Чтение онлайн

«Ремус, друг мой, прошу! – ныл Петтигрю. – Прояви милосердие! Уж ты-то должен меня понять! Я был вынужден это сделать! У меня не было выбора! Он бы убил меня!»

«Тогда ты должен был умереть, прежде чем предавать их! – огрызнулся Ремус. – Я бы так и поступил!»

«Конечно, благородный Ремус, - прорычал в ответ Питер, сбросив с себя раболепный вид, - всегда хвастаешься тем, какой ты добрый и человечный! Всегда презираешь каждого, кто не так умен, силен или красив как ты или другие Мародеры! Чего ты ждал от меня? Думаешь, я не знал, что вы держали меня при себе для комического эффекта? Думаешь, я не знал, что все вы втайне презирали меня?»

«О чем это ты говоришь? – спросил Ремус. – Мы доверяли тебе! Джеймс и Лили доверили тебе свой секрет! Свои жизни! Жизнь Гарри!»

«Только лишь потому, что они были уверены – никому и в голову не придет, что они настолько глупы, чтобы сделать Хранителем секрета такое жалкое существо как я! Это было оскорбление, а не честь! Думаешь, я так глуп, чтобы не понимать этого? Но Темный лорд разглядел мой талант! Он хвалил мой ум и хитрость! Он ценил меня таким, какой я есть! Он уважал меня!»

«Он просто использовал тебя, оболваненный ты дурак, - произнес Снейп ледяным тоном. – Он использует всех. Он никого не уважает кроме самого себя, и уж в последнюю очередь он будет уважать трусливого маленького грызуна, который продал своих лучших друзей за пару неискренних комплиментов, а затем скрывался десять лет, притворяясь фамильяром ребенка».

Лицо Рона исказилось от ярости, когда он начал понимать смысл происходящего. «Короста! – гневно прокричал он. – Ты плохая крыса! Я все про тебя Перси расскажу!»

«Все кончено, Петтигрю, - прорычал Грюм, который с облегчением отметил, что змеи исчезли так же загадочно, как и появились. – Сдавайся. Тебе некуда бежать».

«Нет!» - закричал Питер. Его взгляд отчаянно скользил по классу, и тут он заметил Гарри, стоявшего с вытаращенными глазами. «Гарри!
– он бросился к мальчику, прекрасно зная, что такой заложник надежно обезопасит его от остальных. – Иди сюда!»

Гарри взвизгнул и попытался убежать, но движимый предельным отчаянием Петтигрю пробирался к нему меж ученических парт с невероятной скоростью. Взрослые ругались и пытались догнать его – они все еще старались избегать заклинаний в помещении полном перепуганных детей, нестабильных ингредиентов для зелий и опасных змей.

Хедвиг подлетела к Петтигрю и вцепилась ему когтями прямо в глаза, в то время как Невилл схватил Гарри и попытался оттащить его подальше, точно так же, как Гарри оттаскивал в безопасное место Рона. Питер вскинул руки, сбросив с себя сову, и в этот момент Невилл задел локтем свой котел и опрокинул его, в результате чего все вязкое варево оказалось на маленьком волшебнике.

Неверно сваренное зелье покрыло всего Петтигрю, и волшебник заорал в агонии и начал стремительно менять облик от крысиного к человеческому и обратно. Даже закаленные авроры в ужасе отступили от столь отвратительного зрелища. Трансформации Петтигрю становились все гротескнее, и через несколько ужасных, похожих на ночной кошмар мгновений он замер, превратившись в кучу исковерканной плоти – получеловек, полукрыса. Его голова словно застряла между двумя обликами: левая половина была человеческой, а правая - крысиной. Между двумя не соответствующими друг другу черепами сочились мозги и несколько других… водянистых… субстанций в местах, где изуродованная плоть расплавилась от такого количества трансформаций.

Дети заверещали как маньяки и закрыли лица руками – все, кроме Гарри, который безотрывно смотрел на происходящее с мрачным выражением лица.

«Черт побери! – прорычала Бонс, наконец, протиснувшись к трупу. – Я хотела взять его живым!»

«Учитывая, что в последнее время побеги из Азкабана стали до смешного просты – даже симпатяга Блэк с этим справился, то, вероятно, только к лучшему, если нам больше не придется беспокоиться о самопровозглашенном миньоне Темного лорда», - саркастично прокомментировал Снейп.

Бонс злобно взглянула на него. «Он должен был ответить на наши вопросы, - парировала она. – И я не представляю, как можно полностью снять обвинения с Блэка без показаний Петтигрю».

Снейп удивленно приподнял брови: «Все здесь присутствующие, включая множество учеников, главу Визенгамота, двух старших авроров, главу отдела магического правопорядка и друга детства покойного слышали его признания и могут опознать его и предоставить мыслесливные воспоминания. Даже не представляю, какие еще вам нужны доказательства».

«Послушай ты, ублюдочный Пожиратель смерти», - начала Бонс, но остановилась, как только поняла, что дети – которые уже заметили кое-что поинтереснее – прекратили кричать и с живым интересом следили за их беседой со Снейпом. В конце концов, как это ни весело вопить во все горло и прыгать по партам (да еще и в классе Снейпа!), а стычка между их самым страшным профессором и не менее пугающей главой авроров – тоже хорошее развлечение.

Мадам Бонс прочистила горло и начала снова: «В отсутствие признания обвиняемого под сывороткой правды, найдутся те, кто подвергнут сомнению его заявления».

«Кто именно? – не унимался Снейп. Он лениво оглядел комнату. – Это первый курс Гриффиндора и Слизерина. Какая часть политического спектра не поверит присутствующим здесь? Или вы всерьез полагаете, что Люциус Малфой – или Артур Уизли – усомнится в показаниях собственного сына или заставит его принять сыворотку правды, несмотря на риск необратимых повреждений мозга, к которым может привести прием зелья до полового созревания?»

Бонс оглядела комнату и поняла, что он совершенно прав. Если кто-нибудь захочет отрицать то, что только что произошло – будь это бывшие Пожиратели смерти, министр Фадж или семья Петтигрю – то ему это ни за что не удастся.

Семьи присутствующих в классе представляли политическую элиту обеих сторон во время войны, и единственное, что может заставить их сомкнуть ряды и сформировать подобие союза – это угрозы в адрес их детей. Никто не будет настолько глуп, чтобы отрицать случившееся, ведь это неминуемо накликает гнев Малфоев и Уизли одновременно. Обман Петтигрю (и, стало быть, невиновность Блэка) будут немедленно приняты как должное.

Однако что-то явно было не так. Амелия Бонс не стала бы главой отдела магического правопорядка, не обладай она превосходными инстинктами, и сейчас интуиция подсказывала ей, что все не так просто, как кажется. Разыграно как по нотам.

Она изучающее посмотрела на Ремуса: «Хммм. Мистер Люпин, разве это не удивительная удача, что вы оказались здесь в нужный момент, чтобы опознать беглого преступника? А почему вы вообще были здесь? Разве вы не должны были быть в Италии?»

Ремус спокойно встретился с ней взглядом: «Я вернулся забрать у профессора Снейпа зелье, которое срочно мне нужно. Я знал, что сейчас у него урок, и решил зайти и дать ему знать, что я здесь».

Бонс скептически поджала губы: «О, правда? Профессор Снейп не похож на человека, который потерпит, чтобы его занятие прерывали. Что за зелье было вам нужно так срочно, что он дал вам добро на подобное вторжение?»