Чтение онлайн

Пропустив спускающихся учеников, она двинулась дальше. Свернув за угол, Гермиона буквально налетела на профессора.

— Эй, осторожно! — воскликнул Поттер, хватая её за руку и не давая упасть. Твёрдо поставив девушку на ноги, профессор приветливо улыбнулся. — Привет, какими судьбами у нас в такое время?

— Ты что, не хочешь меня видеть? — обижено спросила Гермиона, грустными глазами смотря на друга. Она добилась своего — Гарри почувствовал себя неуютно.

— Нет, я всегда рад тебя видеть. Просто странно увидеть тебя здесь в это время. Раньше ты меня никогда не баловала излишним вниманием.

— Ну, должна же я когда-нибудь начинать, — улыбнулась Гермиона. — Может, пойдём к тебе в кабинет?

— Гермиона, ну ты вообще уже, — поражённо протянул Поттер, обнимая девушку рукой за плечи. — А вдруг я очень-очень голоден, а ты мне не даёшь нормально пообедать?

— Но ты же потерпишь ради меня, да? — Гермиона невинно заблымала ресницами. Это стало последней каплей — оба рассмеялись.

— Ладно, пошли, — посмеиваясь, согласился Гарри. — Попрошу эльфов что-нибудь сварганить. Не оставаться же нам голодными!

— Верно думаете, профессор Поттер! — с серьёзным выражением лица кивнула Гермиона. Парень усмехнулся.

— Тем и живём, мисс Грейнджер, тем и живём…

— А почему ты меня не спрашиваешь о том, что произошло утром? — спросила Гермиона Гарри, когда они, пообедав «чем домовик послал», расположились на диване. Девушка даже почувствовала нечто сродни обиде — она старалась, указывала Долгопупсу на его место, а ему всё равно! Безобразие!

— Ну… — замялся профессор, опустив взгляд. — Вообще-то, я уже всё знаю…

— Да? — Гермиона даже не потрудилась спрятать разочарование в голосе. «Пусть знает, как он меня огорчил! Я сама хотела всё рассказать!» — подумала она. — И откуда же?

— Я же легилимент, Гермиона, — виновато улыбнулся Гарри. — А подавляющее большинство учеников о такой дисциплине, как окклюменция, даже не слышали. — Гермиона осуждающе взглянула на друга.

— Гарри, ты понимаешь, что постоянно нарушаешь закон? — нахмурилась она. — И тебя могут наказать по всей строгости закона, если поймают на том, что ты лезешь студенту в голову.

— Могут, — согласился Поттер. — Конечно, могут. Но не будут.

— Почему это?

— Эх, Гермиона, Гермиона, — вздохнул Гарри, печальными глазами посмотрев на девушку. На несколько секунд комната погрузилась в молчание, а потом он спросил: — Ты ведь помнишь твой разговор со старым пер… директором Дамблдором?

— Помню, — улыбнувшись оговорке, кивнула девушка. — Помню, как этом многоуважаемый человек сделал попытку пошебуршать в моём сером веществе. — Гарри криво ухмыльнулся. — Но я ему этого не позволила! — гордо заявила Гермиона, делая грудь колесом. — Я целых пятнадцать секунд держала перед его натиском блок! Кстати, спасибо, — поблагодарила она профессора, словно бы то, что он остановил Дамблдора, было не самой большой заслугой. Так, средненько, ничего особенного.

— Да не за что. — Гарри непременно махнул рукой, если бы они не были подложены под голову — за время разговора профессор принял горизонтальное положение.

— Что ты ему такого сказал, что он, самый главный человек во всём Хогвартсе, пошёл на попятную? — Гермионе было крайне любопытно.

— Ну-у-у, — протянул Поттер, неопределённо мотнув головой. — Гермиона, прости, конечно, но я не могу тебе всё рассказать. Я тебе, конечно, доверяю и всё такое, но есть вещи, о которых я никому не могу рассказать.

— Даже мне? — расстроилась девушка.

— Даже тебе, — твёрдо сказал Гарри. — Да не расстраивайся ты так! — Парень приподнялся и, обняв Гермиону за плечи, тепло улыбнулся. Позаботившись о блоке, девушка подумала: «Если бы ты знал, Гарри, что я чувствую, когда ты меня так обнимаешь… Да за одну такую улыбку я готова не то что недомолвку, что угодно простить!» Поттер тем временем продолжил говорить: — Когда-нибудь, Гермиона, я тебе всё расскажу.

