Нож винодела
Шрифт:
Прокурор обратился к репортерам:
— Через четверть часа я вернусь, чтобы сделать заявление, а пока окажите любезность и дайте мне пройти.
Следом за ним шли Журдан и Перраш. Всех троих до мэрии сопровождали два лейтенанта.
Лейтенант Мартен подошел к маленькой группе и обратился к своему начальнику:
— Мое почтение, месье комиссар.
— Здравствуй, Мартен, а где Кюш?
Тон Журдана на редкость сухой и холодный. Мартен в смущении не знал, что ответить.
— Он будет с минуту на минуту…
— Как всегда, опаздывает…
Весь ареопаг вошел в мэрию.
Кюш прибежал в ратушу, когда Журдан выходил из его кабинета. Комиссара сопровождали Маджер и какой-то тип, которого он не знал. Тем временем Пуаре оживленно беседовал с Жаклиной Турно в присутствии Нгуена и Мартена. Капитан запыхался:
— Мое почтение, месье комиссар.
— Как всегда, вы являетесь после битвы. Думаю, во время этого расследования вы обзавелись скверными привычками.
— Но…
— Никаких «но», поговорим об этом после пресс-конференции.
Подойдя к Кюшу, Надя шепнула ему на ухо:
— Он был в ярости из-за твоего отсутствия.
— Не сомневаюсь… проспал…
— Они сообщили, что…
Журдан, заметивший уловку двух полицейских, обернулся, не скрывая раздражения:
— Лейтенант, вы введете его в курс дела позже, ему всего лишь следовало вовремя прийти.
— Хорошо, комиссар.
Наблюдавшая за всем Жаклина Турно с довольным видом испепелила Кюша взглядом.
Вся маленькая группа вышла на верхние ступени мэрии. Внизу собрались представители прессы. Три камеры приготовились к съемке. «Бал» открыл дотошный Дюкас:
— Вы арестовали виновных?
— Ходят слухи о шантажировании сенатора Фабра…
— У Фабра довольно мутное прошлое, что вы можете сказать по этому поводу?
Пуаре, отличавшийся отменной ловкостью в общении с представителями средств массовой информации, поднял обе руки, словно успокаивая толпу, гул которой вскоре стих.
— Уважаемые журналисты, как вам известно, город Сент-Эмильон пережил ряд убийств. Сегодня мы поместили под стражу двух подозреваемых.
— Вы можете сообщить их имена?
— Пока нет — расследование продолжается.
— Почему полиция топчется на месте?
— Полицейские службы не топчутся на месте, но это сложное дело. Вместе с комиссаром Журданом мы приняли решение назначить нового руководителя расследования, майора Перраша, здесь присутствующего. — Он указал на незнакомца. — Этот опытный полицейский прибыл к нам из Парижа. Он примет дело от капитана Кюша, который ни в чем не провинился, но попросил более надежной поддержки.
Надя снова зашептала на ухо Кюшу:
— Это я и хотела тебе сказать.
Полицейский понимающе кивнул.
— А теперь я должен вас покинуть, нам предстоит арестовать виновного и допросить подозреваемых. Отныне мы постоянно будем держать вас в курсе продвижения нашего расследования.
Маленькая группа возвратилась в мэрию, а Кюш тем временем подошел к окружному комиссару Журдану. Он был в ярости:
— Я предпочел бы узнать об этом раньше прессы.
— Почему? Разве я обязан отчитываться перед вами?
— Я не то имел в виду, но существуют определенные правила.
— Если бы утром вы пришли вовремя, то узнали бы об этом раньше прессы.
Кюш сидел в своем кабинете, но на стороне обвиняемых. Напротив него расположились прокурор Пуаре и майор Перраш. Рядом с ними — комиссар Журдан.
— Кюш, три недели расследования, бесконечные убийства, бесполезные аресты и не представляющие интереса свидетели! Достойные достижения! Прокурор Пуаре весьма разочарован.
Пуаре согласно кивнул.
— Вы сгущаете краски, месье комиссар, со вчерашнего дня расследование продвинулось. К тому же очень трудно проводить следственные действия на враждебной территории. Первый чиновник коммуны не способствует нашей работе.
— Кюш, не ищите предлога скрыть свою некомпетентность.
Пуаре продолжал инквизиторским тоном:
— Капитан, принятая вами выжидательная позиция ставит нас в трудное положение по отношению к средствам массовой информации. Сам министр внутренних дел ждет от нас результатов. Кроме того, я встретился с мадам Турно, это очень уважаемая женщина, готовая сотрудничать.
— Если бы все было так просто…
— Кюш, мы здесь не для того, чтобы спорить. Вы немедленно передадите все документы майору Перрашу и сообщите о точном положении дел.
— Слушаюсь, комиссар.
Четверо участников разговора встали.
— Мы оставляем вас вдвоем.
Пуаре с Журданом ушли, а Кюш с Перрашем сели напротив друг друга. Каждый оценивал другого взглядом. Воцарилось молчание. Перраш, лицемерный и злонамеренный, приступил к сути дела:
— Хорошо, где эти папки, из-за которых возникает столько проблем?
Капитан показал на них кивком головы:
— Там.
— Кюш, мы незнакомы, но ваши манеры мне не нравятся, я это чувствую.
— То же самое могу сказать в отношении вас…
— Ваши провинциальные методы имеют границы. В Париже подобные дела не ведут так, как вы. Двое суток, и все будет решено.
— Очень впечатляет!
— Вы задаетесь лишними вопросами, а ответ, я уверен, у вас перед глазами.
— Я уже видел вас по телевизору?
— Вполне возможно.
— Халтурное расследование в Иньи, это ведь вы?
Перраш взорвался:
— Не усугубляйте дерзостью свою некомпетентность. Не забывайте, с кем вы разговариваете.
— Да, и с кем же?
— Со старшим по званию. Я майор.
— Не изображайте передо мной знаменитого полицейского, явившегося из столицы… Ладно, послушайте, все здесь, у вас перед глазами, а если вам понадобится совет, вы знаете, где меня найти.
— Мне не нужны советы, особенно ваши.