Чтение онлайн

Так как от мощей святого постоянно совершались чудеса, господарь собрал Поместный Собор, на котором установили праздновать память святого одиннадцатого августа, в день его кончины, и составили службу святому. После этого богобоязненный Неанг повелел отлить дорогую золотую раку инкрустированную драгоценными камнями и украшенную эмалью, на крышке которой поместили изображение святого, а рядом с ним, по повелению господаря, коленопреклоненным Неанга, а в раку положили мощи святого. В Валахии Неанг оставил только святую главу и руку Нифона, и, с согласия отцов, дал им в обмен всечестную главу Предтечи и Крестителя Господня Иоанна, в золотом ларце, украшенном драгоценными камнями, которую и отослал в монастырь Дионисиат вместе с мощами святого Нифона. Господарь оказал также отцам монастыря и большую материальную помощь, воздвигнув множество построек в обители, где его непрестанно поминают как ктитора. Святую же главу и руку божественного Нифона присноблаженный Неанг при жизни всегда ради освящения и отвращения всякого врага держал при себе, куда бы ни ходил. После его кончины святыню пожертвовали в изумительный по красоте Артзесский монастырь, который построил сам господарь, и где они и теперь пребывают, во славу Отца и Сына и Святаго Духа. Аминь.

Сей божественный Нектарий был родом из местности, ныне называемой Бетолия. Родители его были людьми праведными и благочестивыми. Однажды мать преподобного, находясь на гумне, заснула и увидела во сне Пречистую Богородицу, Которая повелела ей взять мужа и детей и как можно скорее уйти из той страны и укрыться где–нибудь, ибо агаряне хотят напасть на их местность и обратить жителей в рабство. Проснувшись, она тотчас же прибежала домой, рассказала мужу об увиденном во сне и, взяв детей, они ушли, укрывшись, как им показалось, надежно. И действительно, вскоре варвары разграбили их страну и близлежащие области. Спустя некоторое время родители божественного Нектария вышли из укрытия, сохраненные невредимыми покровом и заступничеством Богородицы, Которую они благодарили от всей души, одновременно скорбя и радуясь. Скорбели они из–за нашествия варваров и похищения христиан, что было попущено жителям за грехи их, а радовались из–за необычайного спасения, которого сподобились предстательством Богородицы.

По соглашению с женой, отец преподобного Нектария, будучи уже в преклонном возрасте, взяв с собой Нектария и второго сына, оставил мир и все что в мире, и пришел в монастырь Святых бессребреников Космы и Дамиана, который был расположен у подножия горы. В монашестве он был назван Пахомием. Он начал там безмолвствовать молясь Богу, внимая себе и воспитывая сыновей в страхе и наставлении Господнем, как заповедует божественный Павел (см. Еф.6: 4).

Вот так и жил в монастыре Пахомий, а Бог сотворил во дни его пребывания там такое чудо. У христиан, что жили вблизи монастыря, был обычай отдавать часть плодов, собранных на земле, по усмотрению каждого, в монастырь на содержание монахов, в нем находившихся, чтобы они каждый год могли совершать память святых бессребреников Космы и Дамиана. Когда настал день их памяти, то иноки и христиане ближних селений после службы торжественно отмечали этот праздник, как вдруг у них закончилось вино. Старец Пахомий возжег свечу и вместе с детьми пошел мыть сосуд. Когда же он хотел взять в руки сосуд, то обнаружил, — о чудо! — что он полон благоуханного вина. С радостью и удивлением старец прославил Бога, прославлявшего святых бессребреников, и ради них совершившего такое чудо.

Николай же, сын старца Пахомия, который потом был назван Нектарием, и о котором ныне будет идти речь, с самого детства будучи разумным и просвещенным от Бога, увидев произошедшее чудо и вспомнив о сне, который видела его мать (о спасении от варваров предстательством Богородицы), был уязвлен в сердце любовью к Богу и жаждал насладиться желанным Христом. Он с горячим чувством хотел посвятить себя Богу, а «ищущий находит», как говорит Господь в Евангелии (Мф.7: 8). Забыв обо всем плотском, он пошел на Святую Гору, где и познакомился с весьма добродетельным старцем по имени Дионисий, которого все звали Иагарис. Будучи сыном сенатора и первого архонта Константинополя, Дионисий всей душой возлюбил Господа нашего Иисуса Христа. Он оставил богатство, славу, знатность рода и все, что земной человек почитает за счастье, облекся в убогие и нищенские монашеские одежды и пошел в послушание к старцу Филофею, простецу словом, но весьма искусному в добродетели, и старец повел его по пути добродетели.

