Чтение онлайн

— Откуда вы знаете?

— Грязь на твоей обуви кладбищенская.

Я опустила лицо, и мне стало стыдно, что я оставила следы на полу.

— Ты должна прекратить терзать себя, Стейша Корнс. Жизнь одна. Если будешь зацикливаться на прошлом, не заметишь, как она пролетит.

— Гилли сделал меня смелой и упрямой. Я испугалась лишь раз, и это стоило ему жизни. Больше я не побегу от проблем. Я виновата перед вами, и уже ничего не изменить. Но оборотень, отнявший жизнь моего друга, понесет наказание.

Пошарив рукой в глубоком кармане своего балахона, Эвин Файвлендор вынул наливное яблоко и протянул мне.

— Иногда нужно примириться с прошлым, почерпнув из него опыт и довольствуясь приятными воспоминаниями.

— Я больше не ем яблоки, — ответила я, не притронувшись к фрукту. — Спасибо. Господин Файвлендор, я знаю, что вы свято храните тайну исповеди. Я могу пытать вас, но вы не признаетесь, были ли у убийства Гилли свидетели. Возможно, вы даже знаете, кто это сделал. Если этот монстр кто-то из жителей нашей деревни или округи и он придет к вам, передайте ему, что рано или поздно я до него доберусь.

— Если бы ко мне на исповедь пришел убийца, я выдал бы его Оливеру Ноксу, — ответил он, приковав к себе мой озадаченный взгляд. — Стейша, я знаю, что ты маловерующая, а в Школе Охотников и вовсе отвергают религии. Ты не прислушаешься к моему совету, но я обязан его дать. Не гонись за призраками. Оставь это дело. Ни Гилли, ни его семья в поиске того оборотня не нуждаются. Ты правильно сказала, уже ничего не изменить.

— Я не верю, что Рэйгел Эккер спит спокойно. Где-то там на свободе убийца ее сына. Кодекс Охотника нетерпим к подобным преступлениям.

— Так спроси Рэйгел, чего она хочет. Ты хорошая девушка, Стейша. Я уверен, будешь отличной охотницей. Только у нас некого ловить. Здесь у тебя одна судьба — разочарование. Если хочешь большого будущего, то уезжай по распределению. В городах полно свирепых чудовищ, ожидающих кары.

— Я все равно доведу это дело до конца, — сказала я на прощание и пошла на выход, но у дверей задержалась. — Господин Файвлендор, а что вы знаете об Эверсонах? Сегодня я встретила Даймона и Яна. Они проговорились, что посещают песнопения.

— Их направили к нам два года назад. Спокойные, миролюбивые, верующие. Мать Яна давно умерла. Даймон воспитывал сына в одиночку. Парень частенько бывает в деревне. Ты с ним еще встретишься.

— Они не показались вам подозрительными?

— Стейша, подумай о своем поведении. Можешь ли ты показаться им подозрительной? Кто вызвал бы у тебя больше вопросов: одинокая вооруженная девушка, гуляющая по кладбищу в компании взрослого белого льва, или смотрители-лесничие, делающие свою работу? Тебя учили ко всем относиться с особой осторожностью, но ты впадаешь в крайность. Ян Эверсон приятный парень. Настоятельно рекомендую с ним подружиться.

— Благодарю за информацию. Теперь я буду вдвойне осторожной с ними, — ответила я и вышла.

Надев на Тима шлейку, повела его домой.

Еще во дворе я услышала громкие голоса на кухне. Отец все-таки собрал у нас гостей и всячески развлекал разговорами. Мама наверняка крутилась вокруг стола, успевая подливать в рюмки и менять тарелки.

Тяжело вздохнув, я отвела Тима в сарай, дала ему воды и потрепала за ухом.

— Не шали тут, — попросила, прежде чем запереть его.

Войдя в дом, разулась и сняла куртку на веранде, убрала нож, поправила волосы и изволила уделить внимание гостям.

Ферммары всей своей семьей заняли каждый имеющийся в доме стул. Дети у них подросли, и я уже не различала их. Зато безошибочно поняла, кто племянник. Одного его оценивающего взгляда было достаточно. Он будто корову выбирал, а не невесту. И я показалась ему не самым лучшим товаром. Непокрытая голова, брюки, дерзость в глазах. Не такой меня описывал отец. Собственно, он-то и был в большей ярости, чем гости.

Подскочив с места, кинулся ко мне, схватил за руку и уволок в комнату.

— Ты что себе позволяешь, девка?! Я разве не предупреждал, что сегодня придут гости?! Ты где бродила?! Почему в таком виде?!

— Я была в молельне, — ответила я четко, не отводя глаз от отцовского лица. Выдернула руку из его хватки и заявила: — Не смей делать мне больно. Я не коза, чтобы продавать меня. Я твоя дочь.

— Этот молодой человек из уважаемой семьи. Для нас большая честь породниться с ними.

— Не для меня. Он посмотрел на меня, как на кусок мяса. Если я дорога тебе, ты выставишь его вон.

— Как дать бы тебе по зубам! — рыкнул он, замахнувшись.

— Если ударишь, я пожалуюсь Оливеру Ноксу, — предупредила я, отчего отец окончательно остолбенел. — Я приехала домой не замуж выходить за первого встречного. Как только я закончу дело, уеду, и ты меня ничем тут не задержишь.

— В город поедешь?! Распутствами заниматься?! Позор тебе, Стейша!

— Еще раз меня оскорбишь, и клянусь, я уйду из этого дома. Я не хочу унижать тебя в глазах гостей, но ты не оставляешь мне выхода. Можешь сказать этому угрюмому, невыразительному и обделенному интеллектом жениху, что я ему не подхожу, он достоин лучшей невесты. Переживу.

— Я запру тебя на замок.

— Я вылезу в окно.

— У-у-ух, бесовка! — выругался он и вылетел из комнаты.

Я села на край кровати и прикрыла глаза. Сердце выпрыгивало из груди. Я и раньше часто не слушалась отца, но сегодня превзошла саму себя. Он никогда меня не простит.

Гости разошлись уже через полчаса, и ко мне заглянула мама.

— Зря ты так, — вымолвила она, подсев ко мне и погладив по спине. — Отец добра тебе желает. Такого жениха упустила. Кто ж теперь возьмет тебя?

— Мам, ты знаешь Эверсонов? — задала я вопрос, который вогнал ее в ступор.

— Появились пару лет назад у нас. Парнишка тут часто бывает. Отец его на песнопения приходит. С Эвином Файвлендором в крепкой дружбе они.

— Да ты что, — улыбнулась я. — Еще скажи, что ведут скрытный образ жизни, малообщительны.

— Да нет, — пожала она плечом. — Ян веселый, разговорчивый. С ребятами нашими на рыбалку ходит. Девчата по нему вздыхают. С отцом потуже. Красавец-вдовец. Если начнет сюда наведываться, наши бабоньки ему прохода не дадут, а он, видать, по женушке усопшей тоскует. А почему ты о них спросила? Неужто думаешь, в волков они обращаются? — мама едва не хохотнула. — Дурь у тебя в головенке, Стейша. Но если Ян понравился, только скажи. Задружите, и я с отцом поговорю, сосватаем вас.

— Ма-а-ам! — Я закатила глаза и завалилась на подушку. — Отстаньте от меня со своим сватовством. Рано мне еще замуж.