Нравственность и разврат
Шрифт:
Сделав круг, Леван схватился за бок и тяжело задышал. Айко тоже остановился. Только на другой стороне стола. Пока они стояли друг против друга, на место действий ввалилась подмога в лице Марины и мамы с бабушкой.
– Где ты испортил Лауру? – закричал отец, как только у него появился голос.
– На… свадьбе! Случайно встретились.
– Я так и знала. Так и знала, – запричитала Рипсиме, а потом как закричит на сына. – Чтоб у тебя ноги сломались! Чтоб у тебя руки отсохли, которыми ты её касался!
– Да ладно! Чего вы все взъелись? Девушка взрослая…
Рука отца с ножом угрожающе поднялась в его сторону.
– Женишься на Лауре или убью!
– Убей сейчас! – подала голос бабушка Анаит. – А потом покончи с собой. Такие как ты и твой сын не должны ходить по земле!
Не стоило этого говорить в такой не подходящий момент. Леван гневно набросился на тёщу.
– Надоела мне! Рот свой не закрываешь. Всю мою жизнь съела…давно бы убил своими руками…уходи из моего дома. Чтоб духа твоего здесь не было.
– Я иду собирать вещи! – тёща с высоко поднятой головой удалилась.
– Мама! Мама! – Рипсиме бросила на мужа испепеляющий взгляд и тут же бросилась вдогонку за матерью.
Леван указал сыну на бабушку.
– Видишь, что ты сделал?!
– Пап, ну не надо на меня валить. У вас отношения испортились ещё до моего рождения. Она тебя всегда поедом ела. Другой на твоём месте не выдержал бы. А ты её терпишь. Только человек с большим сердцем способен прощать.
– Правильно говоришь! Ладно! – Леван отложил нож, сел и показал на стул рядом с собой.
Айко показал на стул с обратной стороны стола, и только потом опустился напротив отца. Рядом с отцом встала Марина. Она взирала на деверя с откровенным осуждением.
– Сначала извинишься перед ней! Понял? – Леван сопроводил свои слова угрожающим взглядом.
– Не могу. К ней надо в Австралию ехать.
– Ну, так езжай! – закричал отец.
– Денег нет! Как поеду?
– Сколько надо?
– Сто тысяч…долларов!
– Сто тысяч долларов?! – гневно переспросил Леван. – Ты что, там ферму покупаешь с жирафами?
– На дорогу туда и обратно. Плюс подарки родственникам, и…
– У Лауры нет родственников в Австралии!
– Правда?! – Айко никак не ожидал услышать такой ответ. Его план рушился на глазах.
– Пять, ладно. Десять тысяч долларов дам. Поедешь и привезёшь Лауру.
– Не могу!
– Почему?
– Я неправду сказал. На свадьбе…не получилось.
– Я так и знал! – возбуждённо закричал отец. – Такая девушка даже такого как ты к себе близко не подпустит. У неё честь есть.
– Поэтому и не могу, пап! На свадьбе не получилось. Пришлось поехать в Австралию.
– Ты смотри, какой коварный! – Леван показал Марине на сына. – Девочка честно сказала, что не хочет, а он в Австралию за ней поехал.
– Любая девушка бы поверила в его искренность. Откуда куда едет за ней, чтоб в любви признаться, – вставила Марина.
Айко развёл руками.
– Понравилась мне.
– Понравилась? – Леван слегка ободрился. – Сильно?
– Сильно. Но когда первый раз поехал в Австралию, снова не подпустила к себе.
– Молодец! Уважаю её!
– Каждую неделю ездил, пока не получилось.
– Пока не обманул! – поправил его отец.
– В долг ездил. Вот и набрались долги. Сто семнадцать тысяч пятьсот долларов. Сегодня звонили. И теперь не выпускают из страны, пока долги не закрою.
Леван поднял указательный палец, призывая к вниманию.
– Пальцем не пошевелю, если даже убивать будут за долги. Но если поедешь и привезёшь мою невестку…прямо сейчас дам сто пятьдесят тысяч!
– Сто семьдесят пять!
– Пусть будет столько. Но ты, как мужчина дашь слово, что женишься на ней.
– Надо подумать…давай двести и по рукам!
Леван с презрением указал рукой на сына.
– Ты посмотри на него?! Даже на своей свадьбе хочет заработать.
– Давай уточним некоторые моменты. Мне жена не нужна. А вот тебе невестка нужна. Я могу с ней все вопросы и без свадьбы уладить. Тогда сто семнадцать пятьсот.
– Нет! Пусть будет двести и твоё обещание жениться на Лауре. Обманешь меня, найду и убью.
– Пап, ты же меня знаешь!
– Знаю, поэтому и говорю.
– Договорились. Только деньги сегодня или завтра. Мне надо ещё подготовиться к поездке.
– Хорошо! Пусть будет сегодня! – Леван встал и протянул руку сыну. Тот перегнулся через стол и пожал её.
В эту минуту вернулись Рипсиме и бабушка. Бабушка всем своим видом показывала, что пришла сюда против своей воли.
– Леван! – грозно позвала Рипсиме.
Леван с раскрытыми объятиями подошёл к тёще.
– Ну, какие обиды между нами?! Столько лет душа в душу живём! Ты мне как родная мама всегда была. Любил тебя…просто не говорил…неудобно было…
Айко, тем временем, подошёл к Марине. Она с сердитым видом отвернулась от него. Он несколько раз поцеловал её руку, потом смачно чмокнул в щёку.
– Прости, ну не злись, пожалуйста, не злись, такой я уродился, – Айко изобразил плачевную гримасу, – ты мне здесь единственный родной человек. Остальные все невменяемые. Не будет тебя,…останусь совсем один.
Марина пригрозила ему пальцем.
– В последний раз, Айкошка! Ещё раз такое выкинешь, прощения не жди. Ты пойми, есть девушки, с которыми нельзя делать того, что сделал ты.
Айко заделал трещины в своих отношениях с Мариной и тихонько свалил. А чего оставаться, если дело сделано?! Пускай не так, как он рассчитывал, но ведь сделано?! Она же направилась к общей группе.
Леван пересказывал разговор с сыном, но несколько изменил содержание, чтобы придать себе больше значимости.
Бабушка вся разомлела от счастья. Она не сводила с дочери ласкового взгляда.
– Какого хорошего сына ты воспитала, Рипсиме. Оказывается, думал о ней, хотел поехать, денег не было у бедного. А сейчас поедет и привезёт нашу невестку.