Новые земли
Шрифт:
– Понятно. Интересный у вас там мир, наверное. Чудной…
– Ну, ваш мир тоже необычный для меня. В вашем мире существует магия. У нас её нет. Кроме того, у вас тут жуткие чудовища водятся и много разных рас. У нас нет ни гномов, ни эльфов. Также у нас не существует гоблинов, кобольдов, троллей и прочих подобных созданий. Есть только дикие животные, полуразумных не существует, а из разумных рас – только люди.
– Занятно. Как такой мир может существовать? Дичь какая-то.
Пока рыжая грела уши, подслушивая нашу с Дайдором беседу, она становилась всё бледнее.
Я это заметил и спросил бандитку.
– Эй, Хлоя, что с тобой?
Она сильно вздрогнула и испуганными глазами посмотрела на меня, крепко вцепившись в поводья.
– Н-нет… ни-ичего. Всё нормально.
– Так… что всё нормально, можешь даже не заливать. Я, кажется, понял, чего ты так испугалась, но всё-таки будь добра, объясни.
Рыжая посмотрела на меня неуверенным взглядом, а потом выдавила из себя вопрос:
– Ты иномирянин?
– Да.
Хлоя снова вздрогнула и медленно, как сломанный робот, повернула голову прямо, уставившись на дорогу.
– Понятно. – тихо сказала девушка.
– Почему ты меня боишься?
– Иномиряне опасны. – тихо ответила Хлоя – У них много преимуществ от Системы, а также они очень жестоки. Я слышала, как двое иномирян ели сердца своих врагов прямо на поле боя.
– А ты встречала иномирян раньше?
– Нет, только слышала о них.
– Знаешь, иномиряне приходят из разных миров. Точнее, они даже не сами приходят. Это ваши жители призывают нас, а нас самих ни о чём не спрашивают. – начал читать лекцию – Из-за этого мы лишаемся своих семей и близких и вынуждены оставаться жить в вашем мире. Я не знаю, какая дурь у вас тут творилось, но мне кажется, что этот мир более жестокий, чем мой. Хотя, разбой и у нас присутствует и войны тоже, да и коррупция. Но это как-то по-другому всё происходит…
– Понятно. – всё так же тихо ответила рыжая, явно не изменив своего отношения ко мне.
– Ладно. Разубеждать тебя ни в чём не собираюсь, но ты же видела, что сердца твоих людей я не ел и ничего подобного тоже не делал.
…
Все эти дни в пути прошли спокойно. Мы не загоняли лошадей, скача в нормальном темпе, делая привалы на обед и на сон, ну, и на естественные нужды, если кого приспичит.
Ночью я караулил лагерь, пока остальные спали. Четвёртой ночью вырезал половину стаи волков, которые крались к нашему лагерю у очередной просёлочной дороги.
Хлоя на третий день перестала трястись от каждого моего взгляда, удостоверившись, что я нормальный человек. Даже иногда что-то расспрашивала о моём мире. Хотя я не очень много рассказывал.
В первые три дня Эрику на привалах научили держаться в седле и дальше она ехала на лошадке сама, чем была жутко расстроена.
За это время мы заезжали в три деревни, пополняя запасы.
Вечером пятого дня наконец-то выехали на торговый тракт. Он представлял собой простую, но довольно-таки просторную, метров пять шириной, грунтовую дорогу. Однако, сразу бросалось в глаза, что она хорошо накатана телегами.
За время пути несколько раз обвинил самого себя в сволочизме, ведь почти не вспоминал про Амалию. А когда вспоминал, то это было как-то странно. Оставалось чувство утраты друга, а также в груди щемило из-за осознания, что я виновник смерти этой прекрасной девушки, но… сильных душевных терзаний у меня не возникало, лишь грусть.
На торговом пути привал устраивать не стали. Дайдор сказал, что тут довольно часто размещены трактиры, поэтому решили отдохнуть в нормальных условиях.
