Чтение онлайн

Заштатный священник Павел Калиновский, 72 лет, проживавший в городе Ставрополь, во время захвата этого города в октябре 1918 г. большевиками, за то, что имел внуков {209} офицеров, был арестован и приговорен к наказанию плетями; он умер под ударами.

Игумен Евгений, настоятель Александро-Свирского монастыря, Олонецкой губ., Лодейнопольского уезда и с ним 5 человек братии. В разгаре революции первых ее дней, банда грабителей-безбожников, с руганью и богохульством на святом месте, потребовала от о. игумена, казначее и эконома ключи от кладовых монастыря. Начальники обители, как могли возражали и отстаивали монастырское достояние от грабителей. Банде это не понравилось и она присудила иноков к расстрелу. Они заставили шесть человек отцов начальников и старших рыть во дворе монастыря себе могилу-яму. Когда яма была вырыта, их поставили на край ее и стали целиться в них из ружей. Был третий день Святой Пасхи. Мученики попросили палачей позволить им спеть "Христос Воскресе". Палачи не позволили, но они запели и в это время раздался залп. Иноки попадали в яму. У о. эконома была большая черная борода и она сразу побелела, когда он стоял перед ямой. Так рассказывал об этом свидетель, послушник (корел) Иван, который все это наблюдал с чердака, на котором спрятался.

В сель Баингар большевики явились в дом священника Димитрия Семенова, потребовали еды и после угощения обещали, что священник будет цел, и ушли. Но затем прислали за ним. На утро его труп был найден за селом.

В селе Безопасном убиты священник Серафимовской церкви Леонид Соловьев 27 лет, диакон Дмитриевской церкви, Владимир Остриков, 45 лет, и псаломщик Александр Флегинский, 51 года. Убили их местные большевики, уведя их на место, где раньше закапывали чумный скот. Велели им самим рыть могилу, а затем зарубили их шашками и недорубленных, полуживых, закопали в неглубокие могилы. Никаких обвинений им не было предъявлено, а просто признали нужным извести священников.

Псаломщик Свято-Троицкой церкви станицы Восточной, Александр Донецкий, был присужден за "принадлежность к кадетской партии" к заключению в тюрьму, но по дороге сопровождавшим его отрядом убит.

Священник хутора Танайки Черноморской губ., о. Иоанн Малахов, вместе с женой своей были арестованы красногвардейцами, приведены ими в станицу Мингрельскую и там расстреляны после издевательства, "в особенности над матушкой", как доносил местный священник.

{210} В станице Пластуновской священник о. Георгий Бойко был убит мучительным образом: на горле у него была ужасная рана, горло было как-то разорвано.

В станицe Кореновской убит священник Назаренко.

В Краснодар Губ. обл. в одну ночь по приказу Буденного убито шесть священников.

Василий Верижский, студент Казанской Духовной Академии. приехал в родное село Ставропольской епархии к своему отцу, псаломщику. Здесь на каждом месте, и всем вслух он обличал большевиков. Наконец, его взяли. Идя на казнь, он заявил, что он большевиков никогда не признавал и с ними не примирится. И затем, помолившись, отошел ко Господу.

Отец Серапион, священник станицы Ново-Александровской, Кубан. области, служил у так называемых иногородних, у бедного не казачьего населения станицы, дававшего первых большевиков. Прихожане любили своего доброго, нестяжательного, веселого и молодого пастыря и никому не давали его в обиду. Это был батюшка пролетарской бедноты и другие священники завидовали его положению. Однажды, сам правя лошадью, он ехал рядом с полотном железной дороги, по которому в это время, умеряя свой ход, подходил к станции поезд. Из окна одного вагона раздался ружейный выстрел и о. Серапион упал на дрожки мертвым. Конь был задержан у станции. Местные жители подняли всеобщее возмущение против злодеения. Искали по вагонам преступника для расправы, но, конечно, никого не нашли.

