Чтение онлайн

— Я очень разочарован, — строго сказал я девушке, заодно на всякий случай запоминая детали её внешности. Тонкие черты лица, светло-русые волосы примерно до лопаток, платье расцветки “какао со сливками”, то есть несколько оттенков шоколадно-коричневого и белые кружева-оборки. Юбка не совсем в пол, но колени закрывает. На талии туго стянуто, декольте нет, но воротник не под самую шею…

— Что? — я заставил сбиться барышню с её настойчивого монолога-обращения.

— Я. Очень. Разочарован, — раздельно и твердо повторил я. — И весьма расстроен.

Дождался появления на лице вопроса “чем?!”, но озвучить его не дал. — Вы, сударыня, изволили свести со мной знакомство в темной комнате или вообще ночью, и я даже не смог понять, какая красавица рядом со мной! Простого “извини” тут маловато будет.

Я из тех людей, кому тяжело нарываться на конфликт и идти на его эскалацию. Та же Присцилла легко и непринужденно генерирует поток словесной грязи, связанный в единую струю матерными словечками. Голодная Хризантема жалит намеками всех подряд вокруг, иногда очень обидными — но слова по форме использует для этого приличные. Мне же, чтобы идти в словесную атаку приходится изъясняться вот в такой манере — сударь, позвольте, извольте. Обычно оппонент решает, что я над ним издеваюсь. Но если надо обострять — как-то уже и без разницы, верно?

— Проблемы? — выяснение отношений посреди улицы привлекло внимание не только досужих прохожих, но и моих спутников, благо, далеко уйти не успели.

— Вот, как раз выясняю, — кивнул я на незнакомку. — Проблемы?

— Милорд магистр, господин зверовод! — изобразила киссен девушка. Вроде как с достоинством, но очень сильно склонившись, что называется, прогнулась. — Мы только что с господином Таликом выяснили, что по моей вине произошло досаднейшее недоразумение! Я очень сожалею, что поставила его — и вас — в неловкое положение. Меня зовут Тайша, я хозяйка вот этой гостиницы. Позвольте угостить вас всех ужином за мой счет в качестве извинения!

Как это понятно было даже снаружи, внутри Ородэр оказался намного больше, чем был в игре. В целом стиль незнакомых улиц остался узнаваемым, потому я не очень обращал внимание, куда иду, отдавшись самокопанию. И только теперь заметил, что открытые фигурные кованные ворота ведут не просто в сад перед зажиточным городским домом, а к заведению. На котором и вывеска была, специально выделена подсвечиванием двумя газовыми фонарями: “Под ветвями каштана”.

— Достаточно простого “извините”, сударыня, — стрельнул на меня глазами Макс. Я незаметно кивнул: все правильно.

— Позволю себе заметить, милорд, вы, я вижу, только вернулись из трудного похода, — указала глазами на уже не такие блестящие латные пластины и кольца кольчуги гостиничная хозяйка. — Так что вряд ли ваш повар успеет в ближайшие два-три часа приготовить достойную Вас перемену блюд. Знаю, стойкость Истребителей вошла в легенды, но остывшая каша с обязательными комками от дежурных рыцарей с общей кухни на ужин просто недостойна стать еще одним испытанием после уничтоженных чудовищ и очищенных от Скверны земель! У моих же поваров в ресторане все готово для дорогих гостей.

Каша. Холодная. С комочками. Еще и приготовленная залетевшими рядовыми — кого еще сунут в наряд по кухне? А мы после финального рывка через лес так и не поели — кроме Лоли. Даже я почувствовал, как булькнула пустота в желудке, а Присцилла так и вовсе едва не рванула к гостинице, сбивая и стаптывая прохожих, попавшихся на пути.

— Если найдете место для Лапы… — орденцы переглянулись.

— Ох, ну конечно же найду рядом с вашим столом будет место для такой красавицы! — всплеснула руками девушка, и вопрос решился.

— Хорошо её знаешь? — шепнул мне, улучшив момент, Макс, пока мы шли через улицу и двор.

