Чтение онлайн

Было нелегко, но мы справились. Четыре часа я пел и играл, как заведенный. Тогда то я и понял, что значит выражение «поймать кураж». Возникло ощущение, будто огонь одновременно находится внутри и в твоих руках. Вот-вот, бедные мои руки. Кожу с подушечек пальцев левой руки я сдирал несколько раз. Под конец голос немного сел и навалилась усталость. Серёга тоже пахал, как проклятый, весь в мыле. Под конец мы были опустошенные, но счастливые.

— Да, — сказал Серёга, — я такого не ожидал. Теперь я понял, что правильно сделал, что пошёл в музыкалку. Будет стимул учиться дальше и больше. Спасибо тебе, Андрей. Я понял, чего я стою.

— Это тебе спасибо, — ответил я, убирая гитару в футляр. — Без тебя это была бы просто дворовая самодеятельность. Завтра будем работать?

— А что, ещё что-то есть? — спросил удивленно Серёга.

— Пока играли, появились задумки. Светке вечером напою, отшлифую. Утром позвоню и скажу, что получилось. Нам надо ещё на продажу что-то сделать. Тебе деньги нужны?

— Спрашиваешь, конечно нужны. А за сколько их продавать и кому ты знаешь?

— Есть намётки. Мы должны до двенадцатого и песни записать, и в ВААПе часть из них зарегистрировать, а не зарегистрированные продать. Дел выше крыши. Ладно, давай. Поеду, а то уже темнеет. Ты ноты со словами напиши для регистрации. Эти все официально проводить будем.

— Понял, сделаю к обеду. Вечером ещё послушаю наши песни. До завтра!

— До завтра, — сказал я и вышел.

Машину опять пришлось греть, успела замерзнуть, но потом по времени я всё наверстал. Перед выходом не забыл и позвонил домой, сказал, что буду через пятнадцать минут. Доехал быстро, дома уже ждал накрытый стол на кухне. Хоть и перекусывали с Серёгой в перерывах, но есть хотелось зверски. Этот молодой и растущий организм требовал столько калорий, что готов был есть даже по ночам.

Помыл руки, умылся и стал есть. Только допил компот, зазвонил телефон. Слышу, бабушка взяла трубку и с кем-то разговаривает. Потом крикнула:

— Это тебя. Света.

Я подошёл к телефону и взял трубку.

— Привет, Свет. Придёшь?

— Да, — ответила Светка. — Хорошо, что твоя бабушка подошла. Мама сразу успокоилась и разрешила до девяти. Я уже почти готова, жди, песни не забудь, — сказала строго подруга и повесила трубку. Ей ещё в январе исполнилось пятнадцать, поэтому Светка считала себя взрослой и вела себя со мной как старшая. В этом возрасте даже какие-то три месяца давали право считать себя взрослее остальных одногодок.

— Бабуль, — крикнул я в сторону бабушкиной комнаты, — сейчас Светка придёт, мы музыку, которую я сочинил и с Серёгой записал, послушаем.

— Хорошо, только не зови её Светкой. Она очень хорошая, воспитанная и милая девочка. И родители у неё серьезные люди, — отчитала меня бабушка.

— Ладно, — согласился я, — буду звать её Светиком или светом моих очей.

— Балабол, — вынесла вердикт бабуля, — не забудь её чаем напоить и сырниками угостить. Я заварной чайник и сырники на столе оставила.

— Спасибо, обязательно предложу.

Чай — это хорошо, но сырники не подойдут, не тот случай. Я лучше достану коробку Моцарткугель («моцартовский шарик»). Как раз, вечер же у нас музыке посвящён, поэтому Моцарт будет в тему. Моцарткугель — это традиционные австрийские круглые шоколадные конфеты с начинкой из фисташкового марципана. Коробка красивая, да и сами конфеты вкусные. Все девчонки любят сладкое и блестящее. Поэтому, очаровывать, так очаровывать.

«Почти готова» у Светки заняло целых двадцать минут, хотя идти ей из соседнего дома 5 минут. Но в будущей жизни я давно привык к «пунктуальности» лучшей половины человечества. Главное для нас, мужчин, успеть поймать момент, когда девушка «сама придумала — сама обиделась». А способ простой — все время им что-то говорить. Можно не очень много, но всегда не по делу. По делу они общаться не любят. Девушек можно и нужно переключать, как переключатель. Увидели, что девушка тормознулась и зависла — переключи её внимание, например, на её платье или на её подругу.

На звонок в дверь я среагировал мгновенно. Домофоны появятся только через тридцать лет, поэтому надо соответствовать эпохе и всегда быть на низком старте. Открыл дверь и пригласил даму войти.

— Светик, привет. Ты всё хорошеешь, — выдал я комплимент.

Девушка смущенно улыбнулась, но потом поняла, что первая часть моего приветствия была какой-то необычной. На это и был расчёт. Старый ловелас в делах любовных ас.

— Кравцов, ты меня Светиком назвал. Как это понимать?

— Понимать надо просто, — начал я тираду, одновременно помогая снять Светику шубку из «шанхайского барса». — Я пообещал бабушке не называть тебя Светкой. Она сказала, что ты милая и приятная девушка. И я с этим согласился. Теперь я буду называть тебя Светиком, ты не против?

— Ммм, не против, — проговорила она в замешательстве. Было видно, что Светик слегка подвисла. Это было для неё неожиданно и поэтому вызвало некоторое удивление.

— Не обращай внимания, у меня сегодня был напряжённый день. Четыре часа записывать музыку — это перенапрягает мозги очень серьёзно. Проходи в комнату. Чувствуй себя как дома, но не забывай, что ты в гостях. Шутка.

Светик ничего не сказала, но как-то задумчиво и оценивающе посмотрела на меня. Так, меня уже начали оценивать. Что будет дальше!

А дальше я её посадил в крутящееся кресло, а сам сел напротив на табуретку на углу стола, чтобы видеть её реакцию на мои песни. Магнитофон стоял на столе, это было удобно для меня. Крышка кассетоприёмника была прозрачной и сквозь неё было видно, как вращается механизм перемотки плёнки. Это вращение гипнотизировало слушателя и усиливало воздействие музыки и голоса на любого человека. Завершающим штрихом в обольщении Светика я собирался предложить ей одеть наушники. В них звук окружал человека полностью и он, как бы, выпадал из окружающей реальности.

— Одевай наушники, — сказал я девушке, — в них получается полный эффект присутствия. А я пока разолью по чашкам чай и открою конфеты.

— Давай, — благосклонно ответила Светик, разглядывая коробку на столе.

— После первой песни расскажешь о своём впечатлении. Лады?

— Лады, — сказала она, надевая наушники на голову.

Я включил запись и стал разливать чай, внимательно поглядывая на Светика. При начальных звуках вступления она сосредоточилась, а потом, по мере прослушивания первого куплета, её лицо менялось от удивленного, потом неверящего, а потом восхищенного. Я любовался ею. Длинные светлые волосы, голубые глаза, точеная фигурка — она была похожа на актрису Наталью Вавилову.