Отец Михаил Крыжановский, священник села Величаево, Ставроп. епархии, на границе Астраханских степей, отличаясь ревностью по службе, искренним благочестием и бескорыстием, он беспощадно обличал своим словом большевицкое безбожие и насилие. Это был духовный пламень, сжигавший всякую неправду на своем пути. И он был, конечно, обречен на смерть. В одно воскресенье, после Божественной Литургии, при полном стечении народа, его прямо из церкви забрали пришлые большевики на повозку и повезли за село. Народ плакал. Отец Михаил успел сказать своей пастве слова Спасителя: "не плачьте обо мне, а плачьте о себе и детях ваших". За селом, этого славного священномученика церкви Христовой и скромного служителя Божия отдаленного маленького местечка, злодеи подняли на штыки. Ему было не больше, как лет двадцать восемь. После него остались жена и двое детей.

В Херсонской губ. три священника были распяты на крестах.

В Ялте зверски большевиками убит популярный священник Сергей Щукин.

{211} В Крыму шайка большевиков захватила трех священников - Николая Попова, Агафона Гарина и Александра Казанчева, и после долгих истязаний и глумлений, убила их.

Настоятель Островского Собора Псковской епархии, Ладинский, когда его большевики вели на смерть, пел псалмы и пред кончиной проклял большевиков.

Священника Котурова, при эвакуации Чердыни, мучители схватили, сорвали с него одежды и до тех пор поливали его на морозе водой, пока он не превратился в ледяную статую. И страстотерпец не проронил ни одного жалобного стона, ни одного слова.

Архимандрит Вениамин, последний настоятель Соловецкого монастыря, жил отшельническою жизнью в одинокой избе в окрестностях г. Архангельска. Ночью местные большевики сожгли его избу вместе с ее насельником, предварительно забив окна и двери.

Архимандрит Матфей, ректор Пермской духов. семинарии, изрублен шашками.

Священник Андрей Зимин со всей семьей, с. Черниговка, Никольско-Уссурийский край, убит в 1918 г.

Священник Иоанн Литвинцев убит со всей семьей, с. Вишневка. Никол.Уссуршский край, в 1918 г.

Священник Петр Дьяконов у Надежд. завода, Верхот. у. Пермской губ. в 1918 г. закопан в землю по голову и в нее расстрелян.

О. Феодор с. Голышмановского, Тоб. губ. убит в июне 1918 г.

О. Павел с. Усть-Ница, Турин, у. Тоб. губ. убит в июне 1918 года.

Священник Георгий Паргачевский с. Ивановки, Амурск. обл. расстрелян разрывными пулями в 1918 г.

Священник Симеон Ионин, Троицк, у. Оренбургской епархии, расстрелян в 1918 г.

Протоирей Николай Русанов расстрелян в Кустана, Оренбургск. епархии, в 1918 г.

Пpoтoиpeй о. Александр Земляницын, о. Иоанн Евстратьев, о. Петр Холмогорцев (кафедр. прот.), о. Михаил Пеньковский и некоторые другие в 1918 г. были увезены из Челябинска и пропали без вести.

Многие из священников, бежавших при отступлении добровольцев из Воронежской губ., вернулись и заняли свои места, но и многие из них расстреляны. Один из видных воронежских священников о. Митрофан Девицкий, не добравшись до {212} Воронежа, был схвачен и расстрелян на глазах родителей, жены и детей

Священники города Воронежа, воодушевленные примером своего архипастыря Архиепископа Тихона, не пожелавших оставить город при занятии его большевиками в декабре 1919 года и почти все были убиты. В Воронежской епархии тогда было расстреляно 160 священников.

В Харьковской губ., за 6 месяцев, с конца декабря 1918 г. по июнь 1919 г., было убито 70 священников.

Прот. Константин Мошанов, г. Ялуторовск, уб. в Тюмени в 1919г.

Священник Леонид Матренинский расстр. в Верхнеудинской тюрьме в 1919 г.

К жертвам 1919 г. нужно отнести неизвестного священника, павшего жертвою христианского долга и не от руки большевиков.

4 марта 1919 г. Петлюровский атаман Семесенко (22-х лет), стоявший Под Проскуровым, отдал приказ своей Запорожской бригаде перебить еврейское население. Приказ говорил, что "пока хоть один жид будет у нас на Украине, не будет спокойствия". 5 марта вся бригада, 500 человек недисциплинированных, пьяных разбойников, разделившись на три партии, каждая при "офицерах", вошли в город и стали избивать евреев; входили в дома и вырезывали иногда поголовно целые семьи... С утра до вечера перебили 3.000 человек.