Чтение онлайн

Этот день удач закончился звонком с базы, во время которого меня осчастливили сообщением, что Антипов со своей командой таки приехал. Я грешным делом уже начал сомневаться, что это произойдет, связи-то с ним не было никакой. Зато теперь мои боевые силы пополнились пятнадцатью тяжелыми пехотинцами, это которые с МПД работают, причем все пятнадцать еще и «ветераны». Есть, с кем в салон за новой техникой пойти.

На следующий день я вновь сидел в помещении для участников и наблюдал за нервничающими детишками. Фудзивара Рэн, Мизуки и Урабэ Масакуни всем своим видом пытались показать, что им плевать, кто будет их противником, и лучше всего это получалось у Масакуни. Парень сидел на лавке, закинув ногу на ногу, и беззаботно общался с отцом. Идиллия, если бы не постукивание пальцами по бедру. Рэн просто сидела и молча нервничала, а Мизуки ожесточенно билась с тенью. С ней я мог бы и ошибиться, если бы не знал ее так хорошо.

Но вот табло засветилось и показало нам, кто с кем будет драться сегодня. Фудзивара Рэн даже встала в этот момент и тут же рухнула обратно – с первым боем ей не повезло, противником девушки должна стать Мизуки. Как по мне, ей в любом случае не подфартило бы, но думаю, она все же надеялась сначала сойтись со мной. Ну, а Урабэ Масакуни, как вы поняли, стал моим оппонентом. Прыгать до потолка он, понятное дело, не стал, но поговорить все же решил.

– Уверен, – произнес он, подойдя, – это будет достойный бой. Я не из тех, кто пренебрежительно к тебе относится, и знаю, что ты достойный противник.

Сначала хотел сказать «аналогично», но подумал, что после его обращения намек на то, что и к нему кто-то относится пренебрежительно, будет перебором. Особый смак такому ответу придала бы его детская внешность. То есть понятно, что тут все дети, но он и на этом фоне выделялся.

– Благодарю за лестные слова, – кивнул я. – Постараюсь показать все, на что способен.

Кивнув в ответ, Масакуни удалился. После его двоюродного брата я к этому роду немного предвзято отношусь, стоит признать, но не показывать же это направо и налево.

Смотреть на схватку Мизуки и Рэн я пошел к Акено, дабы поздравить победительницу – а я уверен, кто ей станет – одним из первых. Сам бой показался мне… странным. Мизуки, несомненно, доминировала, но Рэн как-то умудрялась держаться. Как бы это сказать?.. Все бои с участием Фудзивары, что я видел, были для нее трудны, но создавали впечатление более-менее равной схватки, и девушка под конец все же побеждала. Через «не могу», еле-еле, но побеждала. Вот и сейчас это был относительно равный бой с доминированием Мизуки. С Тайра у Фудзивары было то же самое. Однако, в отличие от предыдущего оппонента, уровень Мизуки был значительно выше. Тогда как, черт возьми, Рэн умудрялась показывать такой же результат? Что за мистика? Только если…

– Акено-сан, вам не кажется, что Фудзивара Рэн дурит всех со своим уровнем?

– Что? – повернулся он ко мне.

– Не с рангом, – поправился я, – просто она дерется на одном уровне с противником, при том, что эти самые противники у нее довольно разные.

– А, это, – повернулся мужчина обратно к экрану. – Я уже давно заметил, что она сильней, чем хочет казаться. Думаю, не только я. Не волнуйся, Мизуки тоже в курсе, расслабляться не станет.

– А если ей это не поможет? – спросил я его.

– Глупый вопрос, – ответил он, не поворачиваясь. – Значит, Мизуки оказалась слабей. Тут либо-либо. Что могли, мы в любом случае сделали.

Тем не менее рыжая победила. Правда, меня не оставляли сомнения, что Фудзивара тупо поддалась, но это скорей моя паранойя. По уму, вряд ли в этом мире почитания силы и рангов один из коренных – в отличие от меня – жителей станет занижать свои достижения. А уж если это бессмысленно, то и подавно. Сами подумайте, какой смысл дочери наследника клана принижать свои возможности?

Когда Мизуки зашла в помещение и подошла к нам с Акено, я просто раскинул руки в стороны.

– Яху! – прыгнула рыжая в мои объятья.

