Чтение онлайн

— Да, уела, — фыркнул Гарри спустя некоторое время. — И как у тебя это получается?

— Что именно? — Да, Гермиона сегодня была сама скромность…

— Постоянно обыгрывать меня. Обставлять. На моей же территории, следуя моим правилам, каждый раз оставлять за собой последнее слово. — Девушка с изумлением и удовлетворением услышала в голосе профессора нотки уважения и одобрения.

— Ммм… Это как-то само получается, — неопределённо проговорила Гермиона. — Да и при том… Кто сказал, что мы следуем ТВОИМ правилам, а, Гарри? — Челюсть Поттера вновь была готова отпасть от такого заявления, но он, стараясь удержать последние крохи авторитета, удержал её в прикрытом состоянии. Но это ему помогло не сильно — удивление, смешанное с весельем всё-таки проскользнуло на его лице.

— Гермиона, я сегодня понял одну простую, но очень глубокую и важную истину.

— Я вся во внимании, — небрежно бросила девушка, не обращая внимания на весь пафос тона профессора. Тот, обречённо вздохнув, продолжил:

— Она, истина, заключается в том, что Гермиона Грейнджер — это не просто ценный мощный мозг, приятная внешность и незаурядное мировосприятие. Гермиона Грейнджер — это ещё и очень добрый, отзывчивый, понимающий, скромный и весёлый друг. — «Да, я такая! Надеюсь, в твоих словах не было иронии? А то…» Гарри весело махнул рукой. — Нет, никакой иронии. Всё это совершенная правда.

— Гарри, скажи мне пожалуйста, ты что, поставил себе задачу излить на меня все комплименты, которые знаешь?

— Конечно, поставил, — серьёзно кивнул парень, не собираясь отрицать очевидное. — Комплименты, тем более правдивые — разве не это хочет слышать девушка в такой праздник, как День рождения? Семнадцать, в конце концов, на каждый день исполняется!

— И ты как всегда прав, — улыбнулась Гермиона. Она уже хотела что-то добавить, как вдруг ёе прервал странный звук. Неясный грохот, смешанный с тихим шипением, исходил со стороны камина. Девушка немного приподнялась, а профессор Поттер уже стоял рядом с камином. Спустя мгновение огонь окрасился в ядовито-зелёный оттенок, и из камина послышался голос профессора Снейпа:

— Добрый вечер, Гарри, — поприветствовал Поттера зельевар.

— И тебе не хворать, — кивнул профессор. Гермиона увидела, как на секунду скривилось лицо Снейпа, но учитель зельеварения продолжил:

— Директор Дамблдор собирает Орд… — начел было зельевар, но осёкся, заметив в кабинете Поттера неучтённую персону. Обведя комнату пристальным взглядом, он, искривив губы в противной усмешке, остановил взгляд на гриффиндорке. — Здравствуйте, мисс Грейнджер.

— Здравствуйте, — ответила девушка, старательно пытаясь не покраснеть. «Боже, что же он подумает?» — паниковала Гермиона.

— Ты что-то хотел, Северус? — напомнил Гарри, переводя внимание Снейпа на себя. Гриффиндорка была ему за это крайне благодарна. Зельевар, бросив последний ехидный взгляд на девушку, обратился к Поттеру:

— Если вкратце, то директор собирает «знаешь кого знаешь где знаешь зачем». Через час, — добавил он и голова Снейпа исчезла во вспышке зелёного пламени. Гарри повернулся к Гермионе и извиняющимся тоном сказал:

— Гермиона, прости, но мне скоро нужно будет уходить.

— Не оправдывайся, я понимаю, дела, — сказала девушка, думая: «Что такое это странное „Орд…“? Орд… хм… Наверно, это первые буквы какого-то слова… Но какого? — Гермиона вдруг почувствовала острое раздражение. — Вот Снейп всё-таки гад! Нельзя было договорить!»

— В таком случае… Давай я проведу тебя до гостиной? — предложил Гарри. Девушка тут же забыла все обиды по отношению к зельевару.

— Ну, если ты не сильно занят, то я не против, — согласилась Гермиона. Профессор облегчённо улыбнулся:

— Так ты на меня не сердишься?

