Чтение онлайн

Друг напряженно притих, а я испуганно уставилась на него. Теперь я поняла, почему никто лишний раз не хотел со мной говорить. Друзья боялись утечки информации. В сложившейся ситуации отсоединить меня от сети было правильным решением. Вот только я не забыла, как мне было паршиво после экзекуции в Антарктиде, и не хотела повторения.

— А это обязательно? Лекс, я не хочу… — осторожно произнесла я, все же надеясь, что друг передумает.

— Жень, так надо. Ты слишком… шумная. Грейс может узнать о наших планах через тебя. Понимаешь?

Я вздохнула и согласно кивнула. Лекс медленно подошел, я же резко вскинула руку, не давая ему исполнить задуманное. Мне важно было знать, что это не навсегда. Я не хотела снова оказаться в изоляции, поэтому, строго посмотрев на товарища, спросила:

— Но потом, когда все кончится, ты снова вернешь меня в сеть?

— А нужно?

— Конечно! Я хочу чувствовать дочь. Пока мне не удалось отыскать ее через паутину, но ты же сможешь соединить нас? Ты ведь протягиваешь нити!

— Посмотрим. Если выживем, тогда подумаю над твоим предложением.

Лекс улыбнулся, а я поняла, что он уже все решил. И не обманет. Я кивнула и зажмурилась, готовясь ощутить ужасную боль, но вместо нее вдруг почувствовала тепло рук Лекса. Мужчина крепко обнял меня и чмокнул в макушку. А дальше я просто отключилась. Мне не было больно и страшно, как в первый раз. Просто в какой-то момент все вокруг поплыло, и блаженная тишина накрыла меня, стирая все горести предыдущего дня, оставляя только спокойствие и умиротворение.

— Жень, проснись. Жень, это я! — услышала я голос и лениво приоткрыла глаза.

Я не поняла, где нахожусь. Яркий свет, бьющий в глаза, не давал ничего толком рассмотреть.

— Жень, слушай. Это очень важно! Как только услышишь колокольный звон, обернись. Ясно?

— Ярик, это ты, что ли?

— Прощай, Жень. И пусть мама не плачет. Я вообще не должен был появиться на свет. И Лекс не виноват… А Зойке привет!

— Ярик, подожди! Мне нужно столько всего тебе сказать!

Но парень уже развернулся и пошел куда-то вдаль.

«Казалось, что небо упало на землю…»* — весело напевал он себе под нос, а я вдруг почувствовала, как меня кто-то трогает за руку.

Я резко подскочила и увидела, что лежу в кровати, а рядом стоит Лекс.

— Жень, ты чего? Все хорошо? Кошмар приснился?

— Да… То есть нет. Не помню.

— Ясно. Надо вставать. Я понимаю, что еще рано. Всего пару часов прошло после собрания. Но с нами Иные связались. Грейс вернулась и через десять минут выйдет на связь.

Услышав имя девушки, я спрыгнула с кровати и рванула вперед, не разбирая дороги. Меня Лекс еле успел поймать.

— Эй, хомячок, куда бежишь? Да еще в стену! Так хочется побыстрее с Матвеем встретиться? Так его уже выпустил Давидыч из отделения. Слух, конечно, у него пока не идеальный, но парень слышит, а это главное.

— Правда? Матвей в норме?

— Ну более-менее. Но обо всем потом. А сейчас идем в мой кабинет. Там, скорее всего, уже все в сборе.

Лекс оказался прав. Мои друзья собрались и ждали. Мы с Сашей тоже присоединились к компании, однако ни через десять, ни через двадцать минут звонка не было.

— Маринует нас, тварь, — ворчал Лекс, пока другие с ненавистью поглядывали на ни в чем не повинный телефон.

— Лекс, а это точно хорошая идея — приглашать сюда Женю? Только без обид! — осторожно поинтересовалась Андреа, то и дело поглядывая на меня.

— Я обрезал ее потоки. Женя снова не в сети.

— О как! Быстро же ты, — усмехнулась девушка, и в этот момент зазвонил телефон.

Лекс подошел и взял трубку. Он застыл, внимательно вслушиваясь в слова. Я очень хотела знать, что говорит главе Грейс, но, как и другие, не стала лезть раньше времени.

— Да, ясно. Что ж, хорошо. Нам нужно время. Я сказал: нам нужно время! То, что ты предлагаешь… Не надо мне угрожать! Ты думаешь, я сильно расстроюсь, если бунтовщики, из-за которых случился весь сыр-бор, погибнут? Да хоть тысяча! Хоть миллион! Если нужно будет, численность людей восстановим. И как я могу быть уверен, что ты выполнишь обещание? Все-таки это твои люди. О как… Так запросто отдашь их? Ну ты и тварь! Это был комплимент. До связи. Мне хватит времени до рассвета. Не прощаюсь.

Лекс отключился и устало вздохнул.

— Лекс, она требует ключ, да? — испуганно спросила я.

— Да, Жень. Хорошо еще, что мы знаем, где она и другие Иные. Хоть не будем действовать вслепую. Но эта тварь… Она твердо решила забрать все ключи и не собирается отступать. Грозится в случае сопротивления отправить своих людей заражать бунтовщиков Черной смертью. Новым штаммом. Эта гадина подстраховалась и разослала их в разные концы Альянса. Они затаились и ждут приказа.

— Лекс, нельзя идти у этой психопатки на поводу! Нужно что-то другое придумать, — воскликнула Лола, с трудом сдерживая злость. — А знаете что? Плевать на мятежников и на Иных! Давайте разбомбим все на фиг, а столицу новую отстроим. И с вирусом как-нибудь справимся. Не в первый раз.

— Лол, стой, а как же другие люди? Которые ни в чем не виноваты? — возразила я.

— Они виноваты, Жень. Надо было прививаться и не идти против Совета.

— Откуда такая кровожадность? Лол, что с тобой случилось?

— Со мной? Жень, очнись! Что-то произошло со всеми! Везде! Всюду, на всех континентах! И Ярик… Его нет, понимаешь? Хотя о чем я говорю? Это ведь не ты говорила Свете, что ее единственного любимого сына больше нет. Она ведь так его ждала! У них с Владиславом так долго ничего не получалось! Если бы не Давидыч… Его вообще не было бы! И потом Давидыч столько раз помогал Свете. Она еле выносила Ярика! А теперь его нет. И все из-за мятежников и чертовых Иных! Нечего их жалеть! А ты? Неужели ты так быстро забыла нашего Ярика? Тебе совсем плевать на него?

— Нет! Мне очень больно! Ты даже не представляешь, что я сейчас чувствую, ясно? Он был не просто моим другом. Он был для меня родным человеком, семьей! И мне плохо. Я до сих пор не верю, что его нет. И держусь только потому, что нужно что-то решать с Грейс!

— Вот! То же самое чувствуют сегодня тысячи жителей страны! Эти твари… Они столько людей убили! Они и на наш поселок напали.

— Да, я знаю. Хорошо, что Артур приехал вовремя и спас всех.

— Ага, спас он, — ухмыльнулась девушка, а мне стало не по себе.