К сему–то дивному Дионисию Иагарису и прилепился Николай, горячо прося позволить ему остаться. Что же сделал дивный Дионисий, сострадательнейшая и человеколюбивая душа, неужели он отверг Николая за его невежество или с презрением отнесся к нему из–за его нищеты? Нет, но, сжалившись над ним, старец приклонился на его просьбу и, приведя к своему духовному отцу, старцу Филофею, представил Николая. Украшенный даром прозорливости и предвидения будущего по Промыслу Божию, сотворив молитву, Филофей радушно приветствовал юношу, назвав его по имени:

— Ты, чадо Николай, сын Пахомия, хочешь жить с нами?

— Откуда ты знаешь меня, честный отче?

— Бог, Отец наш, Который послал тебя к нам, Он открыл мне о тебе.

Услышав это, Николай пришел в умиление и с большим благоговением и готовностью пошел в послушание старцу.

Вскоре старец облек его в монашеские одежды и с пострижением волос Николай отсек все мирские помышления. Сняв с себя мирские одежды, он снял вместе с ними и «одежды кожаные» (Быт. 3: 21), полученные нами в результате преслушания, и стал монахом Нектарием. Но преподобный не остановился на этом, как поступают сегодня большинство монахов, которые думают, что монашество заключается только в том, чтобы надеть схиму и черные одежды и не заботятся о добродетелях, которые должные творить монахи. Не задумываются они и о том, что, надевая ангельскую монашескую схиму, необходимо соблюдать каноны и строгость монашеской жизни, подражая жизни Ангелов. Но не так поступил божественный Нектарий. Приняв ангельскую схиму, он тотчас же всеми силами стал подвизаться в исполнении монашеских дел, подражая ангельскому жительству, подчиняя плоть духу послушанием, отсечением воли, смирением, постом, непрестанной молитвой, бдением и всеми прочими добродетелями, подобающими монахам.

Однако завистливый диавол не мог этого вынести; наблюдая, как Нектарий преуспевает в добродетелях, он стал воевать на него помыслами. Он постарался лишить его общения с таким добродетельным старцем, чтобы потом, как юного и лишенного помощи старца, ввергнуть в сети греха. Знал скверный, что пока юноша пребывает со старцем, он не сможет его уловить, потому что тот опирается на молитвы и отеческие наставления старца. Но бес все же не смог уловить Нектария этой мысленной бранью, потому что Бог хранил юношу. И что же тогда придумал всезлобный? Он разжег сердце собрата и послушника того же старца завистью, и настроил его против Нектария настолько, что уже в открытую кричал:«Либо прогоните Нектария, либо один из двух должен быть убит». Услышав это, старец вместе с Дионисием Иагарисом сильно испугались и стали убеждать его словами из Священного Писания и творений святых отцов, чтобы он прекратил зависть и злобу против Нектария. Иногда они успокаивали страсть гнева мирными и кроткими словами, иногда устрашали послушника неугасимым огнем мучения, которому подвергнуться завистливые и братоненавистники, но ничего не добились и попросили Нектария на некоторое время удалиться из их общины, надеясь, что это приведет в чувство завистливого брата. Благословив Нектария, старцы отослали его к тогдашнему проту Святой Горы Даниилу, у которого он должен был провести некоторое время, пока Господь все устроит. Так божественный Нектарий пришел к проту и был принят с радостью, ибо был добродетельным и имел опыт монашеской жизни. Прот очень полюбил его и продолжил учить правилам монашеского жития.

В то время, когда Нектарий находился у прота, преставился Филофей, который был уже глубоким стариком, и отошел к Желанному Господу. Дивный же Дионисий Иагирис, не в силах выносить братоненавистничества того брата, захотел жить вместе с Нектарием. Он пригласил его еще и потому, что они оба были чадами одного и того же духовного отца и старца. И подвизались они вместе в течение долгого времени, как мы уже говорили ранее. Найдя небольшой монастырь, который был освящен в честь Небесных Сил бесплотных или Кофу, они получили разрешение от прота Святой Горы Даниила поселиться там. Подвижники стали жить в этом монастыре, угождая Богу, добывая хлеб рукоделием и по силе помогая всем нуждающимся. А тот братоненавистник, оставшись нераскаянным, как сумасшедший скитался по Святой Горе, а потом вышел в мир. Там он проводил жизнь распущенную и невоздержную и закончил ее тем, что изверг свою душу на дороге, не имея ни дома, ни крыши над головой, и даже без последней молитвы, которую читают над всеми христианами.

Видите, братья, каким злом является ненависть и преслушание? Ненависть и зависть ослепляют око душевное, то есть ум того, кто одержим ими. Преслушание отлучает человека от рабов и друзей Божиих, лишает его их помощи и защиты, и как слепого ввергает в глубину погибельную. Возненавидим преслушание и ненависть всеми силами, если кто из нас не хочет разлучаться от славы Божией. Полюбим послушание и любовь к братьям нашим, чтобы через них смогли мы насладиться Царствием Божиим. Об этом все.

