Чтение онлайн

— Нет, если занята, то я заберу Звездочку… — покладисто кивнул я, но договорить мне не дал грохот падения стула и немалого количества килограмм на нем. И как только умудрилась?

— Не ушиблась? — кухня в замке получилась немаленькой, но пятерым тут все же тесновато. Я шагнул и протянул руку, но супруга почему-то прижала свои к немалой груди, одновременно интенсивно крутя головой в отрицательном жесте. Платье она, кстати, надела — то самое, что было на ней вчера вечером, так что её странноватая реакция смотрелась одновременно донельзя мило и эротично. Только вот почему она косит глазами мне за спину?

Быстро брошенный взгляд успел поймать мгновение: ламия, дорогумо и оборотень усиленно кивали, дополнительно знаками и беззвучным движением губ пытаясь передать, чтобы она соглашалась. Та-ак…

— Девочки, — проникновенно поинтересовался у всех присутствующих я. — Вы что, решили, что я сейчас выбираю, кого, гхм, утащить в свою спальню? Правда, что ли?! Да я просто поговорить хочу, новости услышать, заодно разобраться, что да как тут у вас без меня было…

— Фу-у-ух! — дружный коллективный выдох поколебал пламя в топках. Безродная присела на начавших подрагивать паучьих ногах, Широхэби вообще легла где стояла прямо на пол. Оборотень явно бездумно закинула себе в рот оставшийся нераздельным кус мяса, не подавившись только потому, что челюстные мышцы растянулись, изменяясь.

Как же я так умудрился настолько перестараться-то?! Их ведь семь, каждой досталось куда меньше внимания, чем Тайше или даже Аше, с которой я уже сдерживался. Ну, может, суммарно за два раза и не меньше, но ведь перерыв же был… Так, ладно. Надо сразу эту ситуацию разрулить, пока мой собственный гарем не начал по углам прятаться.

— Последнее, что я хочу, даря свою любовь — сделать кому-то из вас плохо или больно, запомните, — последнее слово невольно вышло с нажимом. — Мы — семья. Я — вас — люблю! Если что-то не так — говорите сразу. Мы вместе обязательно сможем найти лучшее решение.

На счет любви — это я, конечно, выдал, так сказать, аванс. По-честному стоило сказать “вы мне симпатичны и раз уж мы все равно связаны узами брака…” Н-да. Один из тех случаев, когда прямота с гарантией убьет возникшую привязанность. Тем более, они-то меня любят… вроде как. Потому что как выяснилось, для дриады игровой максимум в отношениях конвертировался в доверие, позволение себя защищать. Но остальные-то мои благоверные не такие деревянные, во всех смыслах! Я надеюсь.

Тем временем своим коротким спичем я умудрился грузануть супруг так, что вывели их из третьего ступора подряд только треск раскаленного масла и шипение убежавшего варева из кастрюли. Лана, шипя ничуть не хуже, тут же метнулась к плите, попутно ткнув свободной ногой Улю — та поспешила вернуться к разделочной доске. Звездочка, легко вскочившая на ноги, кажется решила не искать от судьбы счастья — и принялась споро чистить овощи. Кто остался свободным? Правильно.

— Мы можем пойти к тебе, а не ко мне, — предложил я Шоне. Не удержался, провел рукой по роскошным волосам, сейчас заплетенным в тугую косу… случайно коснулся уха, заставив светлокожую и светлочешйчатую Широхэби катастрофически покраснеть! А я, оказывается, несмотря на невысокую харизму, умею производить впечатление, о да.

Чего я не заметил по прошлому посещению комнаты Шоны — стульев у нее не было, а стол предназначался для сидение на полу, этакий японский котацу. Понятно теперь, почему игроделы японские имена ламам раздали: анатомия людозмей через мебель подсказала ассоциацию. Вот у них там кто-то заморочился конкретно: обычно дизайнеры на такую “мелочь” внимания не обращают, запросто оставляя, например, в мире маленьких пони кружки с ручками под человеческую руку, ага. Может, потому мир “Бесконечной безграничности” и воплотился? Сбылся, так сказать…

— Сюда, мой господин! — Широхэби устроила меня за котацу и тут же вернулась с небольшим чайничком и характерными японскими стаканами для горячего, без чашечных ручек… что я там про пони говорил? Забудьте. Себе змея налила только после меня — и уселась напротив, старательно потупив взгляд. Типа, она вся во внимании. Эх.