— Всё-всё? — улыбнулась девушка, стараясь сохранить спокойствие. Сделать это в такой близости от объекта воздыханий было крайне сложно. Но Гермиона, поборов приступ смущения, продолжала пристально смотреть в глаза Гарри.

— Конечно, всё. — Профессор вздохнул и, прекратив обнимать Гермиону, лёг обратно на своё место. Девушка попыталась задавить жгучее разочарование. Всё её нутро кричало: «Хочу ещё пообжиматься с Поттером, и точка!» Приложив титанические усилия над собой, Гермионе удалось добиться того, что на её лице не появилось никакой эмоции, способной указывать на её эмоциональное состояние. Знала бы она, что точно такие же чувства терзают её друга…

— Ты всё ещё не ответил на мой вопрос, Гарри, — усмехнулась Гермиона, с радостью заметив, что и тон её голоса остался таким же непринуждённым, как и раньше. — Почему тебя не накажут, даже если поймают за руку?.. Точнее, «за голову»? — хихикнула она.

— Да всё очень просто, радость моя, — сказал Гарри. «Он что, специально это сказал?», — пытаясь не расплыться в глупой улыбке от такого обращения подумала «радость». — Если бы всех учителей Хогвартса, кто хоть раз применял легилименцию на студентах, наказали, то в школе их практически не осталось бы!

— У нас так много легилиментов? — удивилась Гермиона. «Так, без блока по школе больше не хожу», — решила она.

— Да уж не мало, — кивнул Гарри и стал перечислять. — Директор Дамблдор. Владеет в совершенстве. Во время трапез в Большом зале практически постоянно торчит в мозгах членов Золотого трио… Если они у них имеются. Далее, наш дорогой Северус по фамилии Снейп. Чуть ли не лучше Дамблдора. Уверен, даже во сне держит пуленепробиваемую защиту на мысли. Так же не прочь пошнырять по чужим головам. Маневра МакГонагалл. Конечно, она не ас в этом деле, но все гриффиндорцы без исключения с лёгкостью ею читаемы. Кроме тебя, Гермиона. — Профессор одарил девушку одобрительной улыбкой. Гермиона почувствовала прилив гордости и признательности. — Питер Уайт. Легилимент он слабенький, но на то, чтобы знать мысли младшекурсников, вполне неплохой. Ну, и конечно, твой покорный слуга, профессор Гарри Джеймс Поттер. — Он изобразил что-то вроде поклона, что в его лежачем положении выглядело на редкость смешно. — Легилимент профессор Поттер очень, очень слабый. Единственное, на что хватает его скромных умений, так это залазить в незащищённые головки бедных семикурсников-гриффиндорцев и узнавать там нужные ему сведения.

— Понятно… — Гермиона попыталась осознать полученную информацию. — Значит, в Большом зале, на зельях и на трансфигурации лучше постоянно держать блок, — заключила она.

— И на Защите от Тёмных Искусств, — добавил свой предмет в «черный список» Поттер. На удивление девушки он ответил: — Мало ли, что этому профессору Поттеру в голову взбредёт. А вдруг он решит выведать все секреты ученицы, носящей фамилию Грейнджер? — шёпотом, словно их могли подслушать, сказал Гарри. — А нам этого не нужно.

— В таком случае, наедине с тобой тоже лучше держать блок? — улыбнулась Гермиона.

— Зачем это? Наедине я тебе не профессор, а просто Гарри. А этот «просто Гарри» не очень хорошо себя чувствует, когда читает мысли «просто Гермионы».

— Что, такие они мерзкие и противные? — изобразив брезгливость, спросила «просто Гермиона».

— Нет, что ты! Мысли Гермионы ни чуть не хуже, чем сама Гермиона. Они такие же прекрасные, умные, слегка сумбурные, но, в основном, строго упорядоченные. — Гермиона улыбнулась, скрывая смущение. — Просто мне кажется неправильным заглядывать в голову лучшей подруги без разрешения. У каждого ведь есть право на свою тайну, так ведь?