Действительно, хоть и по темноте, но через несколько часов пути у дороги встретилось соответствующее заведение. Чем-то оно напоминало стоянки для дальнобойщиков: грязненькое двухэтажное деревянное заведение, на первом этаже которого располагался кабак, а на втором десяток комнат для отдыха. Рядом со зданием была большая расчищенная поляна для парковки телег, заставленная почти наполовину. Перед поляной была покосившаяся конюшня.
Мы остановились в этом трактире.
Отдали лошадей мальчишке-конюху, чтобы он их почистил, напоил, накормил и устроил спать в загоне. Свою поклажу взяли в руки и разместились в номерах.
Хлоя была сильно возмущена тем, что не помог тащить сумки, которые она нагрузила на свою лошадь. От меня атаманша получила ответ, что я был против брать с собой лишнее барахло, поэтому послал рыжую разбираться со своими вещами самостоятельно.
За четыре номера с завтраком я заплатил по девять медяков за каждого, а также по два медяка за лошадь. Всего сорок восемь монет. От заплаченной мной суммы Хлоя рассмеялась, заявив, что меня обжулили, как лоха.
Дайдор взял у меня денег, потому что его накопления остались в замке, и той же ночью упился в кабаке, придя на завтрак с жутким похмельем и отвратительным перегаром от какой-то неведомой сивухи.
Когда я заставил гнома отсесть за другой столик, он обиделся, но и мне нюхать его зловонное дыхание не хотелось.
После ещё двух дней пути мы, наконец, добрались до поворота в сторону бывшего баронства Горни, а ныне моего баронства Шмидт.
Через половину дня верхом по разбитой дороге, при переходе старого, но добротного каменного моста через речку, из кустов вышли пять вооружённых мужиков потрёпанного вида.
– Эй вы! Проход по мосту платный: или платите, или перебирайтесь вплавь!
– Хм, у меня прямо дежавю… Хлоя, а скажи мне, кто у кого из вас идею спёр? Они у тебя, или ты у них?
– Эй, не надо наговаривать! Это распространённая тактика. – возмутилась рыжая.
– Да ладно, серьёзно?
– Ну да, на мосту проще нападать, ведь могут подойти только с одного направления и не смогут обойти тебя.
– Понятно.
Я спешился и не торопясь направился в сторону очередных неудачников.
Один из них целился в меня из дрянного лука, другой – из не менее дрянного арбалета. Двое стоявших посреди дороги были в доспехах не по размеру. Вооружены они были полуторными мечами и небольшими деревянными щитами. Пятый мужик стоял с копьём, без какой-либо брони.
– Значит, так! – громко сказал, продолжая идти по мосту. – Я сейчас считаю до трёх и за это время вы, уроды, пропадаете из моего поля зрения. После того как произнесу «три», убью всех, кого увижу.
– А здоровья хватит, пацан? Нас тут, вообще-то, пятеро! – крикнул мне крупный обладатель немаленького пуза, вооружённый мечом. Он встал в боевую стойку, прикрыв корпус щитом и держа меч наизготове.
– ОДИН.
Продолжал идти, не вынимая своего оружия.
– ДВА.
Подошёл ещё ближе.
Расстояние до пузатого было около десяти метров, для меня – самое то.
– Ну, я предупреждал. ТРИ!
– Стреляйте в этого идиота!
В меня полетели стрела от лука и арбалетный болт.
От стрелы уклонился, чуть наклонив голову в сторону, а арбалетный снаряд поймал рукой.
Мгновенный рывок, и я с силой вогнал пойманный болт глубоко в глаз здоровяку.
Прыгнул в сторону второго мужика с мечом. Пока летел к нему, вынул из наруча кинжал и метнул в грудь грабителю, вооружённому копьём. Приблизился к выбранной жертве, схватил его за голову двумя руками и резким рывком развернул ему голову на сто восемьдесят градусов, огласив округу отчётливо слышным хрустом.