Новый дом для Гарри
Шрифт:
«О», - Гарри смотрел на слово, в то время как Снейп погрузился в приятные фантазии о возможной реакции Волдеморта, когда его назовут «Волан-на-Тортом». Может быть, Снейпу удастся придумать заклинание, которое заставит всех произносить «Волдеморт» только таким образом?
«Да, наверное, так лучше. А то тетя Петуния все время заставляла меня делать торты к ее собраниям клуба. Я еще думал, зачем злому волшебнику так себя называть? «Волдеморт» звучит чуть-чуть страшнее».
«Не произносите это имя в моем присутствии, - рявкнул Снейп, рефлекторно схватившись за левое предплечье. Только тогда он заметил злорадное презрение в голосе Гарри.
Очевидно, для одиннадцатилетнего мальчика «Волдеморт» был таким же причудливым выбором. – Называйте его Сами-знаете-кто».
Гарри наморщил нос. «Ну, это совсем глупо, - заспорил он. – Так говорят только девчонки. А давайте придумаем ему клевое прозвище, раз уж его по имени называть нельзя?»
Снейп удивленно моргнул. Способность одиннадцатилетних детей зацикливаться на самых незначительных и нелепых вопросах, никогда не перестанет его поражать. Неужели Гарри вообразил, что при выборе имени главной целью Темного лорда было угодить школьникам младших классов?
Мальчишки и девчонки! Кафе-мороженое Флориана Фортескью представляет конкурс «Назови Темного лорда»! Придумай самый Злой и Страшный титул! Первый приз – столик рядом с троном Темного лорда! Второй приз – бесплатный банана-сплит тролльского размера! От каждого принимается только одно предложение: жуликов ждет Круцио.
«В смысле, «Дарт Вейдер» - вот это хорошее имя для плохого парня. Даже «Скелетор» и то…»
«Достаточно, Поттер. Я очень сомневаюсь, что Темного лорда будет волновать, одобряете вы его имя или нет».
«Нет, ну просто интересно, это его настоящее имя, или это он хотел закосить под крутого? – не унимался Гарри. – В моем старом классе была одна девочка. По-настоящему ее звали Джанис, но в девять лет она решила, что хочет быть Анжеликой. На настоящее имя она даже откликаться перестала. И он такой же? В смысле, этот плохой волшебник? Выдумал себе новое имя?»
Снейп не верил своим ушам. После всех откровений, которые свалились на мальчика этим утром, паршивца больше всего волнует вкус Темного лорда по части имен. «Нет. Он урожденный Том Марволо Риддл. Он принял титул, - Снейп постучал пальцем по пергаменту, - в попытке дистанцироваться от далеко не идеального происхождения».
«Значит, у него тоже было паршивое детство? – спросил Гарри. – В старой школе как-то говорили, что у многих преступников было паршивое детство. Или они совсем спятили, потому что им не давали нужных лекарств. А ему давали лекарства?»
Невинный вопрос снова заставил Снейпа бороться с недостойным желанием захихикать. Идея о том, что деятельность Темного лорда объясняется нехваткой – как там их называют магглы? – «психоактивных препаратов» была крайне соблазнительной. Возможно, нужно было тайком добавлять в тыквенный сок Волдеморта парочку зелий, и тогда бы он сейчас вносил ценный вклад в общество, работая в Министерстве бок о бок с Артуром Уизли?
«Нет, - ухитрился он сказать почти спокойным тоном. – Темный лорд не был невинной жертвой психической болезни, и каким бы ужасным ни было его детство, оно не может служить ему оправданием. Он жестокий человек, который желал править миром, избавляясь от неугодных и терроризируя мирное население своей диктатурой. Он исповедовал ложную философию ненависти, согласно которой происхождение делает одних людей ниже других. Он презирал магглов и всех, кто с ними связан».
«Если он был таким плохим парнем, то зачем кто-то его поддерживал?»
Снейп едва не вздрогнул. Вопросы все больше задевали за живое. «Он был очень могущественным волшебником. Одно это привлекло многих – они хотели приблизиться к тому, кто обладает подобной магической силой… Некоторых людей опьянила идея власти, особенно тех, кому надоело чувствовать бессилие, - Гарри нахмурился, но кивнул. – Других его сила не обольщала, но заставляла бояться и потому искать с ним союза. Были и такие, кому пришлась по вкусу его философия, ведь она позволяла им чувствовать свое превосходство над другими людьми, особенно если их личные достижения и способности были куда ниже, чем у тех, кого они считали недочеловеками. А многие – возможно, большинство – волшебников и ведьм были слишком равнодушны и считали, что за них должны сражаться другие».
«Как сражались мои мама и папа?» - тихо спросил Гарри.
Снейп почувствовал тяжесть в груди: «Да».
«Они сражались с ним, а он убил их, потому что какая-то ведьма сказала про ребенка, и он решил, что это я?»
«Да. Было пророчество, что родится ребенок, который сможет победить его. Темный лорд пытался найти и уничтожить младенца. Вы были признаны одним из возможных кандидатов, и ваши родители начали скрываться. Однако их предали, и Темный лорд нашел вас».
Глаза Гарри блестели от слез. «И он убил их и пытался убить меня, но вместо этого я убил его и получил этот шрам, - закончил он. – Гермиона показывала мне про это книгу».
Снейп ненавидел себя за то, что собирался сказать, но он также понимал, что в долгосрочной перспективе мальчику нужно знать, что его ждет. «Нет доказательств, что вы убили Темного лорда, Поттер, - сказал он как можно бесстрастнее. – Вы заставили его исчезнуть, это очевидно, но вполне возможно, что он просто… временно отсутствует».
Глаза Гарри стали круглыми от удивления: «Вы хотите сказать, что он может вернуться?»
«Вполне возможно. Некоторые из его сторонников верят в его возвращение, и они продолжают хранить ему верность».
«Но в книге написано, что война закончена!»
«Многое из того, что написано в книгах, не соответствует действительности».
«Только Гермионе этого не говорите!
– воскликнул Гарри. По его лицу пробежала тень. – Значит, какие-то люди до сих пор поддерживают его? Наверное, они меня недолюбливают».
«Совершенно верно. Именно поэтому вы должны учиться как можно усерднее – вам придется защищать не только себя, но и тех, кто вам дорог», - быстро добавил он, вспомнив, как недоразвито чувство самосохранения у Гарри.
«Поэтому те мальчики напали на меня?»
Снейп кивнул: «Они считали, что вы в ответе за несчастья их семей, хотя в действительности их родственники сами накликали на себя беду, совершив преступления».
«А в школе есть другие дети, которым я не нравлюсь из-за того, что случилось с Волан-на-Тортом?» - предположение настолько взволновало Гарри, что он не заметил, что опять употребил неправильное имя.
Снейп тоже решил не обращать на это внимания. Если Гарри повторит такую оговорку публично, то окружающие сочтут это гриффиндорской бравадой – не самый плохой вариант. Если Темный лорд действительно вернется и узнает, что его называют сладкой выпечкой, то от гнева у него может сбиться прицел Непростительных заклинаний.