Блаженный Дионисий Иагарис, прожив достохвальную и преподобническую жизнь во всех добродетелях и особенно в смиренномудрии, в глубокой старости отошел к Желанному Богу. Божественный Нектарий с благоговением и почестями похоронил его останки. С той поры он пребывал в глубокой печали, ибо не имел более общения с присноблаженным Дионисием, и жалел, что сам не отошел к Желанному Христу вместе с дивным Филофеем и блаженным Дионисием, и, находясь на земле, лишен возможности наслаждаться общением с ними. Нектарий, по апостолу, «забывая заднее и простираясь вперед» (Флп.3:13), не считал совершенными собственные подвиги и добродетели, но старался добиться большего. Подвижник постоянно восходил от силы в силу, прибавляя желание к желанию и подвиги к подвигам. Потому, видя его намерения, Бог не презрел преподобного, но желая дать ему больший венец на Небесах, попустил впасть во многие страшные телесные болезни, которые блаженный переносил с крайним великодушием и благодарением. Прожив жизнь поистине преподобническую и достойную святых, он сподобился мирной и богоугодной кончины, предав в руки Божий блаженную свою душу в 1500 году от Рождества Христова в пятый день декабря месяца, и был сопричислен на Небесах с любимым им преподобным отцом Филофеем и Дионисием. Ученики похоронили его со всяческим благоговением, а через четыре года были обретены его святые мощи, от которых исходило неизреченное благоухание. В северной части храма в прекрасную гробницу с благоговением и почестями положили его всечестные мощи. Святой его лик был изображен на иконе, которую поместили над мощами. Многие, приходившие сюда с благоговением, ощущали духовное благоухание от святых мощей, и получали освящение души и тела, во славу Христа и Господа нашего и в доказательство богоугодной жизни преподобного Нектария, молитвами которого и мы да сподобимся Царствия Небесного. Аминь.

Эти святые новомученики родились в Египте, родители их были христианами и дали им хорошее воспитание. Гавриил и Кирмидол были замучены у себя на родине во времена султана Сулеймана, сына Османа. Вот как это случилось.

В те дни правителем Египта был некий эмир Хаер Мек. К нему пришли нечестивые и оклеветали святых мучеников, сообщив:«Здесь есть двое христианских юношей, мало того, что они иноверцы, так еще делают нам много плохого; поскольку дома их находятся рядом с мечетью, они швыряют в нее мусор, выливают грязную воду и другие нечистоты. Никто из нас не может сделать им замечания, потому что они секретари больших начальников. Они поступают подобным образом каждый день и мы, не в силах перенести этот позор, пришли к тебе с жалобой, а ты делай, как тебе угодно». Эти скверные и нечестивые говорили так из зависти, потому что юноши были знатны родом, преуспели во многих делах и были достойными секретарями. Они были способными от природы, хорошо образованы, и воспитаны родителями в Добрых нравах, поэтому им и позавидовали, оклеветав перед страшным правителем.

Услышав жалобу, эмир сразу же послал воинов, которые арестовали юношей и привели к нему. Увидев, насколько юноши красивы и молоды, эмир начал льстить им кроткими словами и расспрашивать о вере. Юноши свободно и с большим дерзновением рассказали ему, что они христиане и веруют в Господа нашего Иисуса Христа. Обнаружив, что они не поддаются на уговоры сменить веру, эмир приказал воинам отвести их к судьям. Потащив их, как злодеев, жестоко оскорбляя и бесчеловечно избивая, воины привели их к судьям. Те снова спросили их о вере, и они без страха, с веселыми лицами, твердо отвечали им то же самое, что и эмиру Агаряне, которые собрались на суд в великом множестве, ибо хотели узнать исход дела, услышав их речи, разгневались и все как один закричали, чтобы мученики отреклись от веры во Христа и приняли мусульманство. Но юноши с великим бесстрашием отвечали:«Мы приняли нашу христианскую веру от предков, и не отречемся от нее, но останемся с ней до конца. Вашу же веру мы презираем и гнушаемся ей, ибо она ложная и суетная». Услышав это, судьи разгневались и сказали:«Если вы сделаете то, что вам прикажут, тогда избежите многих мук и спасете свою жизнь, вас же почтят великими почестями и славой. Если же не примите нашу веру, вас предадут мучительной смерти». Во время этого судилища, когда судьи разговаривали, пришла мать святого Кирмидола, чтобы увидеть и утешить своего сына, который подвергался такой опасности, но как только агаряне увидели ее, они набросились на нее, подобно диким зверям, жестоко избили, порвали одежды и выгнали из судилища.