Чтение онлайн

– Какой системный вывод мы можем сделать из этого?
– спросил шеф.

Хоул посмотрел на него, не торопясь отвечать. Ли понимал, что доктор сканирует полицейского. Как это делал всегда и со всеми.

– Выводов много. Во-первых, открываются новые психопатологии. Я скажу больше. У меня на лечении сейчас находится мужчина, который убил с десяток человек, протаранив их на автомобиле. Не из-за сломанных тормозов. Не из-за мести. А в состоянии аффекта. Количество суицидальных пациентов за последний год увеличилось вдвое. Патологии трансформируются и углубляются. И если вы хотите услышать мое профессиональное мнение, это только начало. Это похоже на эпидемию. Только люди не умирают, а теряют связь с супер-эго.

Полицейские рассеянно переглянулись.

– С чем?

Хоул покачал головой.

– Я прошу прощения. Увлекся. Супер-эго. Составляющая психики, которая отвечает за морально-нравственные стороны. Это как взрослый, который следит за ребенком. Если его убрать, человек начинает действовать из аффекта.

– Что нам делать?
– спросил Ли.

Себастьян обернулся на него.

– Пока только наблюдать.

Они проговорили еще почти час, разбирая те или иные детали. В итоге шеф подписал приказ о закрытии дела и поручил созвать пресс-конференцию. Ли уговорил его взять общение с журналистами на себя, пообещав, что будет рядом, и ушел в спортзал, чтобы сбросить напряжение.

Все это казалось странным, а слова Хоула не шли из головы. «Это похоже на эпидемию». Может, все-таки Томми часть этой эпидемии? Вынырнув из бассейна, он почти бегом отправился в душ, наскоро оделся и вернулся в участок, надеясь, что психиатр еще не ушел. Хоул сидел в фойе на мягком диване и читал газету. Он также ждал пресс-конференцию. Услышав приближение полицейского, доктор поднял голову. Слабо улыбнулся и подвинулся, чтобы Ли мог сесть. Тот засомневался, но наконец опустился на диван, чувствуя, что сердце сейчас выпрыгнет из груди.

– Вы сказали одну фразу, которая не дает мне покоя.

– Я вижу, - с улыбкой прокомментировал Себастьян.

– «Это похоже на эпидемию», - проигнорировав сарказм продолжил Ли. – Доктор Хоул. А если это действительно эпидемия?

– Что вы имеете в виду? На уровне тела влиять на супер-эго невозможно.

– Или мы думаем, что невозможно. Может все-таки доедем до Оскара Муна? Я как-то упустил из поля зрения его кандидатуру. Оснований на допрос не было.

– То есть, сейчас вы хотите обратиться к нему как частное лицо?
– психиатр отложил газету. Растревоженного Ли бесила его манера держать себя в руках и говорить медленно и спокойно. Они с Хоулом обсуждали возможность приехать к Муну, которого перевели в первую лабораторию и выделили там кабинет. Но шеф не одобрил растраты ресурсов полицейских на проверку несущественной гипотезы. Сейчас же эта мысль раскрылась по-новому.

– Вы можете поделиться со мной статистикой?
– с трудом успокаиваясь, спросил Андреас.
– Подозрительные убийства, самоубийства. То, что обходит полицию. Или не попадает ко мне.

– Я организовал сбор данных, но их слишком много. Треверберг - город неуравновешенных людей.

– Помогите мне сформулировать запрос. Я переверну управление. Если мы установим, что при всей вероятности статистической погрешности присутствует очевидный рост случаев…

– Поймите, капитан, - мягко, но уверенно прервал Хоул.
– Вы думаете, что можете просто определить критерии и получить красивую картинку, которая подтвердит ваше предположение. Наше предположение, - поправил он, заметив, как изменился взгляд Ли.
– Но это не так. Нет ни волшебной таблетки, ни волшебных инструментов. Особенно, в том, что касается психического. Под категорию, которая чисто теоретически могла быть подвержена влиянию «вируса», поставим его пока в кавычки, так как это может быть совсем не вирус, а может быть вообще ничего, итак, под категорию, которая чисто теоретически могла быть подвержена влиянию «вируса», подходит слишком много когорт. Одно дело - странные убийства или происшествия, информация о которых не сходит с первых полос СМИ. Томми Уилсон. Найя Сонг. Другое дело - суицидники. Третье - домашние тираны. Четвертое - пограничники, которые пустились во все тяжкие, никак не связанные со смертью или насилием. Даже если предположить - всего лишь предположить, так как поверить в это мой мозг ученого пока не может - что кто-то создал вирус, способный блокировать влияние супер-эго, то мы должны углубиться в психоанализ и понять, что у каждого свои аффекты. То есть, если мы убираем нормы и правила, все ограничения, один пойдет и прыгнет с крыши, другой ворвется в школу или переедет людей на пешеходном переходе, а третий пойдет в ближайший бар и снимет первого встречного, чего никогда не делал.