— Давай лучше сядем рядом, — отпив отдающего десятком травяных оттенков чая, сдержав вздох, предложил я. Шона, растерявшись, тем не менее, обползла стол и аккуратно пристроилась рядом, держа прямую спину… пока я не обнял её, перетащив человеческую часть тела к себе на колени. Ох, опять покраснела! — Не нужен этот официоз, правда. Мы семья. Захотим сидеть обнявшись — и будем.

В подтверждении своих слов я чуть сильнее прижал её к себе — а потом дал чуть отстраниться, чтобы получилось заглянуть в глаза. Ламия нерешительно затянула змеиную часть под стол, а потом, решившись, перекинула через мои ноги. Получилось, что теперь уже я сижу в кольце змеиного тела. И только после этого несмело обняла еще и руками. Опять заглянула в мне в глаза, прижалась уже крепче… и разрыдалась!!!

— Шона?!

— Маму с папой вспомнила-а-а-а! Мы обнима-а-а-ались то-о-о-оже! Скуча-а-аю по ни-и-и-им!!!

О боже.

Поговорить на тему содержания замка и всего такого прочего-практичного мне с ламией так и не удалось. Ну и хрен с ним. Зато определенно удалось установить близкий эмоциональный контакт. Раньше я посмеивался над циничной фразочкой “разделенная постель ни к чему не обязывает”, но теперь понял её настоящий смысл: через секс человека (и не человека) толком не узнать. А вот обнимашки — как ни странно, здорово помогают.

Любой анимешник, пообщавшись с дочерью рода Широхэби минут пятнадцать (только нормально, а не как я в первые два раза), обязательно навесил бы на Шону ярлык “цундуре”: в характере моей жены одновременно уживались резкая, бескомпромиссная напористость и глубокая, впечатлительная ранимость. Плюс поверх все это было заполировано национальным псевдояпонским воспитанием, требующим, наоборот, выражать эмоции едва заметными полутонами.

Я попытался разрядить эту психологическую мину в змеиной голове, аккуратно объяснив, что мне нужна она сама, а не ожившая иллюстрация к представлению об идеальной ламии-жене. Получил в итоге новый поток слез, заявление “ты — хороший!” и… ровно ноль эффекта. Во всяком случае, на предложение пойти пообедать вместе с остальными ламия бросилась “приводить себя в порядок”. Надо отдать Широхэби должное: справилась она минуты за две, а не как хрестоматийная девушка-”щасвыхожуещесекундочку”. Тем не менее, уверен: в будущем еще этот псевдостабильный клубок противоречий так или иначе придется распутывать. А ведь мне и над своим собственным отношением к женам требовалось крепко подумать. Очень крепко.

Результаты решения взять на себя ответственность за игровой брак, ставший реальным, я, когда принимал его, представлял себе по-разному, но только не так. Хотя после двух встреч с “бывшими” у меня должно было закрасться подозрение… м-да. Ладно. В любом случае, своими действиями фактически, а не номинально, вступил, так сказать, в должность владельца гарема. Или подтвердил высокое звание, лучше сказать? Тьфу! Короче, однозначно показал, кто тут альфа-самец и глава семьи… Да блин. В общем, не важно как сказать, главное — благоверные меня в моем статусе приняли. А я… поплыл по течению? Нет, скорее стал действовать согласно своим убеждениям.

На Земле еще, волей-неволей время от времени возвращался к мыслям о семье: годы проходили, и моложе меня отнюдь не делали. Так что со временем мысль о том, что брак стоит заключить не от великой любви, а просто по крепкому расчету перестала казаться мне немыслимой. Раз уж не получается раз за разом ту, единственную, и все заканчивается более или менее продолжительной интрижкой. Ровно в тот момент заканчивается, когда отношения переходили от “приятно провести время вместе” к чему-то большему. Может, с этого “большего” тогда и стоило начать? Одинокая женщина, одинокий мужчина, совпадающие в плане построения ячейки общества интересы, честный социальный договор — почему нет?