— Вообще не представляю, откуда она меня знает, — так же тихо отозвался я.

— Спрошу тогда сам, — решил наш лидер. — Такой важной шишке не откажет и, скорее всего, не соврет.

Недаром гостиница мне показалась мини-особняком: внешняя отделка вполне соответствовала интерьеру ресторанного зала. Цены тут наверняка не просто кусались, а вцелялись зубами в кошелек мертвой хваткой — наряды немногочисленной публики говорили сами за себя. Нас, пообтрепанных — особенно Архи — едва ли не за бомжей такие вот индивиды приняли бы, если бы не рыцари с грифоном. А так реакция оказалась адекватной: хозяева города вместе с (видимо) наемниками вернулись после тяжелой поездки. То есть соседи по залу пялились исподтишка, но с восторгом и опаской.

Тайша усадила всех за большой круглый стол в углу на возвышении — этакое вип-место. И, как я понял спустя всего десять минут — не так уж поиздержалась, решив устроить ужин аж шестерым разумным и одному птероящеру по высшему разряду. Скорее даже в плюсе осталась — вряд ли бы без нас её ресторан так набился бы! Хваткая сударыня. Я бы даже порадовался за неё (и свой желудок) — вот только разборка на улице не давала покоя.

— Талик? О, мы познакомились в Мэнре, когда я там жила, — прощебетала хозяйка таверны премиум-класса, не забыв улыбнуться мне и чуть поклонится магистру. Она пришла спросить, все ли нас устраивает, когда Сталк как бы вскользь у неё уточнил то, о чем мы договорились. — Видите ли, у меня очень хорошая память на лица и имена, и я иногда забываю, что у других — нет…

Рыцарь даже спрашивать у меня ничего не стал: город Мэнр в “Бесконечности” был “нубкой”, в нем “рождались” все, кто выбирал играть за людей и нейтральную мета-фракцию. Выбраться из него (и окрестностей вокруг его стен) раньше тридцатого уровня не запрещалось, но тогда на других локациях игра недокачанного бойца превращалась в лютое садо-мазо. Подобные же “столицы” были и у света, и у тьмы — и в каждой дофига нубов-игроков, игроков левелом постарше, квестов и, соответственно, неписей. Если заморочится и попытаться пройти все тамошние цепочки заданий целиком (выполнивший это первым игрок-кореец получил уник!), выйти во внешний мир получалось к уровню этак семьдесят четвертому. Не удивительно, что я не смог вспомнить одну из тысяч квестовых неписей.

За вкусной едой мы не заметили, как прошел целый час. На улице стемнело, после закусок, супов и горячего с восемью сортами мясных блюд выходить никуда решительно не хотелось. Мы неторопливо потягивали лёгкое вино, негромко вспоминали прошедшие дни — но так, по лайту, “помнишь, мы два дня одну рыбу жрали?” Лапа заснула над своей миской размером с тазик: ящеру досталось сырое мясо с костями, яичной скорлупой и еще чем-то — тут явно знали, как правильно кормить такого пета. Заодно все успели по разу посетить удобства. Нега от сытого брюха слетела только когда Присти вернулась из туалета, где подзадержалась, в пушистом банном халате и тапочках, покручивая на пальце ключ с крупной номерной биркой, поблескивающей, словно она золотая. И в компании гостиничного слуги.

— Вот мои вещи, их — сразу в комнату, — тем временем Кирин непринужденно подцепила с нашего стола тяжелую бутылку с бренди. Мы его даже не открыли. Хряп — куски открытого сургуча полетели на пол, и жрица хорошо так приложилась к бутылке.

— Ты что творишь и почему в таком виде?! — зашипел на жрицу Сугроб, успевший среагировать, пока его сокланер пытался найти подходящие приличные слова.

— А я, ик, расписку написала, ик, и у меня её приняли, — вытерла рукавом губы Присти. — Без об-бид, Максик, но кашу, койку и к-корыто с ведром оставь себе. И стирку в том же корыте — тоже. Так, я в сауну. Ик! К-кто со мной? Никто? А я и не расстроилась! Ик.