Вскинув руки вверх и продолжая дергать ногами, девочка просто радовалась очередной победе, и я был искренне рад за нее. Да, я уделаю Урабэ, и мы выйдем друг с другом на бой, но пока можно просто порадоваться вместе с подругой.

– Теперь твоя очередь, – произнесла Мизуки после того, как отдышалась.

По пути на арену Масакуни молчал, да и что нам с ним было обсуждать? Судья, речь, отмашка.

Я тут же сорвался с места, а Масуки в первый и последний раз удивил меня в этом бою. Оказалось, что парень мог запускать не один «шар» техники, а сразу два. И кастовал он их на удивление быстро. То есть, ухожу я такой в перекат, а в момент, когда почти встал на ноги, мне в грудь прилетает его техника. Зашибись, что тут скажешь. Такое чувство, будто тебе тяжеловес в грудак засадил, и это с блокиратором Саймона и специальным костюмом, снижающим эффект техники. Тело я не укреплял… да-да, эта штука не постоянная. Точнее тело-то улучшено, но настоящее «укрепление» – это как «доспех духа»: можно держать долго, но не двадцать четыре часа семь дней в неделю. В общем, тело я не укреплял, дабы, если что, не выйти из образа, так сказать, поэтому «шар» Масакуни прочувствовал очень хорошо, но плох тот боец, что падает от одного, пусть и сильного, удара. Техника парня, из-за озвученных причин, била не в полную мощность, поэтому я счел уместным не тормозить, а сразу сделать перекат в сторону. Не знаю, по какой причине, но бить сразу после попадания Урабэ не стал, видимо, тут имеются некие ограничения, а его попытки подловить меня, когда я был уже рядом с ним, я пресек длинным прыжком ему в ноги, которые сразу и подбил. Рухнувший парень еще пытался навести на меня руку, но я просто отбил ее в сторону. За пущенным в воздух «шаром» через полсекунды последовал следующий, однако на этот раз ему не повезло – извернувшись, умудрился прижать руку парня к его же груди, и последовавшее вслед за этим никак иначе, чем теми самыми ограничениями, я назвать не могу. Урабэ просто выпустил технику себе в голову. Насколько я понял, он не создавал два шара по отдельности, а вся техника состояла из последовательного пуска двух красных светящихся шаров. А тут еще и я в самый ответственный момент прижал его руку, невольно направив технику в него самого. В общем, последующего избиения Масакуни долго не выдержал, и в какой-то момент «доспех» с него спал. Само собой, два моих удара после этого отправили его в нирвану.

Довольно быстрый бой. Не сильно зрелищный, но для меня самый напряженный. Не зря он был прошлогодним победителем.

Посидев рядом с телом Масакуни, изображая усталость, я медленно поднялся и отправился назад к Мизуки. Зрители на своих местах шумели. Они и так-то молчать не переставали, но и в откровенных футбольных болельщиков не превращались, а тут что-то бодрячок словили – гудят и гудят. Хотя ладно, понятно, чего они гудят – только что на их глазах парень без бахира вынес победителя прошлого турнира ранга «воин». Есть, что обсудить.

Рыжая встретила меня кулаком с большим пальцем кверху.

– Ты лучший! – заявила девушка уверенным тоном. – Но скоро я оспорю это, – и тут же переключилась на стеснение и неуверенность. – То есть ты всегда будешь лучшим, самым-самым, но вот в турнире… всего на годик… можно, а?

– Только если сможешь победить, – усмехнулся я ей в ответ.

– Тогда готовься, презренный, – понизила она голос, – великая Рыжая вобьет тебя в землю и закопает по самую шею… и затискает насмерть! – закончила она весело, вскинув руки.

– Какая у вас жестокая дочь, Акено-сан.

– Сам ее боюсь, – вздохнул мужчина.

– А вот Идзивару… – начал я.

– Так нечестно! – тут же перебила меня девочка. – Там война, а тут турнир. Нельзя сравнивать!

Перед финальным боем нам дали полчаса отдохнуть. Целители осмотрели нас с Мизуки и признали годными. Лично я эти тридцать минут провел, лежа на длинной лавке, изображая дрему. Когда мы вышли в коридор, ожидая объявления на выход, Мизуки изображала обиду, надувшись и показательно меня игнорируя, но вскоре не выдержала и спросила: