Чтение онлайн

Все молчали и мрачно уставились в поверхность стола, а я продолжил.

— Только один гражданин Рашидов незаконно присвоил около двух миллиардов, — сказал я, как отрубил. — Велиал, выделяешь двух демонов, они берут каждого здесь сидящего за шкирку и в адрес. Попытаются скрыть хоть серебряную ложку, твои подчинённые могут выпить его душу и всех членов его семьи. Но нечестно нажитое чтобы всё нашли и принесли сюда. Всё, что украли. Если твои будут беспредельничать — накажу.

— Понял, мессир, — ответил тот и в кабинете правилось ещё девяносто восемь демонов.

Те, кто до этого воровал народные деньги, проклинали тот день, когда первый раз сделали это. Двойка демонов за пару секунд выдергивала сидящего за столом и исчезала под вопли осуждённого. Кабинет быстро опустел, остались только мы с Велиалом и звонящие без перерыва телефоны. Одна из секретарш, которая пыталась связаться с шефом и не смогла это сделать, заглянула в кабинет и от вида Короля демонов упала в обморок. Пришлось взять со стола графин и плеснуть ей на лицо немного воды, чтобы быстрее очухалась.

Тут появились первые посланные демоны и сам казнокрад. В руках у них был мешок из простыни, в который были завёрнуты деньги и драгоценности. И что, я все сорок девять таких свёртков таскать буду?

— Белиал, скажи своим, чтобы штору с окна сорвали и постелили на пол, — приказал я Королю демонов.

Штору сорвали и развернули на полу, куда высыпали самую первую добычу. В голове у виновного я прочитал, что он украл всего лишь миллион. Это был самый бедный из узбекских партийных работников.

— Шагай домой, — сказал я этому дураку, — и если кому-нибудь скажешь хоть слово, они вернутся. Только уже не за деньгами. Понял?

Тот часто-часто закивал головой и бегом выбежал из кабинета. А потом пошёл поток. Только успевали ссыпать отобранное нечестно нажитым путём. Деньги, золото, валюта. Даже серебряные изделия в счёт недостачи пошли. Самыми последними были самые богатые. Там счёт пошёл на миллиарды. На закуску я оставил самого главного. После того, как его тщательно вытрясли, я ему сказал:

— Советую написать заявление по собственному желанию, — сказал я посеревшему бывшему главе Узбекистана. — Завтра, на Политбюро, тебя снимут с должности и исключат из партии. Так что, гражданин Рашидов, можете идти, но покидать город не рекомендую.

Он медленно вышел с опущенными плечами из уже не своего кабинета.

— Белиал, — обратился я к главному демону, — недостача из двоих людей образовалась. Деньги и золото принесли, а людей куда дели? В расход пустили? Мы так не договаривались.

— Издержки профессии, мессир, — ответил тот чисто по-нашему, по-людски.

— Ладно. Издержки, так издержки. Исчезни.

После чего я остался один. На всё про всё у меня ушло чуть больше часа. Стахановец прямо какой-то получился. Только прикол был в том, что эта куча добра тянула на двадцать шесть миллиардов. На один миллиард больше. А всё потому, что демоны успели у родственников задержанных побывать и устроить там шмон. А те тоже воровали, только по другим делам. Кто-то был директором мясокомбината, а кто-то — директором городского рынка. Это моя вина, не чётко поставил задачу. Вот поэтому черти, то есть демоны, немного погорячились. Но больше — не меньше, всё в казну пойдёт.

Так, штору мне свернули и связали в очень большой узел. Пришлось его уменьшить до размера носового платка и убрать в карман. Теперь надо на демонстрантов в окно посмотреть и решить, что с ними делать. А нету никаких демонстрантов, все к этому моменту разбежались. Вот так надо работать, товарищи, «без шума и пыли». Так, где тут прямая связь с Кремлём?

— Леонид Ильич, это я, — сообщил я в трубку, услышав голос Генсека. — Докладываю, задание выполнено и перевыполнено. На улицах тихо, митингующие сами разошлись по домам.

— Молодец, — похвалил меня Брежнев. — У меня сейчас встреча с индусами, так что только через час освобожусь.

— Понял, — ответил я. — Через час буду у вас.

Значит, можно телепортироваться на работу и там пообедать. Утро для меня было слишком энергозатратным и срочно требовались дополнительные калории.

Появившись теперь уже в своём рабочем кабинете, я сам открыл дверь и вышел в приёмную. Не, мне огромные приёмные и кабинеты не нужны. Не в футбол же в них играть.

— Вы уже вернулись? — спросила Лера, увидев меня. — Приходил парторг и сказал, что надо сдать партвзносы.

— Я на обед иду, — ответил ей я. — Партбилет у меня лежит в сейфе, я вам его на обратном пути отдам вместе с деньгами. Пусть мне штамп поставят за май. И через полчаса вызовите ко мне Ситникова.

В буфете я съел полторы своих обычных нормы. А как вы хотели? После того, как воскресил Галину Леонидовну, я же сразу отправился в Ташкент. Краем глаза я видел, что официантки удивляются моему аппетиту. Что поделать. Как правильно сказал главный демон, что это «издержки профессии».

Когда я почти доел свой обед, пришёл Ситников.

— Ну что, спас? — спросил он.

— Да, — ответил я коротко, давая понять, что детали разглашать не намерен.

— А про Ташкент ничего не сообщали?

— Около здания ЦК КП Узбекистана была небольшая группа митингующих, но как только они узнали, что казнокрады решили добровольно вернуть награбленное, то сразу разошлись по домам.

— Ну дела. Первый раз слышу, чтобы такое было. Так уж и добровольно?

— Не совсем. Пришлось лично позвонить и вправить всем мозги. Рашидов, осознав свои ошибки, даже решил сам написать заявление об уходе на пенсию.

— Невероятно. И чего это вдруг?

— Я ему объяснил, что завтра на Политбюро его снимут с должности и исключат из партии.

— Вот теперь мне всё понятно. Крут ты стал, Андрей Юрьевич. Скоро одного твоего слова все мздоимцы и растратчики начнут бояться.

— Так это же хорошо. У нас ещё много проблем в южных республиках. Леонид Ильич на пенсию собрался. И догадайся, кого он хочет вместо себя поставить?

— Это было ожидаемо. Я ещё два месяца назад говорил, что ты далеко пойдёшь.