— Гарри, почему я должна на тебя злиться? Ты устроил мне праздник, подарил подарок, о котором я даже и не мечтала, наконец, ты просто поздравил меня, что само по себе замечательно. Если бы я обиделась на тебя или стала сердиться, это выглядело бы, по крайней мере, некрасиво. Так что я не сержусь на тебя. Я, наоборот, очень тебе благодарна. — Девушка помолчала. Затем неуверенно продолжила: — Знаешь, может, это будет звучать как-то ординарно, но этот День рождения — самый лучший в моей жизни. Спасибо.

— Гермиона, можешь меня не благодарить. Ты своим обществом доставила мне не меньшее удовольствие, — немного смущённо признался профессор. Гриффиндорка радостно улыбнулась. — Ладно, — Гарри посмотрел на часы, — у нас ещё много времени, так что, если хочешь, можем ещё посидеть тут.

— Нет, давай лучше ты проводишь меня. А то я что-то начинаю засыпать. — Гермиона ухмыльнулась. — Ещё минут десять, и тебе придётся нести меня в башню Гриффиндора на руках.

— А что, довольно романтично. — Поттер сделал вид, что всерьёз рассматривает данную перспективу. Девушка хихикнула.

— Нет уж, если я усну, оставь лучше меня здесь, — попросила она. — А то вдруг ты будешь меня нести и уронишь. Тебе-то ничего, а мне — травма, как физическая, так и душевная.

— А душевная от чего? — не понял профессор. Девушка лукаво улыбнулась.

— От разочарования в идеальности Гарри Поттера, — рассмеявшись, сказала Гермиона. Гарри тоже улыбнулся. — Ладно, я сейчас, — посмеиваясь, проговорила девушка, с трудом вставая со стула. Да, чрезмерное питание — бич современного общества! Подойдя к дивану, Гермиона взяла сумочку. Перекинув её через плечо, девушка вдруг заметила маленький подарок, о котором успела забыть. Взяв в руки коробочку, она позвала парня: — Гарри!

— Да? — отозвался профессор.

— А второй подарок — это что? — Гарри хлопнул себя по лбу.

— Забыл! — Поттер подошёл к девушке. — Этот подарок, может, и не имеет столь большого практического значения, как книги и Бездонная сумка, но, думаю, он тебе понравится. Открывай! — Гермиона послушно потянула за ленточку, развязывая узел. Под зелёной упаковочной бумагой оказалась небольшая чёрная коробочка. Открыв её, девушка потеряла дар речи от изумления: в коробочке лежал удивительной красоты медальон. Золотой, с изумительной тонкости и изящества плетения цепочкой, он был укрощен странными красивыми узорами, сливающимися в центре в большую букву «Г». Гермиона потрясённо достала украшение из коробочки — та с негромким стуком упала на пол — и подняла взгляд, полный неописуемого восторга на профессора.

— Гарри… это… он прекрасен…

— Я рад, что тебе понравилось, — слегка покраснев, улыбнулся парень. — Он… э-э… Медальон открывается, там есть места для фотографий, и я подумал… — Гарри замолчал, окончательно смутившись. Гермиона открыла медальон. С двух его половинок на девушку смотрели двое: на одной стороне, улыбаясь и махая рукой, она сама, с другой — Гарри, так же мило улыбаясь. Гермиона помнила — неделю назад профессор попросил Колина Криви сфотографировать их. Тогда девушка удивилась, зачем, но теперь всё стало понятно. — Если хочешь, ты можешь поменять фотографии, — быстро сказал Гарри. Гермиона покачала головой, пытаясь сдержать рвущиеся наружу слёзы:

— Нет, я оставлю. Мне нравится. — Два слова. Всего два слова, но этими двумя словами было выражено всё, что творилось в душе девушки. Гарри помог Гермионе одеть украшение. Посмотрев на себя в зеркало, девушка улыбнулась — медальон смотрелся на удивление красиво. Да и Гермиона не ощущала себя простой подставкой под украшение. «Я всё-таки не такая уж и уродина», — заметила гриффиндорка, поправляя локон за ухо локон волос. — Пошли.

— Пошли, — согласился профессор, и они двинулись в гриффиндорскую гостиную.