Новый старый 1978-й
Шрифт:
После моей правки, в песне стал более заметен акцент именно на космодроме и на космонавтах, улетающих в космос. Что и требовалось по целям и задачам дискотеки. Мы эту песню будем петь вдвоём с Солнышком. Конечно, мы совсем не похожи на дуэт Юлии Волковой и Елены Катиной, но в два голоса мы её сделаем очень даже неплохо, я в этом уверен. Хотя сами «Тату» на её запись затратили около ста двадцати студийных часов, а сведение композиции продлилось у них целую неделю. Но я думаю, что мы с этим справимся намного быстрее, потому, что Юля при записи сорвала голос из-за криков. А мы с Солнышком громко кричать не будем.
В песне «2000 лет» (автор музыки и слов Дмитрий Постовалов) солистки Саши Зверевой есть тоже прозрачные намеки на некий полет в космическом пространстве, даже есть слова о дыхании звёзд и огромном временном расстоянии, сопоставимом с безграничными просторами космоса. Играю и пою без изменений с ритмичным вступлением:
2000 лет Я думаю о том, Как реки проникают в моря И в капельках росы Стекающих в ладонь вижу я Как медленно лучи Сливаются в прозрачный рассвет И думаю о том, Что мы живем две тысячи лет Ты ко мне прикоснешься во сне Как дыхание звезд в тишине Я почувствую нежный твой свет Даже через две тысячи лет…Эту песню Солнышко будет уже петь одна. Чисто женская вещь. Мы с Серёгой только играем. И третью «Давайте петь» ей придётся тоже одной петь, я только в припеве присоединюсь. В ней с первой же строчки поется о звёздах, которые катятся. Я только заменяю «семнадцать лет» на «пятнадцать лет», нам это по возрасту более соответсвует, да и сама Саша Зверева выглядела на пятнадцать лет, когда впервые исполняла эту песню. Получилась весёлая, танцевальная песенка для школьников. Вот так я и собрал достойную подборку песен как раз ко Дню космонавтики.
Давайте петь Я иду, а звёзды катятся, Сколько дней из жизни тратится, Чтобы делать то, что не нравится — Даже не представить! Я живу, а мне всё кажется: Что-то жизнь никак не ладится, И не хочет, чтоб по-моему Было всё как в сказке. Давайте петь, давайте жить, Давайте жизнь свою любить И каждый день встречать рассвет, Как будто вам пятнадцать лет. Поменьше есть, поменьше спать, Советы в книжках не искать: Ты только сам найдёшь ответ, Как он прекрасен, белый свет!Только всё успел записать и даже напечатать слова на машинке, как позвонила Солнышко:
— Привет, я опять соскучилась, — раздаётся любимый голос в трубке.
— Привет, я тоже. Догадываюсь, опять будешь проситься со мной?
— Буду, и ещё как. Словами твоей же песни — «Позови меня с собой». Позови, ну пожалуйста! Я как мышка рядом буду тихо сидеть.
— Ладно, так и быть, позову тебя с собой. Не могу же я такую очаровательную мышку обидеть.
— Ура! Я так рада. Я уже одета и буду через пять минут.
Через пять минут ко мне ворвался любимый ураган и повис у меня на шее. Как же хорошо. Я вспомнил слова песни Татьяны Овсиенко и пропел их Солнышку:
Женское счастье — Был бы милый рядом, Ну а больше ничего не надо.— Классно! Как раз про меня. Это ты сочинил?
— Да, прямо сейчас. Я тебя увидел, поцеловал и сочинил.
— Ты у меня гений. А ещё что-нибудь сочинил?
— Целых три песни. Для твоего голоса, на дискотеку. В машине поставлю, послушаем по дороге. Пошли?
— Пошли, — сказала Солнышко и улыбнулась, радуясь, что мы будем опять целый день вместе.
С собой я взял ещё одну бутылку виски в подарок Велистову, документы, письма от ВААПа и магнитофон с кассетами. В машине я поставил свои новые три песни для Солнышка и мы поехали в сторону Серёги. На асфальте местами ещё встречалась утренняя наледь, поэтому я вёл машину аккуратно.
Все песни Солнышку очень понравились. В процессе прослушивания подруга внимательно вслушивалась в слова песен, сверяя их с напечатанными на листах. Даже иногда подпевала, весело кивая головой или покачивая ей из стороны в сторону.
— Замечательные песни ты написал, — вынесла вердикт Солнышко, — мне очень понравились. Когда ты всё успел?
— А я вечером думал о тебе, ночью ты мне приснилась, а утром я все додумал до конца и записал. Без тебя бы ничего не получилось.
— Опа! — воскликнул я.
— Что случилось? — взволновано спросила Солнышко.
— Я припев сочинил, — выдохнул я, вспомнив песню Стаса Михайлова «Всё для тебя». — Пока припев, потом остальное придумаю. Я назову её «Всё для тебя».
— Вот это да, ты сочиняешь даже за рулём, — восхитилась Солнышко. — Спой, я очень хочу послушать. Да, я только сейчас поняла, ты сказал «без тебя» и появилась песня «Все для тебя». Здорово!
— Ну как-то так. Слушай.
Все для тебя Рассветы и туманы Для тебя — моря и океаны Для тебя — цветочные поляны. Для тебя. Лишь для тебя — горят на небе звезды Для тебя — безумный мир наш создан Для тебя — живу и я под солнцем Для тебя!— Браво, маэстро, — завопила богиня и полезла ко мне целоваться.
Я чуть руль не отпустил, но было приятно. Я добавил в голос хрипотцы, как у Стаса и получилось недурственно. Мне саму понравилось. Что говорить о Солнышке, у которой восхищенно заблестели глаза. Когда у твоей любимой женщины так блестят глаза при взгляде на тебя, ты понимаешь, что делаешь все правильно, и ощущаешь себя каким-то героем из сказки, способным свернуть горы ради любимой. Даже почти волшебником.
— Песню надо срочно дописать и зарегистрировать, — озвучил вслух для себя поставленную задачу. — Ты заметила, Солнышко, что песен у нас набирается на целый диск. Ты стала для меня не только любимой женщиной, но и творческой музой. И всё благодаря твоей любви ко мне.
— Это потому, что ты талантливый, — безапелляционно заявила любимая.
У Серёги я забрал две катушки с песнями и предупредил, что договорился о дискотеке на двенадцатое. Ещё я показал десять свидетельств на песни и предупредил, что почти готовы ещё пять и нам надо опять срочно репетировать и записывать. Серёга был двумя руками «за».
Дальше мы двинулись в редакцию журнала «Кругозор» на Пятницкую д. 25, где находился также и Государственный комитет СССР по телевидению и радиовещанию. По дороге я рассказал Солнышку, что Велистов, к кому я еду, он не только заместитель главного редактора журнала, но ещё и известный детский писатель-фантаст. Солнышко могла слышать или читать его фантастическую повесть «Электроник — мальчик из чемодана». По этой повести собираются снимать фильм «Приключения Электроника». О том, что я его уже смотрел раз двадцать, я говорить не стал.