Новый старый 1978-й. Книга восьмая
Шрифт:
— Завтра, сразу после похорон, мы заезжаем в гостиницу и забираем подготовленные чемоданы и сумки. Придётся брать минивэн. Оттуда это всё перегоняем в Москву, а Ди в это время выбирает себе комнату, распаковывает свои вещи и развешивает их там по шкафам. Она будет заниматься своими делами, а мы — своими. А потом все вместе переносимся в Ниццу. Надеюсь, что с Ниццей всё получится успешно. Там нас ждёт наша вилла и я её должен буду выкупить.
— Ура! — опять закричали три моих леди, как это было в замке Лидс.
— С машиным замком Беркли вопрос пока откладывается. Но мы его обязательно на днях решим. Если завтра у меня получится всё то, что я задумал, то телепортироваться нам станет намного проще.
Девчонки повисли у меня на шее, а Солнышко потом сказала:
— Ещё не было случая, чтобы у тебя что-нибудь не получалось. Ты же сам сказал, что ты баловень судьбы.
Я посмотрел на своих трёх жён и подумал: а это я их выбрал или они меня? И на ум пришёл фильм «Иствикские ведьмы», который снимут в 1987 году по одноименному роману Джона Апдайка. Там тоже были три женщины, которые однажды поняли, что если они втроём чего-либо захотят, то это обязательно произойдёт. И они захотели идеального мужчину, который бы подходил каждой из них.
И вот появляется Дерил, (его роль исполнил Джек Николсон) от которого все три подруги сходят с ума и начинается соперничество за него. Но он их смог убедить, что они ему одинаково дороги. И самое для меня интересное, что все три женщины оказываются беременными.
Да, меня опять куда-то занесло не туда. Это я их выбрал и точка. Ну и они тоже, будем считать, в этом процессе поучаствовали.
— Слушайте, — сказал я и все красивых личика повернулись в мою сторону, — а я опять есть хочу.
И мы устроили себе нормальный ужин, потому, что то, что мы съели в Москве, уже всё переварилось, да и что мы там особого съели. Кофе с печеньем у Ди за еду не считается. Мы в Москве ещё успели активно сексом позаниматься и сожгли массу калорий, которые необходимо было срочно восполнить. И у нас ещё четырехчасовая дискотека впереди, поэтому нам нужна энергия и много. С энергетиками я буду разбираться по приезде в Москву. В связи с обнаружением телепорта, возможно я и сам перемещусь в Бангкок. Или, всё-таки, Вольфсона с Наташей туда отправить?
При мысли о Наташе у меня потеплело на душе. И вот как с ней теперь быть? Я-то думал, что Ди останется в Англии и Солнышко с Машей, привыкшие жить вчетвером, тонко намекнут мне, что им вдвоём скучно и не найти ли ещё одну подругу. Я, конечно, повозмущался бы, но потом милостиво согласился. А теперь этот план трещит по швам. Но у меня появилась одна идея. Её реализация будет зависеть от завтрашнего успеха моих новых способов телепортации.
— Солнышко, — обратился я к своей старшей жене, — позвони Серёге и скажи, чтобы через двадцать минут спускался вниз. Кстати, Женька договорилась со Стивом и он её посылает с нами в Америку.
— Вот что любовь, с нами, девушками, делает, — выдала умную фразу Маша.
— И не только в Штаты, но и в Москву на стажировку.
— Молодец, Женька, — подтвердила Солнышко, посмотрев на Ди. — Мужика далеко от себя отпускать нельзя. Он, обязательно, себе найдёт какую нибудь принцессу.
— Или герцогиню, например, Кентскую или Глостерскую, — ответила Ди и все рассмеялись.
А я подумал, что не просто так Женька и в Штаты, и в Москву с нами решила смотаться. Что за любовь у неё такая и к кому конкретно, это ещё очень большой вопрос.
— Ещё позвони и сообщи Вольфсону о нашем скором выезде, — добавил я, понимая, что Александр Самуилович должен, как следует, научиться организовывать такие многолюдные дискотеки, чтобы в Москве у нас никаких осечек не было.
Мои жёны очень неплохо справлялись с обязанностью секретаря, если только я их не отрывал от просмотра любимых мультфильмов. Но сейчас телевизор был выключен, поэтому моя просьба была быстро выполнена. Я не командовал ими, им самим было приятно мне помогать. Я же не просил их вкрутить лампочку в люстру или починить унитаз. Всё, что было связано с общением по телефону или просто болтовней, они делали с большим удовольствием.
Автобус нас уже ждал, так как транспортными вопросами нашей группы занимался Вольфсон. Пусть учится и привыкает, это ему пригодится. Ну кто бы сомневался, что Женька будет уже здесь раньше всех. Вчера её не взяли на королевский концерт и теперь она решила первой занять место в автобусе, чтобы её опять не забыли.
— Поздравляю с высокими дворянскими титулами, Ваши милости, — съязвила эта француженка вместо нормального приветствия. — И с победой над мятежниками. Я очень обиделась, что вы вчера меня не взяли с собой.
— Вот поэтому и не взяли, что капризы у тебя на первом месте, а понимание порядка на втором, — ответил я, начиная заводиться.
— Извини, Эндрю, — ответила Женька, понимая, что её эскапада может закончиться для неё плохо. — Я очень хотела попасть на этот концерт.
— А пулю ты не хотела схлопотать? Я Серёге всё объяснил и он понял. А ты, я вижу, нет. О тебе же заботились. Я и Вольфсона поэтому не взял, потому, что только мы с Королевой знали, что будет мятеж и готовились к этому.
— Я поняла. Ещё раз извини.
Мои подруги прекрасно знали меня и никогда так себя не вели. Они видели, что ещё чуть-чуть и я бы послал Женьку на три буквы. А потом я бы позвонил Стиву и уже он послал бы её тоже, но точно не в Америку, а тем более в Москву. Да, нахлебается с ней Серега. По мне, так его московская Жанна лучше Женьки.
Тут в наш автобус зашёл Серега и сразу сказал:
— Здорово ты вчера вломил этим гадам. Да, и с новыми титулами тебя и Солнышко.
— Спасибо. Как сам?
— Нормально. Дискотеку сейчас отыграем и завтра отдых. А потом домой.
Вольфсон с порога тоже стал поздравлять и меня, и Солнышко. Пришлось озвучить ему и новый титул Маши, чему он тоже был рад.
— Спасибо, что вчера не взяли меня на концерт, — поблагодарил Вольфсон. — Я, как вы знаете, не боец, поэтому был бы вчера всем только обузой.
— Это нормально, — ответил я, посмотрев на Женьку и давая этим понять, что некоторые люди понимают и благодарят за заботу о них, а другие — нет.