боевой поход. Наконец обоз, ощетинившись копьями и мечами, двинулся по долине назад. Вперед по холмам послали на свежих лошадях разведчиков. Еще через час возле первых хижин, облепивших крепость со стороны Овечьих Холмов, обоз встретил эрл Эльгер с личным отрядом.

Издалека приметив брата по штандарту, который держал его знаменосец, младший Фюргарт в сопровождении полковника Эррума поспешил вперед по плоским камням Королевской дороги.

Когда они подъехали, Эльгер, спешившись, разговаривал о чем-то с молодым юношей, держащим посох чародея и укутанным в заношенный охотничий плащ с островерхим капюшоном. Перед ними терпеливо стоял паж, развернув в руках карту, выжженную на выделанной шкуре.

– Я не стратег, высокочтимый эрл, – негромко говорил юноша, когда рыцари подошли к ним, отдав поводья оруженосцам, – но важно никого не выпустить на королевскую дорогу. Поэтому, думаю, нужно подойти к городу с юга, но, впрочем, сейчас в игру могут вступить многие заинтересованные стороны и главное – быть на месте первыми.

Эрл кивнул подошедшим рыцарям и, глядя сверху вниз на тщедушную фигуру чародея, сказал:

– Может быть, это будет важно: вчера я получил птицу с донесением из цитадели. Сэр Изгард сообщает о странном происшествии. На закате стражники Закрытых Ворот заметили, что на другом берегу Эльды появилась группа людей. Был срочно вызван сам начальник цитадели, и дальнейшее он видел через подзорную трубу собственными глазами: небольшой отряд береттеев, ведущих богато одетую девушку, и с ними красный жрец. Они вошли в воды реки, и жрец выкрикивал какие-то заклятия. Потом он перерезал девушке горло…

– Открывающая жертва, – нахмурился чародей.

Рыцари переглянулись.

– Это значит?.. – произнес Эльгер.

– Это значит, что через три-четыре луны воды реки донесут кровь царственной девственницы до залива Урбанта, и, если заклятие Эдин будет снято, Эльда на всем своем протяжении перестанет быть преградой для береттеев и заодно для любой твари из Черного леса, – закончил юноша.

Эльгер покатал в голове тяжелую мысль и проронил глухо:

– Но отсюда вытекает также, что цитадель Закрытые Ворота потеряла свое значение и что и самому Капертауму в любой момент угрожает нападение. – Рыцарь махнул пажу, и тот подвел к нему гнедого жеребца. – Нужно срочно оповестить остальные дома и короля… – Он запнулся и, обведя глазами присутствующих, решительно поправился: – И ярла Вильгельта.

Озадаченные и встревоженные рыцари садились на подведенных к ним скакунов. Они не понимали, что происходит, только видели, что обычной порядок дел нарушен и события стремительно набирают скорость.

– Эльгер назвал короля ярлом! – пробормотал себе под нос полковник Эррум так, что его слова с трудом разобрал лишь Баррион. – Что бы это значило? Мятеж?

– Благородный эрл, – обратился к Эльгеру чародей, – статус цитадели пока рано пересматривать. Для этого мало сведений. Мы не знаем, пропустят ли береттеи через свои земли уруктаев, но то, что Капертаум теперь рубежная крепость, – конечно, верно. Но не отменяй своего решения. Капертаум расположен на непреступном для штурма берегу. У тебя отлично подготовленный гарнизон. Поручи твоему брату с отрядом войти в город беглецов, пока ты, оставшись в крепости, будешь решать с другими домами политические вопросы. Этот город может быть козырной картой и ключом к успеху. Дай мне в сопровождение оруженосца твоего отца, ты ведь не вполне еще готов довериться мне, и он будет твоей десницей, если я подведу тебя. – Юноша замер, ожидая слова эрла. Рыцари на одетых в латы конях тоже молча смотрели на своего господина.

Эрл опустил голову и задумался, сидя на всхрапывающей лошади. Он давно ждал и жаждал самостоятельности, которую было непросто получить под рукой властного отца. Теперь, когда возникла необходимость самому принимать решения, это оказалось очень непросто. Нет времени даже как следует обдумать последствия своих приказов. Время не ждет. И люди должны верить в своего лорда.

Эльгер наконец поднял глаза на ожидавшего брата и произнес:

– Будет так. Иди в лоб – прямо по королевской дороге. Войди в город. Как говорит чародей – беглецы не ожидают чужих и не готовы. Они сейчас как дети в новом для них мире. Им нужна помощь. Мы дадим эту помощь, и они будут наши. – Он сжал руку в перчатке в кулак.

