Чтение онлайн

– Покажу, - согласился Шпарин и двумя руками показал, как это примерно происходит.
– Раз, раз, раз… Вот так! Туда-сюда-обратно, тебе и мне приятно.

– Хо-хо-хо… - повторяя движения Шпарина, сказала марсианка.
– И у нас так. Разве может быть по-другому? Что ты стоишь? Кто мешает? Ахх, твой Дружище?.. Я его застолбила, давно спит.

Сергей Николаевич и в самом деле застыл в нелепой позе, но не спал. Дико вращал глазами, шевелил губами, не в силах произнести ни слова.

– У нас на Марсе порезвление девушек с разными мужчинами не считается нехорошим… Пока они не вышли замуж. Сколько угодно, это так приятно. Так приятно… Почему-то я тобой интересуюсь, очень интересуюсь… меня всю дрожит. Не так… Мурашит! Ты завлекательный, от тебя волнение. Порезвимся? Ты ведь меня хочешь? Хочешь? Я вижу!

Девушка спрыгнула со стола и провела пальцем по телу. От смуглой шеи до низа живота. Блестящий костюмчик раскрылся и, обнажая длинные ноги, сполз на пол. Девушка была без трусиков.

– Ахх, тебе неловко? Из-за Дружище? Я его отверну, хотя нет, пусть тоже порадуется. Будет смешно.

Маралову удалось разлепить губы.

– Шлюха марсианская!
– отчетливо произнёс Сергей Николаевич.
– Развратница! И зачем я тебя из шара выманил? Не делай этого, Миша!

– Ше-люх-хаа?! Это обзывание?

– Это такое иносказательное признание неземной красоты, - сказал Шпарин, быстро расстегивая мундир.

– Не делай этого, Ми… - повторил Маралов и, поймав взгляд марсианки, умолк.

Франта подняла руку, и Шпарин прилип к потолку возле люстры. Внизу мелкой дрожью трясся Сергей Николаевич и пытался задрать голову.

– Уу-х!..
– вскрикнул Шпарин.
– А внизу порезвиться никак нельзя?

– На Марсе выбирают девушки.

Франта зависла под ним и лизнула длинным язычком его губы.

***

Он пришел в себя лежа на Сергее Николаевиче. Франта стояла рядом и смотрела на поверхность широкого браслета на запястье, по которому бегали, отражаясь в её глазах, разноцветные кружки и прерывистые линии.

Шпарин скатился с экстрасенса, привел форму в порядок и поднял берет.

– Не ушиб? Хорошо, потолки невысокие.

– Пошел ты-ы!..
– простонал Сергей Николаевич, щупая грудь.
– Знаешь куда?

– Но ты же ничего не видел.

– Зато слышал, как вы вопили! Как тебя на всех хватает?

– Подручные Древаки, Николаич. Препарат среднетяжелой избирательной направленности, «Альфа-05». Помнишь или забыл? Надо было и тебе вколоть. Зря не попросил.

– И чего они к тебе липнут? Даже из космоса. Как мёдом намазан.

Раздался зуммер. Браслет на запястье марсианки вспыхнул красным.

– «Леталка» здесь! Вы с нами?

Только сейчас Шпарин понял - иногда девушка разговаривает, не открывая рта. Голос возникал в голове.

– И как это понимать? С нами?
– спросил он.
– Куда? На Марс?

В окно ударил луч прожектора, заметался по стенам, залаяли собаки, взвыла сирена. Сергей Николаевич бросился на пол.

– Обложили! Падайте, перестреляют.

– Запросто, - укладываясь рядом, сказал Шпарин.
– С них станется.

Раздался усиленный техникой грозный рык Древаки:

– Миазмов, мне нужна девчонка! Вас видели вместе. Пусть выходит, с тобой я разберусь потом. Михаил! И ты выходи!

Сергей Николаевич стукнул лбом об пол.

– Камеры! Камеры!..

– Спокойно, Дружище! Я их застолблю.

Франта поднялась над полом, входная дверь распахнулась, и девушка вылетела в свет прожектора.

– Чистая ведьма, - пробормотал Сергей Николаевич.
– Ступки и помела не хватает.

– Ага, только блондинистая. Это называется левитация. Жаль, мы так не умеем. Скажи, как ты её из шара «выманил»?

– Послушал тебя, дурак старый! Ты ушел с той девушкой, я вернулся…

– И посса… помочился на шар!? Сначала плевал, потом… Потом терпение её покинуло, она вылезла и съездила тебе в ухо. И пока мы с тобой «отдыхали», она была в доме?

Давясь от смеха, Шпарин перевернулся на спину.

– Ну да, съездила… Хороший выбрал момент для расспросов.

– А дальше?

– А дальше… Она посмотрела на меня… Посмотрела, вот как примерно на тебя смотрела, и я как баран повел ее к себе. Как баран!.. Мой дар по сравнению с ней - ничто. Вот ты веселишься, ржёшь, как конь на переправе, а нас сейчас прихлопнут.

Раздались автоматные очереди.

– Хана марсианке, - сказал Сергей Николаевич.
– И нам хана. Но тебе будет что вспомнить перед смертью. Поползли сдаваться.

Дверь соскочила с петель и врезалась в стену прихожей. Франта стояла на пороге.

– Пришлось завозиться, многовато народности.

Шпарин и экстрасенс выбежали из дома. Снаружи было на что посмотреть.

– Картина неизвестного художника: «чужие» против «чужих», - сказал Шпарин, пробираясь между застывших солдат с автоматами. Над стволами висели облачка пороховых газов.

– Они нас видят?
– озираясь, пробормотал Сергей Николаевич.

– Не видят. Наш пузатый друг Древака с закрытыми глазами и мегафоном в лапе. Начальник караула Осинкин стреляет из пистолета зажмурив глаза. А кто прячется за машиной? А… Это мой личный враг Супонев.

– Туда! Быстрее, не смогу долго столбить!

Франта бросилась к перекрёстку, где выставив треногу из белых конусных лучей опускался сверкающий диск. Сзади послышался топот. Выстрелы. Шпарин прыгнул и повалил марсианку на землю. Франта перевернулась. Вспышка. Глаза. Вспышка. Глаза. В сознании Шпарина замелькали картинки чужого звездного неба, чужие города под светло-зеленым небом, неясные обрывки чужих мыслей, Франта бегущая у желтых холмов по берегу зеленого океана… Её глаза смотрели из безумной дали, приближались, наплывали, стали огромными, во все небо, вошли в него… И все кончилось. Она была рядом.

Раскалённые светлячки неслись над головами. Пуля цапнула Шпарина в шею. Франта вскочила первой. Шпарин не понял, что она сделала, раздался шелест леденящий кровь, и преследователи, корчась, покатились по траве.

Погрузка заняла несколько секунд. «Тарелка» выпустила ещё один луч, беглецы вбежали в образованный им световой круг, и луч втянул их внутрь.

Франта обняла Шпарина и лизнула шрамчик сочащийся кровью. Кровь свернулась, ранка затянулась и исчезла.

– Ты мой спасатель, Мишаа.