Ну здравствуй, мое прошлое!
Шрифт:
Считая своё дело сделанным, Вера намеревалась покинуть кабинет.
– Вера, будьте так любезны немного задержаться! – попросила я её.
Вера нехотя вернулась к столу и, выровняв осанку, приподняв при этом подбородок, проговорила.
– Чем я ещё могу быть вам полезна?
– Подготовьте, пожалуйста, заявление на увольнение… – начала я говорить, но, видимо, Вера хотела выделиться знанием перед Матвеем, либо ещё что–то, но она самым наглым образом перебила меня:
– На кого оформлять? И как: по собственному или по статье?
– Для начала, вам бы неплохо было бы научиться выслушивать начальство до конца! – сказала я довольно грубо. – А что касается вашего вопроса, то я даю вам полное право самой решить, как вы покинете это место работы! – прошипела я спокойней.
– Что?! – возмущено воскликнула Вера.
– Да, Вера, вы меня правильно поняли! – сказала я шокированной девушке.
– Да вы не имеете на это права! Николай Михайлович…
– А Николай Михайлович ничего по этому поводу не скажет! – перебил её Матвей, который до этого явно наслаждался тем зрелищем, которое разыгралось перед его очами. – А вы, Верочка, ошибаетесь, Анастасия Викторовна имеет на это полное право! Ведь она единственный совладелец фирмы отца! Даже я не имею никакого отношения к этой компании. Ведь я прав, Анастасия Викторовна? – елейным голосом спросил у меня, этот наглый безнравственный тип.
– ЧТО??? – воскликнула Вера.
Видимо, слова Матвея её шокировали гораздо сильней, чем новость об увольнении! Вера стояла, нелепо хлопала глазами, открывая и закрывая рот в немом вопросе, как рыба. Но только вот не может или… боится?! Резко развернувшись, она почти выпрыгнула из моего кабинета, при этом не забыв как следует хлопнуть дверью.
Этот звук, словно колокол, отразился в моей многострадальной голове. Скривившись от звука и от боли, я схватилась за виски и застонала. Только вот теперь сама не знаю, от чего сильнее мои страдания: либо от дикой головной боли, которая пульсирует от виска до виска, либо от того, что этот идиот Матвей отдал на поругание самой главной сплетнице новость, которую я хотела оставить в тайне.
То есть теперь весь отдел будет знать, что я единственный совладелец босса! И кто теперь знает, что последует за этим? К сплетням и косым взглядом я уже давно привыкла, об этом мне пережевать бессмысленно! А вот о том, что по меркам мужчин, я теперь очень выгодная партия в жены самое время начинать переживать!
Застонав ещё раз, я пристально посмотрела на этого, этого… слов нет, как можно его назвать!
– Зачем вы это сделали? – спросила я.
– Что именно? – удивился он. – Сказал, что я тут никто, или то, что ты тут босс? – приторным голосом спросил Матвей.
– Да, вообще, все! Зачем вы влезли в разговор, кто вас об этом просил? Теперь все узнают об этом! – зло проговорила я.
– А ты разве не этого добивалась? – наигранно удивился он.
– Нет! – зло ответила я.
– Тогда чего? – спросил он, став моментально серьёзным. – Чего ты добивалась, когда по кусочкам отбирала у отца фирму? – гневно спросил он, поддаваясь вперёд.
– Во–первых, я не отбирала у вашего отца фирму! Во–вторых, ВАМ никогда не понять моих мотивов! И уж поверьте, этого всего, я добивалась не ради того, чтобы на каждом углу кричать, что я босс! – гневно процедила я поднимаясь.
– Хм, интересно… а я думал, что именно для этого. – Он выглядел разочарованным.
– Если вы выяснили всё, что хотели, покиньте, пожалуйста, мой кабинет!
Матвей поднялся, но уходить явно не спешил. Он долго и пристально всматривался в моё лицо. И я стала переживать, а не вспомнил ли он меня, и если это так, то, что Матвей собирается делать? Не выдержав его пристальный взгляд, я опустила глаза на стол и от волнения прикусила нижнею губу.
Со стороны мужчины послышался прерывистый вздох. Я подняла на Матвея взгляд и встретилась с его пылающими глазами. Мужчина резко поддался вперёд и, перехватив меня за талию, опрокинул на стол. Придавив меня своим телом, он впился в мои губы, грубым, властным поцелуем, причиняющим мне только боль.
Я даже испугаться не успела! Но понять что творит этот наглый мужлан смогла, и активно стала сопротивляться ему. Я стала бить мужчину, куда только доставала, пыталась оттолкнуть. Но Матвею кажется, было всё равно, он не оброщал внимания на мои жалкие попытки сопротивления, наслаждаясь терзанием моих губ.
Моих сил явно не хватало, чтобы полноценно сопротивляться этому мужчине! Но сдаваться я ему не собиралась! Не в этот раз!
Не найдя никакого другого решения, я просто укусила его.
Мужчина чертыхнулся, но к счастью, оторвался от моих губ. Быстро оттолкнув мужчину от себя (что было не сложно, так как он позволил это сделать), я поднялась со стола.
Я яростно посмотрела на него, мне хотелось удушить его прямо тут, и плевать на последствие. Но я теперь уже точно знаю, моих сил на это не хватит!
А этот отморозок, лишь усмехнулся на мой поступок и, вытирая кровь с губы, стал приближаться ко мне, он явно намеревался продолжить начатое!
Но я, недолго думая, от всей души влепила, ему пощёчину, и сквозь зубы процедила.
– Не смей больше этого делать! Никогда! Слышишь? Не смей меня касаться!
Матвей застыл на мгновения в растерянности. Не знаю, что его остановило, но свои попытки ко мне приблизится, он прекратил.
Отойдя подальше от этого монстра, я, пытаясь привести себя в порядок. А когда подняла глаза, то неожиданно встретилась с растерянным взглядом Томы.
Конец ознакомительного фрагмента.