Новые земли
Шрифт:
– Да спрашивай, что уж там.
– Может всё-таки представишься? А то как-то обезличено неудобно обращаться.
– Ну, в разных мирах и в разных местах меня называли по-разному. Думаю, тебе знакомо одно из моих имён – Сварог.
– Эм… Тот Сварог, который бог огня у древних славян? – неуверенно спросил седобородого, роясь в глубинах памяти.
«Блин, я ожидал кого угодно: Зевс, Один, Анубис, Кецалькоатль, но… Сварог – это точно неожиданно».
– Ой, да это вы люди себе всё придумали: бог огня, бог морей, бог грома… Какая разница, какой стихией управлять? Бог да бог. Стоило одного остроязычного князька спалить, к чёртовой матери, вместе с княжеством, так я уже и бог огня, а после, когда молва по устам пошла, стал уже и кузнец, и творец. Чего-то ещё придумали, кажется. Что тут сказать? Люди!
– Получается, что… – только собрался задать вопрос, как седобородый меня перебил.
– Это лучше не спрашивай, если не хочешь опять поссориться.
– Ясно. – немного помолчав, я всё же решил заговорить – А…?
– А это спрашивай.
«Достал он со своей телепатией! Бесит!»
– Почему в этом мире существуют разные расы и создания, о которых я в своём мире только в книжках читал. Ну, и в фильмах видел. Как такое может быть?
– Как бы тебе попроще объяснить? Это связано с реинкарнацией. Скажем так, когда душа перерождается в новом теле, все предыдущие воспоминания у неё стираются. Но иногда случаются накладки и какое-то воспоминание, оставившее в душе особо яркий след, не уходит. Понимаешь?
– Вообще-то, нет. Ничего не понял. – честно ответил старику, даже приблизительно не сообразив, как связаны воспоминания и фантастические создания.
– Ну вот чего ты такой тугодум? Порой люди что-то придумывают. Только иногда, фантазия – это фантазия, выдумка. А иногда – не выдумка, а воспоминание из прошлой жизни, некий яркий образ. Вот умер, например, человек в лапах оборотня, а когда переродился в твоём предыдущем мире, ему ночные кошмары снились в детстве с теми созданиями, которых тот боялся ещё до своего рождения. А потом он вырос, и начал по ночам у костра байки травить, запугивая членов племени шутки ради. Или другой пример: влюбился парень в эльфийку, да и помер, так и не добившись её расположения. А после реинкарнации образ ушастой девки ему во влажных снах приходит, и человек решается этим в написанной сказке со всеми поделиться. Так понятнее?
– Да, так понятнее. А я подумал, что скандинавские мифы родились потому, что…
– Ну нет! – вновь перебил Сварог, опять вызвав этим раздражение – Никто не встречал ни эльфов, ни гномов. Ваш мир изолирован и других рас никогда не было.
– То есть, выходит, что все наши сказки и фантастические книги – это сборник воспоминаний о прошлых жизнях разных людей?
– Ну, не все, конечно. Иногда фантазия – всего лишь фантазия, не больше. Но мысль верная. Да ты и сам уже со многими вещами познакомился.
В этот момент в голове проскочила одна мысль.
– То есть, драконы…
– Да, драконы есть. В этом мире в том числе. Но ты ещё не дорос, чтобы с ними встречаться. Страшные твари, агрессивные. Считают себя самыми умными и всех вокруг за дерьмо держат. Не люблю их. Много в них пафоса неоправданного. Да и ты в детстве не просто так ненавидел сказки про драконов, а от Змея Горыныча писался до пяти лет.
– До трёх!
– Уж мне-то не рассказывай, ладно?
«Думаю, подробности спрашивать у Сварога бесполезно».
– Ладно. Понятно. – коротко ответил богу, продолжая вспоминать, какие ночные кошмары посещали в детстве, кроме сна с гоняющимся за мной гигантским крылатым ящером, от которого я и правда до пяти лет писался, а до семи по ночам в слезах просыпался.
– Так-с… А зачем я тебя вызвал? А, точно! Хотел сказать, что о задумке я твоей знаю, но вряд ли у тебя получится, там всё не так, как ты себе напридумывал. А ещё хочу напомнить, что миссии нужно выполнять со всем старанием. Тем более, теперь ты убедился, что это выгодно. Если миссия будет посложнее, то и плюшки получишь пожирне… Короче, ничего в моём обещании с прошлого раза не изменилось: сделаешь дело хорошо – получишь плюшку; сделаешь плохо – получишь по жопе. А теперь иди разбирайся.
Взгляд расфокусировался, а когда, наконец, пришёл в норму, я понял, что всё так же целюсь в стаю гоблинов, бегущих на нас.
Всё-таки здесь прошла не секунда, потому что за то время, пока общался со Сварогом, Хлоя начала организовывать оборону.
Пустил стрелу, и та навылет пробила зелёного, бегущего в первых рядах, ранив ещё одного, находящегося за ним. В толпу гоблинов полетела ещё куча стрел, сразу следом за моей. Несколько первых десятков тварей полегли именно от лучников. Пока приближающихся вонючих коротышек отстреливали, остальные члены банды уже организовались и стройным маршем пошли навстречу бородавчатым уродцам.
Бой с гоблинами оказался совсем простым. Хоть их и было много, но люди в банде уже сработались между собой, и все действия хорошо координировались Хлоей и десятниками.
Когда мы порешили примерно сотню зелёных, остальные члены стаи просто сбежали.
Обратный путь занял гораздо меньше времени – всего восемь дней.
Во-первых, потому что мы уже знали дорогу и чётко понимали направление, а не плутали, ища ориентиры, которые были на моей карте. А во-вторых, потому как поняли, что наш предыдущий маршрут был не оптимален и нашли три участка, где можно здорово срезать путь.
За восемь дней мы несколько раз натыкались на разных тварей, однако, в большинстве случаев опасность была в пределах той, с которой мы могли справиться.
Лишь однажды пришлось повозиться с огненными люпусами. На этот раз в стае было не двадцать волков, а почти пятьдесят. Однако и я не тупил, как при первой встрече с этими созданиями, а сразу начал отстреливать лохматых рыжиков, позволяя людям их добивать.
…
Мы приближались к воротам Азура.
Членам банды я объяснил, что сразу вваливаться такой толпой в город нельзя. Да и связь с бандой нужно как можно дольше оставлять в секрете.
Подопечные атаманши разделились на группки по два-три человека, которые должны были в разные промежутки времени войти в город через разные ворота. Жирного вислоухого эльфа оставили с одной из групп. Они должны будут пробраться в Азур ночью, притом тайно.
Сразу в город пошли я, Хлоя, Аббас, семеро оборотней, Одэлис и рабы.
В нашу сторону побежал один из стражников, стоящих на воротах. Видимо, его отправили разобраться, зачем такая большая группа людей направляется в город.
– Путники! Ос... та... нови… тесь.
Когда я строго посмотрел на стражника, солдат меня узнал и сконфузился, еле договорив последнее слово. Притом с каждым слогом стражник сжимался так, что под конец даже стал казаться меньше ростом.
– Ты чего так перепугался? – спросил нервничающего бойца – Твоё имя?
– Жульен, Ваша Милость! – громко ответил солдат, вытянувшись по струнке.
– Слушай меня, грибная закуска. Зови своего командира, а пока он бежит сюда, ты со всех ног дуешь в казарму и говоришь, что я приказал немедленно прибыть к воротам пятнадцати солдатам. Понял?