Баррион молча слушал эрла, спокойно глядя на него своими фиолетовыми глазами. Пряди темных волос выбивались из-под кожаного подшлемника. Ни внешностью, ни темпераментом он совсем не походил на своего брата. Посторонний человек с трудом распознал бы их родство. Никакого душевного волнения не отражалось на лице рыцаря.

Эрл Эльгер подъехал к Барриону на расстояние вытянутой руки и с нажимом произнес:

– Брат, наступило время великих перемен. Королевский чародей по дороге расскажет тебе, а я видел доказательство этого своими собственными глазами. Мир соединился. А это значит, что мы больше не вассалы короля Вильгельта. Это звездный час нашего дома. Красный лев ждет от тебя подвига. Не подведи, брат! Сегодня решается все! – Эрл подъехал еще ближе. Кони, вздрагивая, прижались шеями. Эльгер всматривался в глаза рыцаря невозможного цвета, ища в них радостное волнение или скользкий страх. Баррион видел это. Дыхание лошадей и людей смешалось.

– Как отец, брат? – спросил Баррион.

Эльгер на мгновение прикрыл глаза от ветра.

– Не знаю. Без изменений.

– Хорошо, мой эрл, я все исполню, – сказал Баррион с интонацией, которую никогда не мог понять Эльгер. – Лев поднимает меч.

– Лев поднимает меч, – повторил эрл девиз дома Фюргартов, развернул коня и, пришпорив его, поскакал по неровным камням кривой улочки, уходящей к замку. Свита последовала за ним. В воздухе зазвенела мелодия, сотканная из звуков сотен копыт. Каждая подкова начинала свой напев со своим тактом, с тем, чтобы потом слиться в одну общую мелодию, затопившую улочку до крыш каменных хижин.

Рыцари поклонились вслед эрлу, принимая приказ, и тронули кулаками свои грудные пластины.

Полковник развернул лошадь и направился к подходящему по королевской дороге отряду. Сэр Баррион терпеливо ожидал, пока воин поможет юному чародею взобраться на невысокую лошадь.

Путь от Капертаума до урочища, известного как Запретные курганы, занимал походным шагом около часа. Запретные курганы называли еще Могилой Истода. По преданию, Истод был младшим сыном легендарного маркграфа Урбанта, предка всех нынешних ярлов, и его первой и любимой жены Эдин. И хотя погребен Истод, как всем известно, был на крутом склоне Чесночного мыса над водами залива Урбанта, молва утверждает, что именно здесь отчаявшаяся леди Эдин, яростно преследовавшая береттеев, нашла тело своего украденного и растерзанного ребенка. И здесь, на берегу Эльды, что раньше означало «неумолимая», несчастная мать прокляла береттеев и закрыла своим отчаянием северные земли. С того времени ни один обитатель с того, проклятого королевой, берега не мог проникнуть в земли Урбантингов.

Королевская дорога, по которой двигался отряд, была сделана далекими предками на совесть. Хотя она и не везде была вымощена камнем, покрытие было ровное, хорошо утоптанное за прошедшие тысячелетия несчетным количеством ног и колес. Идти по ней было несравненно легче, чем по горной дороге, в далекую цитадель, и воины глядели веселее. Солдаты и офицеры шли в полном облачении. Стальные наплечники и каски тускло поблескивали на солнце. Копьеносцы несли на плечах легкие кленовые копья, мечники – треугольные щиты. Стрелки шли двумя змейками по обочинам. Арбалеты взведены и лежат на левом предплечье. Замыкали обоз подводы, влекомые синими волами, возле повозок шли две дюжины стрелков с длинными луками.

Полковник Эррум ехал позади передовой дюжины, посматривая на разговаривающих между собой Барриона и чародея. Они ехали поодаль от дороги и перебрасывались неслышными ему фразами. Полковник чувствовал себя как возница, отдавший поводья малым детям и вынужденный довериться им на горной дороге. Всю свою жизнь с четырнадцати лет он постигал военное ремесло и страшился авантюрных порывов молодых лордов. Худшее случалось тогда, когда приходилось вести свои отряды на неизвестную цель. Вот как это происходило сейчас. Ярл Дерик беспамятный лежит в донжоне, а молодой эрл отправляет войско на запад по указке королевского чародея. Совсем уж молокососа. Полковник понял только, что этими двумя сотнями воинов и четырьмя рыцарями, включая сэра Барриона и его самого, они должны будут взять какое-то селение, но, молчаливые боги, какое?! Ведь ближайшее поселение Первый Уступ находится в двух лунах пути, и зачем же его брать, если эта твердыня и вся марка [1] Бернов испокон веков в лапах красного льва? Неужели Реин Берн потерял разум и предал своего сеньора?