Чтение онлайн

– Однажды у меня были серьезные отношения. Я думал, что это навсегда. Я был в этом полностью уверен, – холодным тоном произносит он, и я уже жалею, что задала этот вопрос. – И девушка, которую я любил, отвечала мне взаимностью. А потом она обманула меня, выставила полным уродом, уехала, не сказав ни слова, и поменяла имя – лишь бы не иметь со мной больше ничего общего.

– Решила бы, что ты – о наших с тобой отношениях, только я тебя не обманывала, – отвечаю я обычным тоном, а лоб горит, – не думала, что эта тема все еще настолько острая для меня.

– А знаешь что… – он резко убирает руки. – Сеанс закончен. Оплата на кассе.

– Кир… – мученическим тоном пытаюсь вернуть разговор в прежнее русло. – Давай следующий вопрос. Какое у тебя хобби?

– Хватит!

Я дергаюсь от его громкого голоса.

Хлопает входная дверь. И память, такая странная, такая непредсказуемая, связывает этот звук, и печь в доме Кира, и белую простыню.

…Хлопает дверца камина.

Кир все еще сидит перед ним на корточках на полу, его темные волосы окутывает оранжевый отсвет.

Сейчас все произойдет.

Я не тороплю его, пусть лучше время замедлится, и этот вечер запомнится каждым мгновением: запахом сосны и свежего постельного белья, ледяными кончиками пальцев и горящими щеками; ожиданием, предвкушением, наслаждением.

Кир возвращается ко мне на кровать, пропускает мои волосы за ухом сквозь пальцы и целует меня губами, горячими от недавней близости огня.

Я сижу на краю кровати на белоснежном пышном одеяле. На мне тонкое трикотажное платье – очень хотелось красиво выглядеть в свой день рождения. На катке я замерзла так, что кожа под колготками, казалось, покрылась коркой льда, но сейчас мне горячо настолько, будто это я только что разжигала огонь.

Кир становится передо мной на колени, смотрит снизу вверх, словно я его королева. Взгляд темный, глубокий, завораживающий – невозможно оторваться.

Он касается подушечками пальцев моей шеи, и по коже во все стороны разбегаются мурашки. Кир чувствует это, гладит мои мурашки, наслаждается ими. Какое-то невозможное удовольствие. Настолько сильное, что голова идет кругом. Настолько яркое, что его хочется прервать, – иначе можно сойти с ума. Но я никогда, никогда его не остановлю.

– У тебя это в первый раз? – спрашивает Кир между поцелуями.

Чувствую, как мое платье медленно ползет по коленям вверх.

– Да…

Мне не страшно, но волнительно так, что перехватывает дыхание.

А потом был зимний рассвет… Я помню его запах. Выхожу на крыльцо охотничьего домика, надев сапоги на босые ноги и накинув свою куртку поверх футболки Кира. Поскрипывает пол дощатого крыльца.

Я чувствую себя спокойной и в то же время такой счастливой, что, кажется, мир на меня не воздействует – никакой холод не страшен – это я воздействую на мир.

Батарейка в телефоне давно села, но мне все равно.

Такое необычное ощущение, будто я способна на невероятные вещи, будто все в моей власти. Я могу изменить что угодно, но не хочу этого делать, потому что все идеально. И этот нежный рассвет идеален, он протекает сквозь сосновые стволы, придает голубоватому снегу розовый оттенок. И высокое бескрайнее небо с мягкими пушистыми облаками – идеально, и запутанные цепочки следов у крыльца.

– Нас подслушивали, – шепчет Кир мне на ухо и обнимает сзади, нежно, но я чувствую силу его рук и с наслаждением прикрываю глаза. Хочу запомнить каждое мгновение этого утра.

– Кто посмел? – Я улыбаюсь. Мне не стыдно, просто хочется слушать и слушать будоражащий шепот Кира.

– Синицы, вороны. Лиса. Вон, справа от крыльца ровная дорожка следов, похожих на собачьи. Только собака ходит зигзагом, а лиса – прямо. Это самка, у нее след мельче и шаг короче. Видишь?

– Ага, – вру я, не открывая глаз.

Кир, похоже, замечает это, усмехается, прикусывает мочку уха, и я ойкаю – мне не больно, но так чувственно, что по телу будто пробегает ток.

– Пойдем в дом, Звездочка, замерзнешь. – И по его тону я понимаю, какое будет продолжение.

Бзынь!

Морщусь и, разлепив один глаз, нашариваю на тумбочке мобильный. Шесть утра! Хорошо, что я не проспала. Плохо, что до звонка будильника еще целый час. Из-за недосыпания чувствую себя как космонавт в скафандре.

Бзынь!

Дергаюсь. Звук такой, будто стекло вот-вот треснет. Подбегаю к окну – и вижу у моего подъезда Кира, без шапки, припорошенного снегом. Это сколько камешков он уже запустил в мое окно? В руке он держит кирпич – делает вид, что замахивается. Я очень надеюсь, что это шутка.

Спохватываюсь – я же в одной комбинации! – и прикрываю себя занавеской. От этого улыбка Кира становится еще шире. Я бы и рада на него злиться, но больше рада, что не придется за ним бегать после вчерашнего массажа – сам пришел.

Он отбрасывает кирпич и жестом показывает, чтобы я открыла окно. Я растопыриваю пальцы и прикладываю к уху: звони. Он разводит руками, мол, не могу. Стиснув зубы, путаясь в занавеске, кое-как выполняю просьбу.

– У тебя три минуты на сборы, – кричит он, хотя можно было бы и наполовину тише.

– На какие сборы?

– Ты все еще хочешь должность консультанта?

Окно этажом ниже тоже открывается, и сосед объясняет, что он думает о таком раннем подъеме – в целом, наши мысли совпадают. Кир вступает с ним в перепалку, а я незаметно сбегаю. «Она лучший консультант по имиджу в вашем долбаном городе!» – слышу я голос Кира и улыбаюсь, хотя лучше бы он, конечно, молчал.

Не знаю, что задумал Кир, это может быть вообще что угодно. Я наскоро споласкиваю лицо, чищу зубы, пока приглаживаю волосы расческой. Надеваю первое, что попадается под руку – белое шерстяное платье с поясом, рыжие замшевые сапоги, пальто – хватаю сумку, закидываю туда мобильный и анкету и вылетаю на улицу.

Кира нет – от него осталось только вытоптанное в снегу место. Я задержалась на пару минут, и он ушел? Это еще одна дурацкая шутка? Машины его тоже нет.

Даже не знаю, что чувствую: обиду, злость, разочарование, облегчение. Наверное, все вместе.

Дверь моего подъезда с грохотом распахивается, и оттуда вылетает Кир.

– Значит так, – говорит он, запыхавшись. – Я тут тебе клиента подогнал…

Я уже ничему не удивляюсь. Кремень. Просто молчу и смотрю на него непроницаемым взглядом.