Новый год в глуши, или Будешь моей мамой?
Шрифт:
– Я слишком хорошо всё помню. Тебя, и то, как ты защитил меня от мальчишек, которые хотели забросить в воду, а потом научил плавать, чтобы я перестала бояться подходить к рекам и озерам. Всё это невозможно было забыть. Я хранила твой кулон в память о нашей детской дружбе и искренности. Если ты злился на меня, считая, что я забыла, то это не так. Я помнила, но обещание жениться на мне не считала чем-то серьёзным. Мы были ещё детьми. Тогда я не рассматривала тебя на роль своего будущего мужа. Я ждала нашей встречи, конечно, думала, что однажды ты действительно отыщешь меня, но... не так как ты.
Лида опустила голову. Найдя в себе смелость, чтобы признаться, теперь она чувствовала странную пустоту, заполняющую душу.
– А как я, по-твоему, её ждал?
– Алёна сказала, что ты женишься только на девочке из прошлого, которой дал когда-то обещание. Ты из-за этого не женился на её матери? Считал ваши отношения ошибкой?
Максим глухо рассмеялся и сделал шаг назад, будто бы старался увеличить между ними дистанцию, словно не таких слов он ожидал услышать от девочки, которую так долго искал.
– Не считал, конечно. Да и как можно считать ошибкой отношения, которых не было вовсе?
– Но Алёнка ведь родилась... Она твоя дочь. Разве я не права?
– Права, конечно. Во всём права: Алёнка родилась, и она моя дочь. Однако... есть вещи, которые сложно объяснить, да и не думаю, что ты желаешь услышать эти объяснения. Мне приятно, что ты нашла в себе силы признаться. Как давно ты поняла?
Снег мелкой крупицей начал кружиться вокруг. Хотя на улице и было холодно, но внутреннее тепло согревало, опаляя и заставляя сердце биться чаще.
– Я не так много времени провела в вашем доме, чтобы говорить, что давно. Перед сном твоя бабушка всё-таки рассказала историю нашего с тобой знакомства. Глупо было бы не сложить два и два и не догадаться. А ты?
– Давно, - Максим улыбнулся. – Примерно год назад, может, немного меньше.
Лиде казалось, что её окатили кипячёной водой. В жар бросило так сильно, что щёки полыхали совсем не от мороза.
– Почему тогда не пришёл? Почему не сдержал своё обещание, если отыскал меня так давно?
– Успешная замужняя женщина вряд ли нуждалась в возвращении мальчика из прошлого, который всё это время фантазировал, как поведёт её под алтарь. Потому и не стал вмешиваться. Мне было достаточно просто знать, что я выполнил обещание и нашёл тебя, а ты счастлива. Не думал, что на самом деле мужа ты по итогу выбрала недостойного. Да и что бы изменилось, покажись я тогда? Вряд ли тебе было бы легко даже вот так просто говорить со мной, ведь ты была вечно занята, а ещё... хранила верность мужу. Я прав?
Конечно, он был прав. Тогда Лида не знала о похождениях Кирилла. Она была верной и преданной супругой. Да и теперь она всё ещё замужем. Ей следовало держать себя в руках. Пусть в отношениях поставлена точка, но... не могла она просто взять и наброситься на шею Максима. Детство осталось далеко позади, а они выросли и изменились. Лида почти ничего не знала о мальчишке, которого частенько вспоминала, кулон которого не снимала с груди. Не знала, что он представлял из себя в настоящем, через что проходил все эти годы.
– Когда увидел тебя в машине без сознания, у меня всё перевернулось в душе. Я не знал, жива ли ты ещё, корил себя за то, что не появился раньше и не смог уберечь. Удалось выдохнуть с облегчением, когда понял, что ты просто потеряла сознание от ушиба. А потом... когда услышал твой голос, то внутри начали бороться самые разные чувства. Мне хотелось сказать тебе правду сразу, но я не знал, уместно ли это будет. Потом выяснил, каким гадом оказался твой муж, но даже тогда мне было сложно сказать правду. Да и ты смотрела на меня так, словно обо всём догадалась, но не хотела, чтобы всё раскрылось. Пришлось притвориться.
– Как я могла этого не хотеть? Пусть я и ждала тебя, как друга, но всё-таки ждала... Я просто боялась, что если заговорю, то меня выкинут на улицу. Это было глупо, конечно. Ваша семья не такая, и всё-таки я позволила панике одержать верх. Рада, что мы сумели всё выяснить. Теперь мне стало легче на душе.
Максим смотрел на Лиду с улыбкой. От его отстранённости и холодности не осталось и следа. Совсем как раньше, когда они могли без стеснения говорить друг с другом обо всём, и даже насладиться тишиной вместе.
– Раз мы всё выяснили, я пойду в дом, - произнесла Лида, почувствовав нарастающую между ней и мужчиной неловкость.
– Да, конечно. Надеюсь, ты не обижаешься, что я не пришёл к тебе раньше? Я не хотел вмешиваться в твою семейную жизнь и портить что-то. Да и, наверное, это было эгоистично, но тогда мне тяжело было принять тот факт, что ты замужем за другим мужчиной. Со временем я понял, что детство неотвратимо осталось позади, а ты имела право на личную жизнь. В конце концов, это я давал обещания, а не ты.
– Не обижаюсь, конечно. Ты был в праве так поступить.
Максим сделал шаг назад, чтобы пропустить Лиду к дому, но поскользнулся на льду и потерял равновесие. Пытаясь схватить его и помочь удержаться, Лида вцепилась в руку мужчины, но тот оказался куда тяжелее неё самой. Максим рухнул в сугроб, а Лида прямо на него. Испуганно глядя друг другу в глаза, они замерли, будто бы время остановилась. Слишком опасная близость, неправильная и неуместная, но было в ней что-то уютное. Казалось, что именно в его объятиях Лида и нуждалась всё это время. Рядом с Максимом она чувствовала, как все тревоги развеиваются и отпускают, улетая прочь.
– Прости. Ты не ушиблась? – первым нарушил тишину голоса Максима.
– Нет. Это ты прости. Не только удержать не смогла, так ещё и сверху упала. Это нужно уметь так делать, - тихонечко посмеялась Лида.
– Всё хорошо. Ты лёгкая.
Лида встала, протянула руку Максиму и помогла встать. Они с улыбкой смотрели друг на друга. Раскрасневшиеся и счастливые. Разговор по душам способен творить чудеса.
Вернувшись в дом, Лида поспешила к Алёнке. Ей следовало выполнить своё обещание и позаниматься с девочкой, пусть время от времени появлялось желание поговорить с Максимом ещё немного, узнать, как и чем он жил всё это время. Клавдия Михайловна загадочно улыбалась, войдя в комнату, где Лида и Алёнка вырезали снежинки и разговаривали о зимних развлечениях. Женщина будто бы чувствовала что-то, но озвучивать свои мысли не спешила.