– Сделаю вид, что я понял, что вы сейчас сказали, - вздохнул Ли.

– Как раз насчет этого. Мы подписали контракт с вашим шефом и с университетом. Я прочту курс по судебной психиатрии и дам психоаналитическую базу. Быть обязательно. Аттестация будет жесткой.

Ли покачал головой и ничего не сказал. Учиться? Сейчас? Ну в целом почему бы и нет, но такие новости он хотел бы слышать от руководства. Впрочем, плевать. Капитан выдохнул. Несколько секунд посидел, не позволяя себе набрать воздуха. Нужно было успокоить сердце.

– Нам нужен план, - наконец сказал он.
– Конкретный план. С конкретными действиями.

– Простите, что отвлекаю. Мередит Гейбл, я здесь от имени «Треверберг Таймс». Где находится конференц-зал?

Ли очень медленно поднял голову. Женщина стояла перед ним, ослепительно улыбаясь. На ней был строгий костюм, волосы собраны в пучок. От нее так сладко пахло, что у него закружилась голова. Хоул поздоровался, представился и ретировался, безошибочно определив, что он лишний. Андреас молча указал на диван. Мередит села рядом.

– «Треверберг Таймс»?

– В течение двух месяцев я каждый день оставляла для тебя послание в своем шоу. Но ты не появился. Я решила, что ты про меня забыл, но Офелия убедила меня в том, что ты просто не слушаешь радио в это время. И я устроилась в «Треверберг Таймс», зная, что рано или поздно вы созовете пресс-конференцию. И мы сможем встретиться.

– Почему просто не позвонила?

Она пожала красивыми плечами.

– Это было бы глупо. А я не люблю выглядеть глупой. Мы договорись, я тебя найду сама. И вот я здесь. Хочешь выслушать, почему? Если передумал быть со мной, так и скажи. Два месяца прошло, а ты красавчик, я пойму.

Он улыбнулся. Мысли об эпидемии, Хоуле и Муне выветрились. Осталась только она. И тело, предательски отозвавшееся на ее присутствие.

– Я слушаю.

– Суровый капитан Ли, - рассмеялась Мередит.
– Я устранила все препятствия. Ни с кем не встречаюсь. Сменила замки. Правда, теперь работаю на двух работах и времени у меня мало. Но это же к лучшему, раз ты капитан полиции? Что еще. Иногда захожу к Лии и поливаю цветы.

– А где она?

– Ты не в курсе? Переехала к своему красавчику. Он же твой друг. Не рассказал? Ай ай ай…

Андреас посмотрел на нее внимательнее. На его памяти никто к Рамону Эверетту не переезжал. Адвокат с удовольствием трахал все, что движется (может, у него тоже супер-эго отрубилось?), но не сближался. Отели, тусовки, клубы. Один раз даже была съемная квартира, но его хватило на пару недель, и он там не ночевал. Но чтобы пригласить женщину к себе? Серьезный шаг. Ли пока не понимал, что чувствует по этому поводу.

– Мы почти не общались. Он очень занят. Через неделю важное судебное заседание, его клиент… Ты же в курсе всего, не так ли?

Мередит улыбнулась.

– Конечно, теперь, когда я работаю в «Треверберг таймс» криминальным репортером, я в курсе всего. Мистер Самсон Шивали в непростой ситуации. Народ начал делать ставки. Пока мнения разделились, но с каждым днем все больше людей считает, что Эверетту не удастся вытащить своего клиента из капкана. Слишком слажено сработало следствие и прокуратура. Слишком круто собрали дело.

– Недооценивать господина Эверетта опасно.

– А он счастлив. Его любит лучшая женщина. У него лучший друг. Ну так что будем делать, Андреас?