Ну здравствуй, Питер! И прощай…
Шрифт:
Молча прочитав смс, Кира снова подняла глаза на подругу.
– И что это значит? Как это расценивать?
– Я не знаю, – Алиса и правда не знала. – Что мне ответить?
– Ничего, – сказала Кира, деловито сложила на ее полке руки и оперлась о них подбородком. – Да как он может так поступать? Не помочь любимой девушке дотащить тяжеленный чемодан до поезда, прикрываясь слабостью характера, может только сволочь – ее тон был безапелляционным.
– Ты права.
Алиса отодвинула подальше от себя телефон.
– Ну конечно права. Он сразу мне не понравился.
– Боже, ну зачем? – Алиса уставилась в потолок в надежде увидеть там ответ на свой вопрос. – Ведь уже все стало ясно. А теперь что? Опять ничего не понятно!
Она резко схватила телефон и с размаху швырнула его на пол.
Хрупкая китайская конструкция из пластмассы разлетелась по коридору вагона на мелкие детали.
– Ты чего буйствуешь? – с удивлением посмотрела Кира на подругу и начала ползать по вагону, собирая детали телефона.
– Слава Богу, цела!
Она вылезла из-под нижней полки, зажимая в руках выпавшую сим-карту.
– Извини, пожалуйста, эмоции зашкаливают.
Алиса слезла с верхней полки и, устыдившись своей злости, начала помогать подруге с поиском деталей.
Собрав телефон, Алиса зажала его в руке, устроившись у окна.
– Не вздумай! – строго посмотрела на подругу Кира и погрозила указательным пальцем.
– Не буду я ему ничего писать.
– Я схожу за чаем.
– Хорошо.
Как только фигура подруги скрылась из вида, Алиса дрожащими пальцами начала набирать текст. В голове роилась целая стая мыслей, и ни одной стоящей. Она набирала буквы, затем стирала и снова набирала. Чертыхалась, бросала телефон на стол и снова брала его в руки.
«Я знала, что так будет. Я слишком хорошо тебя узнала. Спасибо за все» – набрав эти слова, Алиса минуту подумала и нажала кнопку отправки сообщения.
– А вот и чай! – появилась в купе Кира с двумя стаканами горячего чая, от которых исходил приятный лимонный аромат. – Я надеюсь, телефон в твоей руке не использовался по назначению? – Она поставила стаканы на стол и, упершись руками в бока, посмотрела на подругу.
– Ну, э-э-э… – Алиса, так ловко научившаяся врать с Романом, почему-то по-прежнему не умела этого делать с подругой.
– Все ясно.
Телефон завибрировал, подтвердив и без того очевидное. Алиса открыла сообщение: «Еще рано благодарить. Все только начинается».
Сердце забилось одновременно тревожно и радостно. Все только начинается! Глаза засияли, выдав ее с головой.
– Вот это у тебя выражение лица! Что он там тебе написал? – Кира нагнулась поближе к подруге, любопытно вытянув лицо.
– Вот, – Алиса повернула к ней экран мобильника. – Читай.
– Опять начинает морочить тебе голову.
Она откинулась назад и неодобрительно покачала головой.
– Пусть морочит. Только пусть не прекращает морочить! – Алиса светилась от радости, в то время как ее тонкие пальцы быстро набирали текст.
Остывший чай на столе перестал наполнять воздух сладковато-кислым лимонным запахом, и, расплескавшись от покачивающих движений вагона, одиноко ждал своей участи.
«Я буду любить тебя даже тогда, когда все уже закончится», – Алиса, не раздумывая больше ни минуты, отправила это смс.
– Я смотрю, продолжение следует? – с хитрой улыбкой смотрела на подругу Кира.
– Да! – Алиса от радости готова была выпрыгнуть из собственной телесной оболочки и улететь высоко-высоко. – А тебе Артем не писал?
– Нет, – отрезала Кира, помрачнев. – Мы договорились, что не будем терзать друг друга напрасными надеждами, так как отношения на расстоянии обречены на разрыв.
– Вы договорились или ты решила? – зная подругу наизусть, Алиса задала этот риторический вопрос.
– Я решила, и ты это знаешь. И не будем об этом.
– Как скажешь.
Экран телефона радостно замигал, оповещая о новом сообщении. «Не закончится. Обещаю. Люблю».
Алиса откинулась на подушку и, прикрыв лицо рукой, расхохоталась, как заправская истеричка, отчего на глаза выступили слезы и перехватило дыхание.
– Ты явно не в себе. Он с тобой творит что-то невообразимое! – Кира протянула подруге руку в ожидании телефона.
– Держи, – выдавила Алиса, продолжая закатываться истеричным смехом и протягивая ей телефон.
– Ого. Поздравляю!
– Спасибо.
– Успокаивайся уже, – Кира протянула ей стакан с остывшим чаем, который как нельзя кстати пришелся в этот момент.
– Я похожа на сумасшедшую, которая сбежала из психушки? – Алиса сделала несколько глотков и, успокоившись, с улыбкой посмотрела на подругу.
– Честно? Да. Но если бы это было не так, я бы никогда не поверила, что ты правда так сильно влюбилась.
– Спасибо за поддержку.
– Не за что.
Телефон снова зажужжал в руке Алисы. «Позвони, когда доберешься домой. Я волнуюсь. Целую». Девушка расплылась в бесконечной улыбке и, поддавшись нахлынувшему чувству нежности, прижала китайскую пластмассовую коробку с сим-картой к груди, как будто то была самая настоящая, горячая и нежная ладонь любимого человека.
– Он волнуется, слышишь? Он волнуется!
– Я надеюсь, свидетельницей буду я?
– Ты! Конечно, ты! – Алиса спрыгнула с полки и через долю секунды уже крепко обнимала подругу.
– Ладно, ладно. Ответить-то не забудь, – сказала Кира, освобождаясь из цепких объятий.
Алиса покраснела, выпустив, наконец, подругу. Она набрала «Ок» – две буквы, в которых сейчас заключалась ее душа. Две буквы, которые вернули ее к жизни. За ними скрывалась целая поэма о том, как сильно она благодарна ему за то, что он волнуется о ней, за то, что он есть. О том, как сильно она любит его, как много он для нее значит.
Отправив эту «поэму», Алиса, свернувшись клубочком, легла спать. Поезд мчался уже на полной скорости, а пронизывающий питерский ветер снова напоминал о себе из щелей в оконной раме. Колеса выстукивали свою занудную мелодию, но это уже не волновало ее, не наводило больше тоски. Пока не наводило. Поезд мчал ее домой, за 1000 километров от него. И чем дальше он мчал, тем ближе он становился. Его голос, аромат, тепло – все витало где-то рядом, в невесомости. Ей больше не было холодно. Невообразимым образом пластмассовая коробка, крепко сжатая в ее руке, источала настоящий жар, окутывая ее с головы до ног так, что из-за него трудно было дышать. Алиса знала, откуда исходит это тепло – несколько виртуальных символов таили в себе частичку его души.